— Грейс, как ты себя чувствуешь? — Эдвард осматривал мою шею. — Слабость? Голова кружится?

— Нет.

— Тогда позови свою стихию и сделай так же. — Эдвард потушил, а потом вновь зажёг на ладони пламя.

— А если я сейчас разнесу ещё что-нибудь?

— Просто попробуй.

Сделала, как велели, но выходило не очень. Свет постоянно норовил свернуть куда-то не туда.

— Не получается, — пожаловалась я.

Эдвард отрицательно покачал головой.

— Давай.

Ладно. Как скажете. Потом не жалуйтесь.

Потянулась к стихии вновь. И на этот раз она отозвалась. Белый огонёк замерцал на ладони. Ручной, он ласково щекотал кожу.

— Получилось, — пробормотала удивлённо.

— Умница моя. — Эдвард приобнял меня за плечи, поцеловал, заставляя едва ли не мурлыкать от счастья.

— Да прекратите целоваться! — снова заорал Дарер. — Вы что натворили? Вы мне чуть мальчишку не искалечили!

— И ничего я не мальчишка, — возмутился Робер. Он сидел на полу, привалившись к Эмилии, и хлопал себя по ушам.

— Робер, — Эдвард быстро подошёл к нему, присел.

— Да всё со мной нормально, — отмахнулся парень. — В ушах только гудит. Здесь здорово шарахнуло, когда портал мой разнесло, а потом вы с Грейс появились. Значит вы больше не ловчий? Мне теперь Дарера слушаться?

— Да, Робер.

— Неохота, — скривился парнишка. — Лучше бы вас.

— Поговори мне ещё! — Дарер, до этого расхаживающий по колодцу с заложенными за спину руками, остановился и повернулся к Роберу. — Иди двойки исправляй, неуч.

— Я лучше поговорю. — Робер оскалился, но на всякий случай сполз пониже.

— Эмили, — обратился Эдвард к молчаливой девушке, — мне жаль.

Ловчая подняла голову.

— Вы поступили правильно. Наверное. В любом случае, я рада, что вы выбрались.

Эдвард поднялся на ноги.

— Идём, Грейс.

— Сейчас. Маркуса только заберу, — ответила я. — Робер, он у тебя?

— А как же. Забавный старикан.

— Герцог чёрных болот, олух! — каркнул Маркус из брошки.

— Куда собрались? — возмутился Дарер. — Осборн, ты серьёзно хочешь меня с ними оставить? У одной свадьба и тряпки сейчас на уме, у второго куча хвостов ещё с прошлого года, которые он исправлять не желает. Что мне с ними делать?

— Работать, друг мой, работать.

— Издеваешься?

— Пока нет, — ответил Эдвард, — но я ещё с тебя спрошу. Как ты мог отпустит Грейс во Мрак?

— Попробовал бы сам её удержать. Она меня едва по стенке не размазала.

Дарер скрестил руки на груди и отошёл от нас.

— Ой, можно подумать, его в пасть к какому-нибудь монстру кидают, — закатила я глаз.

— Для Дарера монстр предпочтительней, — ответил Эдвард.

— Да? Тогда жди меня. Я сейчас.

Подошла к Дареру, тронула за плечо.

— Можно я дам тебе один совет?

— Нет, — проигнорировал мой порыв мужчина.

— А я всё равно его дам. Знаешь, говорят у меня это неплохо получается.

— И? Что за совет? — Дарер всё же заинтересовался мной. Обернулся.

— Влюбись.

Вновь мы с Эдвардом встретились только спустя четыре дня.

К этому времени я успела прийти в себя, успокоиться, переварить произошедшее, но увидев в каком состоянии бывший ловчий перешагнул порог бюро, устраивать скандал передумала.

Таким измученным я его даже во Мраке не видела.

Попросила Маркуса собрать нам поесть, усадила Эдварда на диван.

— Устал?

— Очень, — признался Эдвард, укладывая голову ко мне на колени. — Столько отчётов и объяснительных мне в жизни писать не приходилось. Смотри, теперь и у меня мозоль на пальце.

— Бедненький, — пожалела его.

После того как связь Эдварда с Мраком оборвалась, не только глаза его приобрели нормальный, живой вид, ушла и прежняя холодная, давящая энергия.

— Я скучала.

— Я тоже, Грейс. Но не мог прийти раньше. Мы с Дарером разбирались в делах Линдера. Пришлось срочно выяснять, какие из его работ надо уничтожить, прежде чем до них доберётся магбезопасность, какие сохранить, но пока придержать втайне, а какие можно спокойно передать другим службам.

— И как там Дарер? Смирился с новой должностью?

— Дареру на этот раз повезло, ему в подчинение достались охотник и выпускник боевой академии.

— А Эмилия с Робером?

— Обычно. Оба вернулись на свои участки. Освоилась с магией?

— Не очень, — скривилась я.

— Говори.

— Не волнуйся. Всё нормально. Но я пока не понимаю, что мне с ней делать дальше. Есть она и есть. Да и твоя магия нравится мне больше. Кстати, о ней! Помнишь, ты боялся, что тень может разрушиться? Так вот, Ночка осталась целой и до сих пор спокойно сидит у меня под запястьем.

— Ночка?

— Да, я решила, что она сделала для меня столько, что заслужила имя. А вчера я подружила их с Огоньком, и мы весь вечер играли в кошки-мышки. Победила дружба.

Эдвард усмехнулся, поймал мою руку, поцеловал, прижал к груди и затих.

— Спит? — спросил появившийся с подносом Маркус.

— Похоже.

Надо же, ничего его не берёт. Ни монстры, ни Мрак, ни Линдеры всякие. А бумажки доконали.

Невесомо, чтобы не разбудить, гладила Эдварда и, кажется, только сейчас окончательно понимала: всё закончилось.

В то время как я принимала непосредственное участие в разборках ловчих, друзья мои переживали собственные приключения. Оказывается, стоило им выйти из портала, как тот закрылся, оставив меня по ту сторону.

Немного подождав и справедливо рассудив, что я ввязалась в очередную передрягу, они принялись за мои поиски. Вот только где меня искать никто из них понятия не имел.

Пришедший в себя Бенни, знал о месте нахождения лаборатории, в которой жил и работал последние дни не больше остальных, но немедленно кинулся решать подброшенную ему головоломку да с таким энтузиазмом, что к моменту нашего с Эдвардом возвращения в Рейвенхилл, почти закончил выстраивать новый коридор.

Пообещав явиться в первую же свободную минуту, Эдвард передал меня друзьям, забрал с собой артефактора и исчез в клубах тьмы. А меньше чем через час моя почтовая шкатулка загорелась красным. Ко мне прилетело письмо от Дин. Зарёванный листок бумаги с одним-единственным словом: «Спасибо».

Все последующие дни прошли тихо.

Я немного поупражнялась в магии, освоилась с потоками и их направлением, но проведя большую часть жизни как обычный человек, постоянно забывала, что теперь тоже полноценная магичка.

Временами ошейник вновь начинал сдавливать мне горло. Тогда я хваталась за него, не находила и успокаивалась. Показалось.

Севиль сутками увивался около Беаты. После всего случившегося Сибилла, наконец, приняла его, дав согласие на брак со своей дочерью. Так что теперь друг на пару с невестой выбирали семейное гнёздышко и вроде бы окончательно решили остановиться на двухэтажной квартирке в доме недалеко от Книжной 13.

«Главное, близко к работе», — говорил Сев, показывая мне квартиру.

Брен по-прежнему жил во дворе, отказываясь переселяться в гостевую комнату, но я заметила, за волком недолгие вечерние отлучки, и сегодняшний вечер не стал исключением.

— Грейс, у меня есть к тебе два дела, — сказал Осборн, не открывая глаз.

— Каких?

— Первое. Шарф.

— В комоде, во втором ящике возьми, — сказала я, ленясь вставать. — Красный свёрток.

Результат моих трудов Эдвард рассматривал долго. Потом спросил:

— Это точно шарф?

— Конечно!

— Но почему он дырявый?

— Ничего-то ты не понимаешь! Это последний писк моды. То есть первый. Потому что уникальный. Такого пока нет даже у дома Шармон!

Скрестила руки на груди и надулась. Откинулась на спинку дивана.

— Не злись, Грейс, я в моде не понимаю. — Эдвард намотал шарф на шею. Подошёл ко мне и поцеловал. Потом вновь улёгся на колени. — Спасибо. Я буду его носить.

Врун. Не станет он надевать это безобразие.

— А какое второе дело? — не выдержала я. Всё-таки любопытство меня погубит.