— Где ты?

Из его голоса мгновенно исчезло все веселье.

— На Малхолланд, примерно в миле от поворота к твоему дому.

— Я уже еду. Оставайся в машине и запри двери.

— Хорошо.

— Хочешь, я останусь с тобой на линии?

— Нет, все нормально. Я просто немного на нервах, но до твоего приезда справлюсь.

— Хорошо. Держись.

— Буду.

Раздался щелчок, и связь оборвалась.

Я потерла болезненное место на груди и заставила себя перестать плакать. Мне совершенно не хотелось встречать Остина в слезах.

Не прошло и пяти минут, как я увидела, как его черный «Рейндж Ровер» вылетел из-за поворота на противоположной стороне Малхолланд. С визгом шин Остин свернул на смотровую площадку и уже через секунду выскочил из машины, оставив дверь распахнутой.

Я начала открывать свою дверь еще до того, как он успел подойти, но Остин распахнул ее до конца и тут же вытащил меня наружу, прижимая к себе.

Грудь болезненно отозвалась на это движение, но я прикусила губу.

— Господи, что, черт возьми, случилось?

Я уткнулась ему в грудь, прижавшись щекой к тому месту, где билось сердце. Оно колотилось часто и резко.

— Я толком не знаю. Когда я выехала на Малхолланд, кто-то пристроился совсем близко сзади. Сначала слегка ударил меня в бампер, но мне негде было остановиться. Потом я увидела эту площадку и собиралась съехать сюда, но прежде чем успела, он врезался в меня снова.

— Черт! Ты в порядке?

Остин отстранился и принялся ощупывать меня с головы до ног, будто проверял, нет ли травм.

— Я в порядке. Правда. Просто грудь немного болит там, где меня удержал ремень, но ничего серьезного.

Не успела я его остановить, как Остин расстегнул две верхние пуговицы моей блузки и начал осматривать кожу.

— Тут будет чертовски здоровенный синяк. Ребра болят?

Он начал осторожно надавливать на грудную клетку со всех сторон.

В конце концов я шлепнула его по рукам.

— Ребра не болят. Со мной все нормально. А вот с машиной не очень.

Он поморщился, разглядывая смятый зад моего «Приуса».

— Полицию уже вызвала?

Я напряглась, вспомнив нашу последнюю встречу с полицейскими.

— А обязательно? Ты же видел, как они повели себя в прошлый раз.

Остин провел ладонью вдоль моей спины.

— Прости, малышка, но придется. Хотя бы ради страховки тебе понадобится полицейский протокол.

— Черт. Я об этом забыла.

— Давай посадим тебя в мою машину, а я им позвоню. Я буду рядом все время. Ни на секунду тебя не оставлю.

— Спасибо, — пробормотала я.

Я дулась и прекрасно это понимала.

Остин осторожно помог мне забраться на пассажирское сиденье «Рейндж Ровера», а затем взял телефон с центральной консоли. Пока он ходил туда-сюда и разговаривал с диспетчером, я даже не пыталась вслушиваться.

Через несколько минут он снова сел в машину, закрывая нас внутри под благословенным потоком кондиционера.

— Сказали, кто-нибудь будет минут через десять.

Он потянулся ко мне, взял мою руку и поцеловал ладонь.

Я выдохнула от одного этого прикосновения.

— Я так рад, что с тобой все в порядке. Еще пара футов и ты бы улетела вниз. Я бы убил того, кто был за рулем.

— Только полицейским этого не говори.

— Не скажу, умница.

Вскоре за нами остановилась патрульная машина полиции Лос-Анджелеса.

Остин сжал мою руку.

— Ты справишься.

Мы вышли из внедорожника и подошли к двум офицерам. Они были вежливы, пока я подробно рассказывала обо всем, что произошло.

Остин рядом со мной становился все напряженнее, особенно когда я описала, как черный внедорожник остановился посреди дороги после того, как вытолкнул меня на обочину.

Один офицер фотографировал разбитую машину, второй заполнял отчет.

Когда Остин спросил, может ли авария быть связана со взломом моего дома, оба полицейских посмотрели на него скептически.

— Водители в Лос-Анджелесе сумасшедшие, — сказал один из них. — Вы бы удивились, сколько случаев бегства с места аварии мы видим. Скорее всего, водитель просто задержался, чтобы убедиться, что вы не пострадали, а потом уехал, чтобы избежать ответственности. С этим протоколом страховка все покроет, и тарифы вам поднимать не должны.

Он говорил так, будто меня волновали исключительно расходы на ремонт.

Но я думала о том же, о чем явно думал Остин.

А вдруг это был тот же человек, который проник в мой дом?

При мысли о том, что у кого-то извращенного психа сейчас могут быть мои трусики, меня передернуло.

Остин, должно быть, почувствовал это, потому что сильнее прижал меня к себе.

Мы поблагодарили полицейских и вернулись в его машину.

Всю дорогу к дому Остина мы молчали, каждый погруженный в собственные мысли и догадки.

Он остановился возле фонтана и поспешил обойти машину, чтобы помочь мне выйти.

Проведя внутрь, Остин усадил меня на свой до смешного удобный диван.

— Сиди здесь. Я принесу тебе тайленол и выпущу Блю.

— Спасибо.

Я откинулась на спинку дивана и почувствовала, как шея постепенно начинает деревенеть.

Завтра я буду чувствовать себя так, будто меня переехал грузовик.

С кухни донеслось поскуливание, а затем по плитке застучали когти.

Наверное, Блю учуял меня, потому что тут же раздалось радостное тявканье, и он пулей влетел в гостиную.

На гладком полу щенок не успел затормозить и врезался прямо в диван.

Я не смогла сдержать смех.

Со стоном подняла его к себе, и Блю тут же принялся облизывать мне лицо.

Собаки действительно умели сделать лучше почти все.

Через несколько минут Остин вернулся с упаковкой таблеток и водой.

— Держи. Я позвонил своему механику. Он заедет за ключами и отвезет твою машину на эвакуаторе в их кузовной сервис. Когда страховой эксперт ее осмотрит, решим, что делать дальше.

Я прижалась к Остину, прихватив с собой Блю, и он автоматически обнял меня одной рукой.

— Спасибо, что разобрался со всем этим и приехал за мной.

— Конечно.

Он начал перебирать прядь моих волос.

— Пока мы не поймем, что происходит, ты больше никуда не ездишь одна. Я буду отвозить тебя в школу и забирать, когда смогу.

Я вздохнула.

— Остин, у тебя полноценная работа. Ты не можешь быть моим личным водителем.

— Я могу делать все, что мне, черт возьми, захочется. Один из плюсов собственного бизнеса — сам устанавливаешь график.

Он сжал мое плечо.

— Мне нужно это делать. Пожалуйста, позволь. Я и так из последних сил сдерживаюсь, чтобы не собрать тебя вместе с Блю и не перевезти сюда.

Я застонала.

— Не слишком ли рано для совместного проживания?

— Для тебя — может быть. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Если буду возить тебя на работу и обратно, мне станет гораздо спокойнее.

— Ох, ладно.

Я взяла Остина за запястье и посмотрела на часы.

— Черт, мне пора. Я обещала Тейлор приготовить сегодня ужин.

— Сегодня ты никому ничего готовить не будешь. Выпьешь пару таблеток, примешь долгую горячую ванну и будешь отдыхать.

Звучало просто божественно.

— Механик должен приехать с минуты на минуту. А потом давай по дороге к тебе заедем за ужином. Я угощаю вас с Тейлор из «Little Dom’s».

Жульничал он грязно.

Прекрасно знал, что «Little Dom’s» — наш с Тейлор любимый итальянский ресторан и находится совсем недалеко от дома.

— Ты купил меня жареными шариками ризотто.

— Обожаю, когда ты говоришь «шарики».

Я только фыркнула.

Я со стоном откинулась на спинку стула за своим столом. Прошло почти двадцать четыре часа, и я действительно чувствовала себя так, будто меня переехали.

Я глотала тайленол чуть ли не горстями, но шея все равно протестовала против любого резкого движения.

В дверь класса постучали.

— Войдите.

Дверь открыл Кайл, и я подавила вздох.

Вот уж с кем мне сегодня совершенно не хотелось иметь дело.