Господи, пожалуйста.

Только бы не опоздать.

Авива

Я собиралась умереть здесь.

В кабинете этого чёртового ублюдка.

Привязанная к его столу.

Интересно, что убьёт меня первым, отстранённо подумала я. Дым или огонь?

Никогда раньше не задумывалась о подобном, но, возможно, моим родителям повезло больше.

По крайней мере, для них всё закончилось быстро.

Им не пришлось смотреть смерти в лицо, понимая, что ничего уже нельзя изменить.

Не пришлось лежать в ожидании конца и думать о тех, кого они оставят после себя.

О тех, кто будет их оплакивать.

Я знала, что Ашер будет оплакивать меня.

И не была уверена, что он выдержит ещё одну потерю.

А Джек?

Выдержит ли он?

По крайней мере, я уберегла его.

По крайней мере, успела сказать, что люблю.

Если бы только мне дали возможность произнести эти слова ещё раз...

Я представила его лицо.

Тёмные волосы, короткие тугие завитки.

Пронзительные серые глаза.

Эту едва заметную ухмылку, появлявшуюся на его губах всякий раз, когда он понимал, что загнал меня в угол, из которого мне уже не выбраться.

Я вспомнила, как темнели его глаза от желания.

Или от боли.

Как становились почти серебряными от ярости...

Или от любви.

Он любил меня.

Сам сказал.

И я должна была верить, что он сможет жить дальше.

Встретит кого-нибудь другого.

Снова полюбит.

Будет счастлив.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив, — прошептала я в охваченную пламенем комнату. — Пожалуйста, Джек. Будь счастлив.

Едкий дым жёг глаза, заставляя их слезиться.

Я зажмурилась.

Я не хотела умирать.

Господи, как же я не хотела.

Но, похоже, у меня снова не осталось выбора.

По крайней мере, я могла провести последние мгновения, погрузившись в воспоминания о Джеке.

О его улыбке.

Его прикосновениях.

О том, как он смотрел на меня, словно я была единственным человеком во вселенной.

Я люблю тебя.

— Авива!

Грохот.

Кто-то ударил в дверь.

Наверное, мне показалось.

Джек ведь был в доме тренера.

Разве нет?

Снова удар.

— Авива, чёрт возьми!

Моё сердце пропустило удар.

Нет.

Не может быть.

Или...

— Здесь! — попыталась крикнуть я.

Но горло горело так сильно, что вместо крика вырвался жалкий хрип.

Я закашлялась.

За рёвом пламени больше ничего не было слышно.

Он ушёл?

Решил, что меня здесь нет?

О боже.

Я умру.

И он тоже.

Огонь наверняка уже распространился слишком далеко.

Но вдруг сквозь дым передо мной возникла фигура.

Он.

Джек.

Живой.

Кашляющий.

Возвышающийся надо мной, словно грёбаный ангел мщения.

Я перестала замечать жар.

Перестала чувствовать боль.

Просто смотрела на него снизу вверх.

А он смотрел на меня, тяжело сглатывая, будто увиденное лишило его способности говорить.

— Ты... здесь, — попыталась произнести я.

Но слова утонули в очередном приступе кашля.

— Чёрт возьми, — выдохнул он. — Он тебя связал?

— Да, — едва слышно ответила я.

— Он тебя трогал?

Я покачала головой.

— Хорошо. Сейчас вытащим тебя отсюда.

Не обращая внимания на бушующее вокруг пламя, Джек опустился передо мной на колени и принялся развязывать тугие узлы.

Его пальцы двигались быстро, но верёвка не поддавалась.

— Чёрт! — прорычал он. — Не получается.

Он вскочил, метнулся к столу и начал один за другим выдвигать ящики.

— Подожди немного.

— А у меня... есть выбор? — прохрипела я, пытаясь пошутить.

Он снова опустился передо мной на колени.

В руках у него были ножницы.

— Не двигайся.

Быстро, но осторожно он просунул лезвие под верёвку, стягивавшую мои запястья.

Раздался тихий щелчок.

Верёвка ослабла.

Я была свободна.

Джек тут же подхватил меня на руки, прикрыл нос и рот рукавом толстовки и решительно направился к двери.

Он схватился за ручку прежде, чем я успела его предупредить.

И тут же вскрикнул, отдёрнув руку.

— Чёрт! Раскалилась.

Он осторожно опустил меня на пол.

Затем с разбега врезался плечом в дверь.

Раз.

Другой.

Третий.

Я смотрела на него сквозь слёзы.

— Не могу... — пробормотал он, тяжело дыша. — Не могу её открыть.

С потолка с оглушительным треском сорвался горящий обломок стропила.

— Джек, не...

— У нас почти не осталось времени! — крикнул он, стараясь перекрыть рёв огня. — Я вытащу тебя отсюда!

— Вместе с тобой! — выкрикнула я.

Он покачал головой.

Потом снова поднял меня на руки, прижав к груди.

Так, как всегда любил.

Словно я была его невестой.

И моё сердце разлетелось на тысячу осколков.

Потому что я увидела выражение его лица.

И поняла.

— Нет, маленькая фурия, — печально произнёс он. — Не думаю, что смогу вытащить отсюда нас обоих.

— Что?.. Что ты имеешь в виду?

Он понёс меня к окну.

— Я же сказал. У нас почти не осталось времени.

— Ты пойдёшь со мной, — настаивала я. — Слышишь? Я тебя здесь не оставлю!

— Оставишь, Авива. Потому что я не позволю тебе умереть здесь вместе со мной.

— Я тебя не оставлю! — закричала я.

Вернее, попыталась.

Горло разрывалось от боли.

— Ты не можешь решать это за меня!

— Ты не умрёшь. Помнишь, что я тебе говорил, маленькая фурия? Ты больше не принимаешь решения.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

И я увидела в них всё.

Любовь.

Боль.

Решимость.

— Я люблю тебя.

А потом он разбил окно.

Звон разбивающегося стекла прозвучал так же сокрушительно, как треск моего собственного сердца.

И Джек вытолкнул меня наружу.

В последний момент я повернула голову.

Как раз тогда с потолка сорвалось ещё одно пылающее стропило.

И рухнуло прямо на него.

— НЕТ! ДЖЕК!

Я падала.

Падала.

Падала.

Даже увидев, как на него обрушилась горящая балка, я продолжала ждать, что он выпрыгнет следом.

Он должен был выпрыгнуть.

Просто обязан.

Но его не было.

— ДЖЕК! — снова закричала я.

Чьи-то сильные руки подхватили меня и потащили прочь.

Я подняла голову.

Айзек.

Джуда.

Леви.

Все трое были рядом.

— Нам нужно вернуться! — закричала я. — Мы должны вернуться за ним!

Айзек покачал головой.

Его челюсти были так крепко стиснуты, что на скулах заходили желваки.

Он подхватил меня и понёс прочь от огня.

Прочь от здания.

Прочь от Джека.

От единственного мужчины, которого я когда-либо по-настоящему любила.

— Нам нужно вернуться, — всхлипнула я. — Пожалуйста...

— Он заставил меня пообещать, что я позабочусь о тебе, — хрипло произнёс Айзек. — И именно это я сейчас делаю. Забочусь о тебе.

— Где скорые? — спросил Джуда.

— Уже едут, — ответил его брат-близнец.

Я извивалась в руках Айзека, пыталась вырваться, умоляла отпустить меня.

Но он был таким же сильным, как остальные.

И удерживал меня без особого труда.

Мы оба смотрели на Холлистер-холл.

Старое здание спортивной администрации полностью охватило пламя.

Ярко-красные и оранжевые языки огня взмывали в ночное небо.

Я не сводила глаз с входной двери.

Ждала.

Вот сейчас она откроется.

Вот сейчас Джек появится на пороге.

Кашляющий.

Спотыкающийся.

Проклинающий всё на свете.

Но живой.

Он обязательно выйдет.

Обязательно.

Только дверь оставалась закрытой.

А Джека всё не было.

Ноги подкосились.

Я рухнула на землю.

Кричала.

Рыдала.

Задыхалась от собственных всхлипов.

В какой-то момент я перестала понимать, кому принадлежит этот страшный, нечеловеческий вой.