Проект большого дома заставил Йорика почесать голову, но, что любопытно, не удивил. Как оказалось, подобная застройка ещё была вполне актуальна у северных налётчиков, которые в этом мире, видимо, являлись полноценным аналогом викингов.

Место Йорик выбрал для будущего здания почти что вплотную к кухне, чтобы впоследствии не пришлось и ее переносить на новое место. Достроить же было куда проще, чем сносить и ставить заново.

Работать над большим домом предстояло строительным бригадам Йорика, а также нашим пленничкам.

И даже этого было недостаточно, поэтому я объявил о повышенной ставке для всех строителей. Практически сразу у меня выстроилась целая очередь из желающих поработать во «внеурочное» время.

И вот так началась стройка. Погода как раз нормализовалась, и мы приступили к подготовительным работам.

Рубка деревьев, их обработка и транспортировка. Всё это уже было нашим крестьянам привычно и понятно.

Проблемы неожиданно начались с земли.

Первым делом под сооружение такого размера нужно было подготовить фундамент. Землю нам выкапывал Митяй – Тимофей привёл крота к пустырю под стук барабана. Йорик показал пастуху колышки на земле, а дальше оставалось только наблюдать за трудом крота‑рудоеда.

Всего за день Митяй справился с поставленной задачей. Вот только проблемы начались сразу после.

Ночью вновь прошёл дождь. Утром на пустыре стоял самый настоящий пруд, с ровными берегами, которые Митяй так старательно вырезал накануне.

Это на какое‑то время сбило Йорика, который теперь был мрачнее тучи.

– Неужто вёдрами теперь черпать? – выдавил он наконец. – К обеду, может, и управимся, всё вычерпаем…

– А ночью опять пройдёт дождь, и всё по новой, – прикинул я, посмотрев на тучи над головой.

– Это никуда не годится, – согласился старик и выругался.

Черпать вёдрами воду всё равно попробовали. Делать‑то было нечего. Построили цепочку рабочих, которые стали выливать воду из нашего котлована в тот же ров за земляным валом. Вот только по прошествии часа вновь начало моросить. Стало ясно, что мы занимаемся чем‑то не тем.

– Нужно прорыть канаву, – решил я. – Отсюда ко рву. Если сделать ее под уклоном, то вода сама уйдёт.

– А это мысль, – одобрительно произнёс Йорик. – Разве что копать по такой грязи…

– Так, а кто сказал, что это будем мы делать? – хмыкнул я. – На что нам, по‑твоему, Митяй?

– И то правда. – На губах Йорика также проступила едва заметная улыбка.

Митяй выкопал канаву за час. Вода пошла, пруд начал мелеть, и я уже решил, что на этом неприятности закончились. Как бы не так!

К вечеру наш котлован стал оплывать. Стенки его, рыхлые после работы крота‑рудоеда, поползли внутрь. И Митяй тут уже особо ничем помочь не мог.

Требовалось укрепить котлован для нашего будущего большого дома. И я даже знал как.

– Нужно уплотнить землю, а иначе всё у нас вновь поплывет, – подвёл я итог.

– Можно соорудить трамбовки, – предложил Йорик. – Я как‑то у княжеских строителей такое видел. Приделывают дубовую чурку к палке и вперёд – стучать по земле! День работы, и земля что камень будет!

– Тогда так, – решил я. – Митяй идёт впереди и режет грунт, а следом мужики с трамбовками бьют стенки, пока земля не перестанет ползти. Крот роет, люди уплотняют.

Йорик прикинул, хмыкнул и пошёл выбирать чурки.

Уже на следующий день было готово десять трамбовок.

Теперь дело пошло на лад. Митяй резал грунт, а мужики следом уплотняли стенки трамбовками.

Только на третье утро котлован у нас перестал чавкать под сапогом. Это был определённо прогресс!

Следующим этапом была установка самого фундамента. И класть его было решено из камня. Из‑за того, что камня Соколова нам ещё придётся ждать и ждать, я решил временно прибегнуть вновь к способностям Митяя.

Савва же смог сделать так, чтобы крот‑рудоед выгрыз ему жернова, так что же мешает нам поставить перед мутантом такую же задачу? Разве что нам нужны были массивные блоки для фундамента.

Уверен, у того же Соколова камень будет получше, что обработкой, что качеством, но мы торопились, поэтому пришлось обойтись подобным методом.

Ещё неделю мы свозили подходящие куски камня под фундамент к большому дому. И настоящая стройка наконец началась.

* * *

Надземная часть поднималась на удивление быстро. Лесорубы заготавливали сосну и доставляли её на волах прямо к пустырю, бригада Прола распускала брёвна на тёс новыми пилами Меченого, а бригада Йорика укладывала один уровень за другим.

Старик расхаживал вдоль стен с палкой, как и положено суровому бригадиру, чтобы никто не расслаблялся. За ещё одну неделю стены поднялись на два метра, и в деревне появилась новая достопримечательность. Крестьяне после своей работы то и дело заворачивали на пустырь, чтобы полюбоваться, как поднимается столь монструозная постройка. На фоне рядовых изб она и в самом деле выглядела внушительно.

Будущая печь на фоне всего вышеописанного выглядела задачей несложной. Так, во всяком случае, считал Архип.

– Ничего сложного, господин Стратег! – заявил наш печник, едва услышав, что ему предстоит сложить печь на две сотни ртов. – Я уже почти в каждую избу печь поставил! Что мне ещё одна? Пока ваши плотники с крышей возятся, я вам печь поставлю, хоть завтра топите.

Крыши ещё не было, стены стояли без верхних венцов, и складывать печь под открытым небом в первые заморозки было, прямо скажем, сомнительной затеей. Но Архип рвался в бой, поэтому я доверился печнику и его навыкам.

Единственное, что меня смущало, это ночные заморозки. Сырая глина на холоде схватывается плохо, это я помнил ещё по стройке собственной дачи. Но Архип уверял, что у него всё под контролем, а спорить с печником о печи я не стал.

Начал он действительно бодро. Глину Архип замешивал сам и сам же перетаскивал камень. За четыре дня на пустыре поднялась печь на каменном основании прямо посреди большого дома, со сводом из кирпича, боровом и трубой. Под постройку таких габаритов печь также выходила соответствующая, при желании на ней можно было и вола целиком зажарить.

Фаддей как увидел ее, так сразу же начал примеряться к ней со своими котлами. Наконец у него появится нормальная площадка для готовки.

Первый прогрев печи Архип устроил вечером при всей бригаде. Печник божился, что уж теперь‑то работать будет куда как проще, ведь у большого дома появится пышущее жаром сердце!

– Помяните мое слово, растопим сейчас эту красавицу, и вы забудете об одубевших ладонях! – с широкой улыбкой объявил Архип.

– Архип, меньше слов, больше дела, – поторопил я печника, которого порой всё же заносило.

– Кхм, прошу меня простить, господин Стратег. Разволновался, – повинился мужчина и после моего кивка стал разжигать костер внутри печи.

Бригада Йорика меж тем уже дошла до самой крыши, и до завершения большого дома оставалось всего ничего. Ещё немного, и никакой ливень нам будет не страшен!

Жители Дальней целиком и полностью разделяли мой настрой, поэтому на прогрев печи пришла как бы не половина деревни.

И вот печь задымила, загудела, над большим домом разнёсся радостный гул. Йорик облегчённо вздохнул. Архип выпятил грудь от довольства.

– Я же говорил, раз плюнуть!

И именно в этот момент со стороны печи раздался глухой треск.

Треск повторился, и на этот раз его услышали даже те, кто стоял у самой дальней стены большого дома.

По правому боку печи, от самого свода до каменного основания, пошла трещина. Сначала тонкая, не толще волоса, а уже через минуту в неё можно было просунуть палец. Из щели потянуло сизым дымом, и некогда радостный гул крестьян тут же сменился нервным ропотом.

Архип стоял перед своим детищем с открытым ртом. Вся его недавняя гордость куда‑то испарилась, плечи опустились, и наш печник на глазах сделался ниже ростом.