Мужик набрал полную грудь воздуха и дунул в рог что есть мочи. Но вместо тревожного гула над деревней разнёсся жалкий сип – в горле от ужаса пересохло начисто. Со второй попытки рог и вовсе выскользнул из потных ладоней и улетел с вышки вниз.

– Мутанты! – завизжал мужик, и его крик разнёсся над всем поселением.

– На нас напали мутанты!

Но было уже поздно, защитники оставили деревню.

– Кажется, это сработало даже слишком хорошо, – прошептал Борис, пытаясь изобразить «Лебединое озеро».

– И не говори, – ответил я, занимаясь тем же самым.

Зачем мы делали то, что делали? Ради чего пытались вызвать испанский стыд у каждого мало‑мальски обученного танцора?

Всё просто – каждый взмах руки и ноги заставлял перья Клюворезов работать и создавать необходимую нам дымовую завесу. И вот уже в ней мы выглядели не просто как выряженные с головы до ног любители Хеллоуина, а как грозные пернатые мутанты, от одной мысли о встрече с которыми дрожал каждый здравомыслящий человек.

Увы, последних, видать, в Дальней больше не осталось. Не после битвы с Ледошкуром и Клюворезами, так уж точно.

Но что вообще сейчас происходило?

Психологическая война, дамы и господа! Самая что ни на есть психологическая война!

Украшение Любы натолкнуло меня на мысль использовать собранные нами перья Клюворезов. Вот только что из них можно было сделать? Чучело Клювореза? А что с ним делать? Держать в руках и тыкать в носы усть‑заденских, как маленьким детям? Мол, смотрите, у меня какая бяка в руках, у‑у‑у!

Страшно? Нет? А почему?

Идея требовала доработки. И эту доработку, что удивительно, предложила именно наша Люба.

Она спросила, а не можем ли мы соорудить из перьев полноценные костюмы. Ну или плащи на худой конец, как мы сделали с маскхалатами. Только облепить их не грязью, мхом и листьями, а перьями Клювореза. Получится этакая иллюзорная дымящаяся накидка.

Но ее будет маловато, чтобы напугать крестьян. А вот если к накидке добавить полноценную костяную маску из черепа Клювореза… то это уже будет выглядеть очень даже устрашающе, скажу я вам!

Хоть в этом мире такого и не было, но мы создали образ самого настоящего чумного доктора!

А дальше все уже пошло по накатанной.

Люба пожелала поучаствовать в диверсии.

На кой‑черт, спросите вы? А все потому, что я посмотрел на ее обновленный Статус.

Имя: Любовь Юркова

Отношение: уважение

Талант: Сплетница

Потенциал: шпионка, отравительница

Оч‑чень серьезный набор! Который при должном развитии мог вырасти во что‑то невероятное! Поэтому, несмотря на первоначальное сопротивление, я всё же дал добро на участие девушки в нашей операции.

Быть может, после нее или парочки подобных моментов она сможет развиться в этакую Лару Крофт, расхитительницу гробниц. Только вместо гробниц мы будем шманать склады и тайники других Стратегов.

Но то – вопрос будущего.

Люба при поддержке Ростислава должна была сначала «умыкнуть» долбленки, а после чутка пошугать крестьян, которые обязательно бросятся их возвращать. Что им нужно было сделать? Да просто пару раз примелькаться на противоположном от мужиков берегу, действуя им на нервы и просто не давая расслабляться.

Моя же группа, в которую входили я, Борис, Елисей, Сергей и парочка самых крепких щитоносцев, должна была ворваться в Усть‑Заден и навести максимум паники, на который мы только способны, попутно вызволяя наших лесорубов.

Вступать в битву никто не планировал. Да и кто из оставшихся жителей, когда почти все защитники убежали за лодками, вообще полезет в здравом уме с деревяшками на мутантов?

Оставшиеся жители Усть‑Задена при нашем появлении только деру давали, прятались в избах и вообще выглядели бледнее бумаги. А мы и не стремились разубеждать их в том, что их поселение обречено.

Мои люди неслись по прямой, издавая самые страшные звуки, которые только может услышать человеческое ухо. Как мы этого достигли? А я вам отвечу – «свисток смерти»!

Летал я как‑то в Мексику и там узнал о существовании якобы боевого свистка ацтеков, который они использовали, чтобы запугать своего врага. И звук там и вправду получался жуткий. Особенно ночью. Особенно в лесу или в пещере.

Так вот… Хоть я и не помнил точно, как он устроен внутри, но я поставил перед Олегом задачу соорудить нечто похожее. Ну а что? Опыт со свистульками он уже получил, а теперь я требовал сделать что‑то схожее, но чтоб звучало как наши свистульки, только если бы параллельно с тем где‑то тянули за хвост кота.

Не лучшая моя аналогия, но теперь вы понимаете, насколько неприятным получился звук, издаваемый нашим «свистком смерти».

А пока Сергей с бойцами шугали местных и тем самым отваживали их прочь от сарая с пленными, мы с Борисом сорвались спасать наших парней. Стражников у его дверей, что естественно, не обнаружилось. Поди, как и остальные, убежали ловить лодки или смылись от приближающихся мутантов.

Мы резво откинули деревяшку, запирающую дверь, и Борис первым вошёл внутрь сарая.

Внутри сидели бледные и осунувшиеся лесорубы.

– Мужики, вот и мы, мы пришли вас спа…

– А‑а‑а‑а, мутант! – закричал Данила и прописал не пойми откуда взятой палкой «мутанту» по лицу.

Борис от такого аж осел на землю. Его маска треснула, а я так и видел, как над головой охотника теперь витало несколько Клюворезов.

Увидев, что влетевший в сарай «мутант» мутантом не являлся, лесорубы смущённо переглянулись.

Особенно недоумевал Данила, всё ещё держа палку связанными руками и не зная, что и сказать. Наконец, он всё же нашелся со словами:

– Чего?

Повисло неловкое молчание.

Которое я нарушил хлопком в ладоши.

– Так, всё это, конечно, замечательно, но кто‑нибудь здесь хочет вернуться домой в свою деревню? Поднимите руки.

Руки подняли все присутствующие. В том числе и Борис, который всё ещё пытался собрать глаза в кучку.

– Отлично, – хмыкнул я, срезая с мужиков верёвки. – Тогда хватайте своего павшего товарища и визжите что есть мочи, пока мы не окажемся в лесу.

– Что, простите? – спросил кто‑то из лесорубов.

– Я сказал что‑то непонятное.

– Нет, но…

– Все вопросы – потом. Визги – сейчас! Всё ясно?

– Д‑да!

– Чудно, тогда… начали!

Мартин Щербатов понял, что утро не задалось, когда его разбудил бледный, как смерть, Степан.

– Что там случилось? – чванливо произнес он, вылезая из‑под шелкового одеяла. Ах, какое же блаженство… Не чета его кровати в Княжествах, но всяко лучше того убожества, что местные посмели ему предложить в первые дни здесь.

– Лодки, господин Стратег! Они уплывают!

– Ну так идите ловите их, – отмахнулся Мартин. – Что мне, учить вас каждой мелочи?

– Понял, господин Стратег! Мы сейчас же вернём их!

Степан, громко ступая по полу, покинул его спальню, позволив Мартину вновь погрузиться в сладкую негу. Ах, если бы она могла длиться вечность…

Но вечность была вновь нарушена.

Степан во второй раз ворвался в его спальню. На этот раз по его лицу катился холодный пот.

– Господин Стратег, там… там мутанты напали на нашу деревню!

– Какие, к черту, мутанты? Ты в своем уме⁈

– Самые настоящие!

– Чтоб вас всех! – прорычал Щербатов, срываясь с постели и доставая одноразовый артефакт, предназначенный как раз на такой случай. Персональный пугач от мутантов.

Всего‑то надо было зажечь спиральки на ночь, и его спальня стала бы неприступной крепостью для любого мутанта. Хоть какое‑то безопасное место во всей деревне.

Что, а как же жители? А что он сделает⁈ Он Стратег, а не витязь!

Соваться головой в пасть мутанту? Нет уж, увольте!

Зажигая артефакт, Мартин уточнил у ждавшего непонятно чего Степана: