— Оно не поступало.

— Но я правда сообщала жандармам! — Вскочила с постели от избытка чувств.

— Разберёмся, — сказал Эдвард, и я бессильно опустилась на край кровати.

Похоже, больше никаких «я тебе верю» ждать не стоит.

Повисла тяжёлая тишина. Я старалась не издавать ни звука, не напоминать ловчему о себе лишний раз. Эдвард же о чём-то глубоко задумался.

— И снова ничего, — проговорил он, забыв про меня. — Ни-че-го.

Осборн швырнул книгу на столик и запрокинул голову.

— В смысле? — подскочила я. — Ты не чувствуешь её энергию? Значит лавка артефактов и книга связаны?

Эдвард встряхнулся, пришёл в себя. И, конечно, не ответил на мой вопрос, задал свой:

— Говоришь, в лаборатории стоял неприятный запах?

Фыркнула.

— Запах? Там не продохнуть от вони было.

Деревянным движением Эдвард поднялся на ноги, подошёл к кровати и присел передо мной.

— Я снова сделала что-то не так? — перепугалась я.

— Всё так, Грейс. Ты умничка.

Эдвард, едва касаясь, провёл ладонью по моей щеке.

— А чуть раньше ты меня дурой обозвал, — припомнила я.

— Не без этого.

И новое касание, ещё более нежное.

Не смогла удержаться от ответного жеста. Дотронулась пальчиками до волос Эдварда и погладила, зарылась смелее, почувствовав, что ему это нравится.

— Ты что-то понял?

— Да. — Эдвард улыбнулся, перехватил мою руку, поцеловал и поднялся. — Спасибо за маяк, Грейс.

Разом стало пусто, тоскливо и просто никак.

— Подошёл?

— Да. Настойку пей каждый час. Она быстро поможет. Вексель за выполненный заказ я выписал. Плюс премия за содействие следствию. И ещё, у меня одна просьба. Навещай Дин. Она успела привязаться к тебе. Спасибо за всё, Грейс, и прости.

Эдвард ушёл, забрав проклятую книгу, а я ещё долго сидела, ожидая его возвращения.

Время тянулось бесконечно медленно. В какой-то момент я начала подозревать, что оно и вовсе остановилось, но вот дверь спальни открылась.

— Эдвард! — Метнулась навстречу вошедшему.

— Он ушёл, — сказал Севиль, закрывая дверь ногой. Руки у него были заняты подносом. — Велел хорошо тебя кормить и да, вот, выпей. Я попробовал. Дрянь редкостная. Но бодрит.

Без слов вылила в себя зелье, не почувствовав его вкуса.

— Как ты? — сочувственно спросил Севиль.

— Сносно. Спасибо. Что здесь? Мясо? А разве больным не полагается есть куриный бульон?

— Осборн сказал мясо приготовить.

Безропотно ела, краем уха слушая болтовню Севиля.

— Зачем тебе столько денег? — рассуждал он. — Я когда увидел сумму в векселе, решил, что у меня со зрением проблемы.

Пожала плечами.

— Агентство детективное куплю. Сотрудников штат найму.

— Эм-м, — протянул Севиль. — Стесняюсь спросить, но ты под это дело собираешься здание ратуши приобрести?

— Посмотрим, — ответила равнодушно. Сейчас для меня ничего не имело значения.

— Грейс! — Севиль сел на постель рядом со мной и обнял. — Что с тобой? Какой дирх между тобой и Осборном проскочил?

— Дирх здесь ни при чём. Ему просто нет до меня дела.

— Неправда, — возмутился Севиль. — Ты бы видела, как он переживал.

— Естественно! — процедила зло, ведь злиться и обвинять проще. — Я ценный свидетель, ему нужно было обязательно допросить меня.

— Какая же ты глупая. — Севиль покачал головой. — Ловчий твой сам едва не помер, пока тебя с того света возвращал. Ешь давай.

— Не хочу. Ты жаркое пересолил.

— Врёшь! — подскочил эльф.

— Нет.

— Ну ты и змеюка, Грейс! — разобиделся Севиль, собирая посуду и гордо удаляясь.

— Я тоже тебя люблю, зайчик, — крикнула вслед Севилю, прежде чем дверь за ним захлопнулась.

Оставшись одна, легла на бок, подтянула ноги к животу.

Кажется Севиль прав. Я где-то ошиблась.

Но какая теперь разница? Я его больше не увижу. Эдвард дал ясно мне это понять

— Грейс, у нас клиент, — объявил Маркус.

— Скажи ему, что мы закрыты по техническим причинам, и выстави вон, — велела я.

Как ни печально, но приходится признать, специалист по решению проблем из меня вышел никакой. Я себе-то помочь не могу, не то что другим.

Нет, если и продолжать работу, то в изменённом виде.

Больше никаких разруливаний чужих трудностей. Только их создание. Это у меня действительно получается делать изумительно.

— Таких людей выгонять нельзя, — возразил Маркус. — Извини, Грейс, но я с ним спорить не рискну и тебе не советую.

— Неужели в наше скромное бюро заглянул сам император?

— Нет, — озадачился Маркус.

— Ловчий?

— Нет.

— Тогда не вижу проблемы. Всех остальных ты можешь спокойно отправить восвояси.

— Не могу-у-у, — проныл призрак. — Я, как ты и просила, сказал ему, что мы не работаем, а он пригрозил меня развеять, если я посмею ещё хоть слово против вякнуть.

— Пусть только попробует! — стряхнула я с себя меланхоличное настроение. — Я его сама развею.

И ведь не так уж и врала. Тень свою Эдвард у меня не забрал. Ощущала временами её движение под кожей, прислушивалась к ней и легко поглаживала. Вдруг Эдвард через неё не только про грозящую мне опасность понимает, но и чувства мои слышать может. Тоску, например. И нежность, которую мне так хочется ему предать. Даже если она ему не нужна.

С тех пор как он ушёл, прошло меньше суток, а, кажется, будто я его вечность не видела.

— Лучше по-хорошему узнай, что ему надо, — проворчал Маркус. — Он сердитый очень.

— Разберёмся, — успокоила я Маркуса.

Кому-то сейчас крупно не повезёт. И настроение у меня как раз подходящее. Выплеснуть его на домашних я себе, естественно, не позволила, зато излить его на того, кто посмел угрожать моему сотруднику мне сам дирх велел.

Вот только вид человека, встреченного мной в гостиной тире приёмной заставил смешаться.

Он стоял ко мне спиной. Как всегда идеально прямой, гордый до надменности.

Обнять бы его сейчас покрепче, прижаться и сказать как сильно я скучала.

Но сентиментальный порыв быстро прошёл. Зато нервотрепательный настрой никуда не делся.

Бедный, любимый, милый папочка, если бы ты только знал, как мне тебя заранее жаль, наверняка не пришёл бы сюда ещё с месяц!

— Ваша светлость, чем обязана?

Граф Ровендрейн неспешно обернулся, окинул меня оценивающим взглядом, и по обе стороны от него завертелись световые вихри, выдавая раздражения.

Да-да, папуля, привыкай. Теперь я чаще всего выгляжу именно так. Узкие брюки, открытая шея, выставленный напоказ ошейник. Не специально. Просто в какой-то момент мне настолько надоело с ним возиться, что я сама не заметила как перестала стыдливо прикрывать его от чужих глаз воротником или платками.

— Мне надо решить проблему.

Проблему, значит...

Села за стол, указала отцу на место напротив себя.

— Сегодня у нас нерабочий день, но для вас готова сделать исключение. Прошу, граф, присаживайтесь. С каким вопросом вы обратились к нам?

— Мне нужно помириться с дочерью.

Помолчала, придав лицу умное выражение.

— Хорошо. Думаю, я смогу помочь вам. Маркус, — позвала призрака, — будь добр, составь договор.

— Договор? — изумился отец.

— Разумеется. — Сцепила пальцы в замок. — У нас всё по правилам. Ваши требования, мои обязательства. Оплата моей работы.

— Оплата? — Папуля слегка подрастерялся.

— Конечно. Я бесплатно не работаю.

— Хорошо, — согласился папа. — Каковы расценки?

— За пятьсот золотых я выдаю вам адрес Роузи. Ещё тысяча, и я выступаю посредником в мирных переговорах между отцом и дочерью. Если вам подходят условия, подпишите документ.

Улыбнулась отцу своей фирменной улыбкой. Широкой, ослепительной и кровожадной.

— Ты не поняла, Грейс, — покачал головой папа. — Мне нужно помириться с другой дочерью.

— Не знала, что у графа Ровендрейна есть ещё одна дочь.

— Грейс, — начал отец.