Свен сел на траву.

Ушибленная ступня отозвалась болью.

Командор подошёл, обнюхал его сапог и перевёл взгляд на дерево.

— Не надо, — предупредил Свен. — Если ты сейчас перегрызёшь его за минуту, я уйду в Город и добровольно сдамся богу торговли.

Котёнок благоразумно вернулся к норам.

Свен попробовал сухую ветку. Слишком тонкая. Другая сломалась не там, где требовалось. Третья была подходящей, но запуталась в кроне соседнего дерева и падать не желала.

Спустя четверть часа на будущей стройплощадке лежали три кривые палки, охапка мелких веток и один уставший варвар.

— Похоже, без топора не обойтись.

Топор он видел у деда Лесы. Накануне тот лежал у стены, на низкой деревянной колоде. Будить старика не хотелось, но ещё меньше хотелось встречать следующую тёмную пору под кустом.

Свен окликнул Командора и направился к поселению.

Стойбище окончательно проснулось. Люди занимались делами и по-прежнему не обращали на чужака особого внимания. Несколько детей проводили его взглядами, но на этот раз не засмеялись. Возможно, штаны и сапоги сделали его менее забавным. Возможно, рядом просто не было взрослых, которым следовало показать пример хорошего воспитания.

Дед Лесы всё ещё спал.

Храп Свен услышал раньше, чем заглянул внутрь. Старик лежал на боку, завернувшись в одеяло. Пустая кружка стояла у самой руки. Топор был там, где Свен его и запомнил, — на колоде у стены.

— Дед, — негромко позвал он.

Храп не прервался.

— Я возьму топор.

Старик ответил особенно выразительным всхрапом.

Свен протянул руку, но остановился. Брать чужую вещь без спроса было нехорошо даже в мире, где за оскорбление богини прилетала молния. Тем более если владелец топора называл себя шаманом и помнил Джими Хендрикса.

Нужен был залог.

Нож Лесы отпадал. Фляжка тоже. Кнут и каска могли неожиданно сработать. Посох никого не заинтересует. Оставался свиток.

Свен достал Пустой зловещий свиток и положил его на колоду. На серой поверхности по-прежнему виднелась строка:

СОДЕРЖИМОЕ ОЖИДАЕТ ЗАПИСИ.

— Лежи здесь, — сказал Свен. — Если дед случайно впишет в тебя рецепт настойки, станешь самой опасной вещью в Эдеме.

Он взял топор.

Командор, наблюдавший из дверного проёма, мяукнул.

— Это не кража. Это временное перераспределение инструмента под залог магического имущества.

Котёнок мяукнул ещё раз.

— И вообще, я всё сказал вслух. Он просто не ответил.

Старик за спиной на одно короткое мгновение перестал храпеть, но Свен этого не заметил.

С топором дело пошло быстрее. Не легче — именно быстрее.

Первое деревце Свен срубил слишком высоко и оставил торчать пень, о который тут же споткнулся. Второе повалил не в ту сторону и едва успел отскочить. Третье оказалось прочнее, чем выглядело, и потребовало столько ударов, что Свен начал подозревать в нём личную неприязнь.

Ладони быстро покрылись мозолями. Рубаха прилипла к спине. После каждого десятка ударов приходилось останавливаться и переводить дыхание.

Скоро выяснилась ещё одна неприятная подробность: топору требовалась не столько грубая сила, сколько умение. Ударишь под неправильным углом — лезвие отскакивает или вязнет. Перехватишь рукоять слишком близко к обуху — удар выходит слабым. Слишком далеко — заноет кисть. На Земле подобные знания умещались в коротком видеоролике с бодрым названием «Пять ошибок новичка». Здесь каждую ошибку приходилось оплачивать мозолью.

После очередного неудачного удара топор застрял в стволе. Свен потянул его на себя. Тот не поддался. Свен упёрся сапогом в дерево и потянул сильнее. Лезвие внезапно выскочило, и он снова оказался на земле.

Командор подошёл и сел рядом.

— Можешь не говорить. Технику безопасности я помню.

Котёнок поднял лапу и принялся умываться.

— Просто в программе не было предмета «Техника безопасности при похищении шаманского топора».

Поначалу Командор помогал по-своему: прыгал на падающие ветви, ловил листья, путался под ногами и норовил отнять верёвку, которую Свен свил из гибкой коры. Когда одна жердь мягко, но убедительно прижала его хвост к земле, котёнок отошёл в сторону и занял должность наблюдающего начальника.

— Вот так всегда, — сказал Свен. — Как только началась настоящая работа, руководство сразу самоустранилось.

Он поставил две основные опоры, соединил их перекладиной и принялся укладывать наклонные жерди. Сначала сооружение выглядело так, словно должно рухнуть ещё до завершения. Свен несколько раз разбирал узлы, менял угол опор и переносил вход.

Здесь земные знания наконец пригодились.

Да, у него не было расчётной программы. Не было чертежа, уровня, рулетки и нормального крепежа. Зато он понимал, как распределяется вес, где конструкция начнёт расползаться и почему широкое основание надёжнее красивого, но слишком крутого каркаса. Он выбрал три опорные точки, усилил их поперечными связями и добавил короткие распорки.

Каркас перестал шататься.

Свен отошёл, прищурился и заметил, что одна из опор выбивается из общего ритма. На прочность это почти не влияло, зато взгляд цеплялся за перекос. Он попытался убедить себя, что жильё временное, материалов нет, а эстетика сейчас — роскошь. Через минуту всё равно развязал крепление и переставил жердь.

На это ушла ещё четверть часа.

— Вот теперь нормально.

Командор смотрел на него с выражением, в котором Свену почудилось недоумение.

— Да, можно было оставить как есть. Нет, я не мог.

На архитектурном факультете это называлось профессиональным взглядом. В клубе «Ника» — привычкой проверять себя в зеркале со всех сторон. Какое из двух образований заставило его переставить опору, Свен решать не стал.

— Уже не позор, — вынес он предварительное заключение.

Командор осторожно ткнул лапой ближайшую жердь.

— Не раскачивай. Эксплуатационные испытания ещё не проводились.

Следующим слоем пошли тонкие ветви. Свен переплетал их между жердями, а сверху укрывал листвой. Где зелени не хватило, пошла в дело длинная трава. На крышу пришлось собрать ещё несколько охапок. Он укладывал их снизу вверх, чтобы вода стекала наружу, а не внутрь.

Верёвок не было. Гибкая кора рвалась, если затянуть слишком туго, и расползалась, если оставить слабо. Свен начал делать двойные петли, а концы прижимать короткими деревянными клиньями. Первый клин раскололся. Второй вылетел и едва не угодил ему в лицо. Третий удержался.

Потом удержался и четвёртый.

Постепенно движения стали увереннее. Свен уже не примерял каждую ветку по пять раз. Он видел, куда она ляжет, какой конец нужно подрезать и где понадобится дополнительная опора. Плотником это его всё ещё не делало, но беспомощным теоретиком он себя больше не чувствовал.

Светлое небо давно набрало полную яркость. По поселению то и дело прокатывался шум голосов. Кто-то прошёл неподалёку и остановился посмотреть, но Свен не отвлёкся. Если местные хотят посмеяться, пусть сначала дождутся результата.

Шалаш понемногу обретал форму.

Свен расширил вход, чтобы не ползать внутрь на четвереньках. Перед ним устроил небольшой навес на двух стойках. Навес вышел кривоватым, зато под ним можно было сидеть в дождь. Пол Свен очистил от камней и выстелил сухими ветками и травой. Отдельное место для вещей приподнял над землёй на решётке из коротких жердей.

На всё ушло несколько часов.

Когда Свен наконец отступил и окинул постройку взглядом, усталость почти утонула в волне удовлетворения.

Перед ним стояло примитивное жильё. Ни окон, ни настоящей двери, ни отопления. Стены разной толщины, навес заметно косит влево, один край крыши пришлось придавить камнем. И всё же это было жильё. Оно не должно было рухнуть от первого порыва ветра, защищало от возможного дождя и позволяло спать не под открытым небом.

— Между прочим, некоторые архитекторы начинают карьеру с проектов и похуже, — сказал Свен.

Командор первым вошёл внутрь.