Солнце продолжало клониться к горизонту, а никакого удовлетворительного результата наши поиски так и не принесли.

Казалось, что ситуации хуже не придумаешь. Я не только позволил неизвестному похитить моих людей, но я даже не мог выйти на его след. А там, где был первый успех, последует и второй.

Кто бы ни выкрал лесорубов, но он придет и во второй раз. И я не мог даже предположить, где, когда и с какой стороны последует удар.

Даже укрепи я деревню, чтобы не отстать от других Стратегов, мне придется посылать людей на добычу дубов и на месторождение малахита. А это идеальный момент для новой западни. Держать же отряд обороны при оружии каждый раз не получится. Если я отведу их в дубраву, то кто гарантирует, что неизвестные не нападут сразу на деревню?

А если я оставлю всё как есть, то кто обеспечит безопасность будущих шахтеров в овраге?

Как решить эту проблему? Увеличить отряд обороны? Так тогда просядет наша добыча… Заготовить ловушки? Нападающие – не дураки, раз умудрились предугадать погоню. Кто‑то, может, и попадётся в условную волчью яму, но остальные? Скорее отступят, забрав своего подранка, и станут наблюдать, выжидая более удачного момента для налета.

Нехорошо. Всё складывалось ой как нехорошо…

Неожиданно мои невеселые мысли прервал приглушённый окрик Бориса.

– Кто‑то плывет по реке! К нам кто‑то плывет!

– Все – в укрытие! – рявкнул Сергей, и солдаты, уже достаточно ловко передвигающиеся по лесу, тут же юркнули в разные стороны, подобно тараканам при включенном свете на кухне.

Я также не стал ловить воздух ртом и нырнул за покрытый мхом булыжник почти у самого берега реки. Рядом со мной тут же оказался Ростислав, вжав голову в плечи.

Примерно на тридцать секунд всё вокруг стихло – только листва на деревьях шумела, да вода плескалась в русле реки.

А затем… я увидел одиноко плывущую лодку. Точнее, даже не лодку. Это была долбленка – плавсредство, выдолбленное из ствола дерева. Внешне она больше походила на приплюснутое каноэ.

В ней сидело двое мужиков, каждый из которых размеренно работал веслом. Они о чем‑то разговаривали друг с другом, но я не мог расслышать из‑за плеска воды.

Но вот что я мог сделать, так это посмотреть на их Статусы! Что я и сделал.

И, как только я прочитал строки текста, всплывшие передо мной, я удивлённо раскрыл глаза.

Почему? Потому что я теперь знал, кто украл моих людей!

Перед моими глазами проступили строки текста.

Имя: Русс Карий

Отношение: пренебрежение

Талант: Провокатор

Потенциал: заводила, гондольер

Я узнал этого человека. Русс был одним из тех усть‑заденских мужиков, что по своему скудоумию пришли в дубраву и потребовали от меня передать ее во владения Щербатова.

Они рассчитывали, максимум, столкнуться с такими же крестьянами, но по итогу наткнулись сразу на меня и получили отворот‑поворот. После же столь неприятной неудачи я больше не видел мужиков из Усть‑Задена, да и к дубраве они старались не приближаться. Видать, также прознали про Ледошкура, а потому решили просто на нее забить.

Но вот Ледошкур пропал, а наша деревня вновь занялась добычей дубов. Несложно догадаться, что мы каким‑то образом решили вопрос мутанта. А это означало, что дубрава вновь переходила в статус «спорной земли», за которую и пободаться будет не лишним.

Неспроста ж говорят, сделал соседу гадость – на сердце радость.

А теперь ситуация дошла и до того, что Щербатов украл моих людей и их инструменты.

Хотя с чего это я прямо‑таки уверовал, что всё произошедшее было делом рук людей Мартина? Мало ли жители Усть‑Задена пользуются рекой, к которой мы вышли. Доказывает ли это их вину в краже моих людей?

Вот вообще нет. Но был во всем этом один нюанс…

Стоило мне рассмотреть фигуру Русса, как я увидел на его плечах кожаную жилетку. А что самое главное, я видел ещё этим утром тот же самый элемент одежды на Даниле, нашем лесорубе и вместе с тем ученике Йорика.

Почему я вообще запомнил столь незначительную деталь? Потому что Люба рассказывала, мол, одна девушка из новоприбывших крестьян решила признаться в своих чувствах парню и попросила в том помощи у Василисы.

Внучка Елисея не придумала ничего лучше, как посоветовать сделать Даниле подарок.

«Тогда ему уже совесть отказать не позволит!» – так мне пересказала ее слова Люба.

И что в итоге? Всё сработало так, как и заявила Василиса. Девушка сшила добротную жилетку, после чего вручила ее во время общего ужина Даниле.

Ученик Йорика только и мог что пучить глаза, но отказать девушке и вправду не смог. Да и не хотел, если судить по его пунцовому лицу.

И вот вопрос – как же жилетка, которую Данила таскал везде и всюду, подобно гордому павлину, вдруг оказалась на теле мужика из соседней деревни?

А я скажу вам… потому что он поди ее же и стянул, когда вязал наших лесорубов!

Внутри меня медленно закипала злость. Она и так не ослабевала с момента пропажи лесорубов, но сейчас она стала набирать обороты.

Мартин Щербатов… а ведь я уже и забыть успел про этого недомерка. На фоне того же Волкова, Краснова или нападений мутантов манерный франт уже не виделся мне серьезным противником.

Но теперь… такое нельзя оставлять без ответа.

– Господин Стратег, – едва слышно прошептал Ростислав, – может, перехватим? Иначе уйдут.

Я покосился на охотника. Тот уже прикидывал, как бы половчее выскочить из‑за валуна. Рука то и дело тянулась к луку на его спине.

– А попадешь? – спросил я.

– Должен, – ответил Ростислав, прикидывая дистанцию и направление ветра, а затем добавил: – По идее.

Подумав, я всё же принял решение.

– Сидим, не рыпаемся.

– Но как же!..

– Даже если ты и попадешь, то что дальше? – спросил я. – Если усть‑заденские утащили наших людей, то эти сейчас возвращаются к себе домой. Не вернутся – их Стратег поднимет тревогу. Перепрячет наших ребят или и того хуже. Нет, раньше времени мы их тревожить не будем. По крайней мере пока…

Ростислав нехотя выдохнул, признавая мою правоту.

– Тогда что мы будем делать?

– То же, что и всегда, Пинки, – припомнил я старый мультфильм про двух лабораторных мышей. – Попробуем захватить мир!

Лодка меж тем неспешно уползла вверх по течению.

Мы с охотником отползли прочь от берега, где нас уже дожидался Сергей с отрядом обороны.

– Сергей, – обратился я к сержанту, – бери бойцов и веди их в Дальнюю. Смотрите в оба и ждите нашего с Ростиславом и Борисом возвращения.

– А вы? – спросил он. Ростислав также уставился на меня, не зная, что я задумал.

– А что мы? Мы заскочим в гости к соседу. Надо же поддерживать добрососедские отношения, не так ли?

Судя по оскалу Сергея и всех остальных, я сказал правильные вещи.

Шли мы долго.

Лодка двигалась вверх по реке едва ли быстрее пешехода, и мы без особого труда поспевали за ней, скрываясь за прибрежными зарослями. Я все ждал, что гребцы свернут к берегу, но нет – долблёнка упрямо ползла вперед, пока не добралась до той самой развилки, где река расходилась на два рукава.

И там она повернула на северо‑восток.

Я мысленно развернул перед собой карту. Северо‑восточный рукав уходил аккурат к землям Усть‑Задена.

Вот теперь всё складывалось в единую мозаику. Следы, что вели на юг, к Многолесью, оказались обманкой. Пока мы прочесывали кусты и петляли по лесу, наших мужиков попросту погрузили в лодки и увезли водой в противоположную сторону.

Хитро. Профессионально, я бы даже сказал.

Кто‑то из людей Щербатова определенно умел думать. Верить в то, что всё это организовал сам Мартин, я попросту отказывался.

За развилкой течение стало работать на гребцов, и лодка заметно прибавила ходу. Нам с охотниками пришлось перейти на лёгкий бег, продираясь через кустарник и стараясь не отсвечивать на открытых участках. Борис шёпотом помянул чью‑то мать. Ростислав же дышал ровно и размеренно. Нашему новому следопыту такие прогулки были явно не в новинку.