– Да, я спряталась в лесу, когда увидела его в небе. Но он тоже полетел туда, а в лапах держал тигренка. Когда он обернулся в человека, я вскрикнула, и он увидел меня.

– И что сделал?

– Ничего… Просто смотрел, а потом исчез.

– Просто исчез? ­– Эдриан издал смешок, от которого меня пробила дрожь. – Хочешь сказать, что дракон просто отпустил тебя? И думаешь, я поверю в эту чушь?!

– Я не лгу вам! Мы виделись с ним раньше. На торговой площади, когда вы спасли меня от толпы. Это тот самый торговец, что обвинил меня в краже. Он еще тогда понял, что я из замка. Что удивительного в том, что он улетел? Жители долины тоже не хотели общаться со мной, когда узнавали, откуда я.

– Вот именно. Он знал кто ты. И теперь в моем замке два его шпиона.

– Но я не шпионка! И тигр тоже! Он был ранен. Я не могла оставить его там умирать. Пожалуйста! Я прошу вас, Ваше Величество, пощадите его. Он совсем еще малыш и не сделал ничего плохого.

Я снова вцепилась в одежду короля, с мольбой вглядываясь в его глаза, но Эдриан брезгливо оттолкнул меня.

– Есть еще какая-нибудь тварь в этом дворце, о которой я должен знать? ­

Я обречено покачала головой. Надежды спасти тигра таяли с каждым произнесенным королем словом.

– Нет… – всхлипнула я, качая головой. – О Пушке вы и так знаете,

– О ком? Кто это, Пушок? – рявкнул Эдриан, и я испуганно вжала голову в плечи.

– Дракон, – ответила я, затравленно глядя на него.

Внезапно мои слова подействовали на Эдриана как холодный душ. Он растерянно смотрел на меня, словно не мог поверить в услышанное.

– Ты… – казалось, он с трудом подбирал слова, переводя беспомощный взгляд с меня на Матильду. – Ты называешь дракона… Пушком? Как кота?

– А вы думаете, это так просто носить в себе огромного огнедышащего монстра, способного испепелить весь город и, – я покосилась на Матильду, – убивать невинных младенцев? Мне было страшно, и я… Я придумала ему такое прозвище.

Дракон внутри меня, наконец, встрепенулся. «Поздно уже, – обиженно подумала я. – Где ты был, когда мне нужна была твоя помощь?». В груди шевельнулось острое чувство вины, но я не собиралась его прощать.

– И как он относится к этому имени? – лицо короля по-прежнему было нечитаемым.

– Ему не нравится, – ответила я, не понимая, куда он клонит. Но Эдриан вдруг удовлетворенно кивнул.

– Я так и подумал, – рассеянно пробормотал он и, развернувшись, направился к выходу из вестибюля.

– Ваше Величество, – жалобно позвала я, все еще надеясь замолвить словечко за тигра, но Матильда одернула меня за рукав.

Эдриан обернулся и окинул меня все тем же странным нечитаемым взглядом.

– Отправляйся в башню и сиди там, пока я не приму решение о твоей участи. Матильда, проводи ее.

Я хотела возразить, но все слова застряли в горле. Развернувшись и опустив голову, я побрела к лестнице, стараясь не смотреть на мадам.

26

– Ваш ужин, мисс.

Матильда поставила передо мной чашку с ячменной кашей. За окном уже стемнело, но я не стала зажигать свечи привычным способом и ждала, пока мадам зажжет свечи от лучины.

Поковырявшись немного в тарелке, я вздохнула и отложила ложку. Есть совсем не хотелось.

– Мадам, почему вы все так перепугались? Тигр не сделал ничего плохого. Самое страшное в нем – его размер. А на самом деле, это просто котенок.

Мадам Эберлейн покачала головой, наливая в кружку слабое вино.

– У вас талант оправдывать чудовищ. Это гигантский монстр — с горящими глазами и огромными клыками, источающий парализующий черный дым. Ума не приложу, как удалось провести его в замок? Как вы вообще смогли подойти к нему?

Я пораженно уставилась на Матильду.

– А мы точно об одном и том же тигре говорим? Я не видела ни горящих глаз, ни черного дыма. Просто испуганный тигренок-переросток.

Мадам всплеснула руками и присела на стул рядом со мной.

– Мисс Ася, вы, и правда, не понимаете? Это животное опасно. Он очень быстро взрослеет и достигает огромных размеров. Однако, он способен проникать куда угодно, оставаясь невидимым. Он не оставляет следов, преследуя свою жертву. И являет свой истинный облик только в моменты опасности, обездвиживая противника дымом. Его хозяин способен видеть и слышать все, что происходит рядом с тигром. Правитель Албазина наверняка в курсе всего, что происходило в замке в последнее время.

– Правитель Албазина? Но как?

– Королевством Востока – Албазином – управляет дракон. Это его вы видели в лесу. Если то, что вы сказали, правда, он уже давно шпионит за Эдрианом, выдавая себя за торговца. А тигр в замке упростил его задачу. Албазин наш давний враг. Его Величеству приходится тратить много магических сил на противостояние их вторжению. И вот теперь вы поставили под удар безопасность всего Ингизора. Восточный Дракон наверняка уже в курсе наших магических потерь.

Я застыла. Так вот почему восточный дракон дал мне уйти. Он тащил в своих когтях не добычу, а оружие против короля Ингизора. Против Эдриана. А я так простодушно пронесла шпиона в самое сердце страны.

Испытывая почти физическую боль от осознания сделанного, я застонала. Бессмысленно молить Эдриана пощадить тигра. Он никогда этого не сделает.

– Мне так жаль, мадам, – пробормотала я, размазывая по щекам слезы, не в силах поднять глаза на Матильду.

– Почему вы ничего не сказали о встрече с Драконом Востока?

– Я хотела выяснить, как он трансформируется. Можно ли делать это безболезненно. Думала, это поможет мне… – я осеклась, – понять, могу ли и я так же. Надеялась, что встречу его в деревне, ведь он притворялся торговцем… И еще я не знала, как вы все отреагируете на раненого тигренка. Я всего лишь хотела вылечить его и выпустить. Простите, мадам. Я… Я совершенно ничего не знаю о вашем мире. Мне так стыдно.

– Прощения вам нужно просить не у меня, – сдержанно ответила Матильда и вышла, оставив меня одну.

Ну почему, почему я такая глупая?! С досады мне по привычке захотелось забраться под одеяло и спрятаться от реальности. Но вдруг стало ясно, что это не поможет. Я больше не хотела прятаться от трудностей. Сейчас я была гораздо смелее, чем в день, когда превратилась в дракона. Сила дракона, его ярость стали моей силой, моей яростью. Правитель Албазина воспользовался моим неведением, но я смогу все исправить. Только бы Эдриан дал мне еще один шанс.

В дверь постучали. Я вздрогнула и тут же расслабилась, увидев улыбающееся лицо Альберта. Вот кто всегда был на моей стороне, мой настоящий друг.

– Альберт! – воскликнула я, бросившись в объятия мужчины. – Я так вам рада!

Он по-отечески приобнял меня и от этой простой искренней поддержки слезы вновь хлынули из глаз. Альберт слегка похлопал меня по спине, терпеливо ожидая, когда я успокоюсь, а затем поманил меня за собой.

– Мне нельзя покидать башню, – виновато объяснила я, но он прижал палец к губам и заговорщицки улыбнулся. Мы крадучись спустились вниз, стараясь избегать безмолвных стражников в темных коридорах. Раньше меня пугала тишина и безлюдность замка. Теперь пришло время бояться неожиданных свидетелей. Замок изменился. Он больше не казался холодным и мрачным. Отныне повсюду сновали слуги, в коридорах стояли вазы с благоухающими цветами, темные портьеры сменились светлыми, и даже лица на портретах больше не казались жуткими.

Пока я рассматривала изменения, Альберт привел меня на задний двор. Там, в самом темном углу стояла огромная кованая клетка. Господин Эберлейн вручил мне факел и ободряюще подтолкнул ближе к клетке. Там, на спине спал сытый тигр, вытянув задние лапы и свесив язык. Рядом с ним стояла кадка с водой, повсюду валялись обглоданные кости. Я радостно вскрикнула и тигр тут же вскочил. Узнав меня, он оглушительно замурчал, бодая головой решетку. Я протянула руку и нежно почесала дуралея за ушком. Довольно сощурившись, он продолжал тереться о решетку. Я оглянулась на Альберта.