Колёса сорвались на мокром асфальте.

Она выровняла машину в последний момент.

И вдруг впереди появились фары.

Знакомые.

Слишком знакомые.

Серебристый автомобиль.

Максим.

— Нет.

Она не знала, как он её нашёл.

Не знала, почему оказался здесь.

Но увидела, как он перестраивается.

Как машина встаёт между ней и чёрным седаном.

— Максим!

Конечно, он не мог её услышать.

Но она всё равно закричала.

Чёрная машина попыталась обойти его.

Максим не позволил.

Несколько секунд.

Несколько бесконечно долгих секунд.

А потом седан резко ударил его в бок.

Алиса увидела, как машину Максима заносит.

Удар.

Металл.

Свет.

Её собственный крик.

И только одна мысль.

Нет. Только не снова.

Она развернула машину.

Плевать на опасность.

Плевать на преследователей.

Плевать на всё.

Она вернулась.

— Алиса.

Она вздрогнула.

Перед ней стояла медсестра.

— Вы можете зайти.

Сердце остановилось.

Утро началось с тишины.

Алиса проснулась раньше будильника.

Несколько секунд она лежала неподвижно, глядя в потолок и не понимая, почему сердце бьётся так быстро.

Потом вспомнила.

Авария.

Больница.

Фотография.

Сообщение.

«ОНА ДОЛЖНА ВЕРНУТЬСЯ ТУДА, ГДЕ ВСЁ НАЧАЛОСЬ».

Она резко села.

Телефон лежал на тумбочке.

Алиса схватила его.

Никаких новых сообщений.

Ни звонков.

Ни предупреждений.

Ничего.

Она медленно выдохнула.

Тишина больше не успокаивала.

Теперь она казалась ожиданием.

Будто кто-то где-то сделал паузу.

И ждал её следующего шага.

Алиса откинула одеяло и подошла к окну.

Город постепенно просыпался.

Машины.

Люди.

Свет в окнах.

Всё выглядело совершенно нормально.

Слишком нормально.

Она вдруг поймала себя на мысли, что ищет глазами чёрный автомобиль.

И сразу разозлилась.

— Нет.

Тихо.

Но твёрдо.

— Я больше не собираюсь бояться каждой машины.

Телефон завибрировал.

Алиса вздрогнула.

На экране высветилось имя.

Соня.

Она ответила.

— Ты жива?

— Доброе утро и тебе.

— Алиса, я серьёзно.

В голосе Сони слышалось настоящее беспокойство.

— Вчера ты просто исчезла.

Алиса закрыла глаза.

— Прости.

— Что произошло?

Она помолчала.

— Долгая история.

— Отлично. Я умею слушать.

— Соня…

— Алиса.

В этот раз голос подруги стал мягче.

— Ты не обязана рассказывать всё. Но хотя бы скажи, что ты в порядке.

Алиса посмотрела в окно.

Была ли она в порядке?

Хороший вопрос.

— Я жива.

На другом конце повисла пауза.

— Это не совсем ответ.

— Знаю.

— Максим с тобой?

Алиса замерла.

— Почему ты спрашиваешь?

Соня тяжело вздохнула.

— Потому что весь институт уже знает, что вчера он попал в аварию.

Алиса закрыла глаза.

Конечно.

Святой Эдвард жил слухами.

Здесь невозможно было чихнуть так, чтобы через час половина студентов не обсуждала, чем ты болен и с кем проводил прошлую ночь.

— Он в порядке.

— Ты уверена?

— Относительно.

— Это Максим Орлов. У него даже сотрясение мозга, наверное, выглядит самоуверенно.

Алиса невольно улыбнулась.

— Соня.

— Что?

— Ты ужасный человек.

— Но ты улыбаешься.

Алиса сразу перестала.

Соня тихо рассмеялась.

— Вот. Уже лучше.

— Мне нужно собираться.

— На пары?

— Нет.

— Тогда куда?

Алиса посмотрела на фотографию, лежавшую на столе.

Она достала её вчера из папки.

Снова.

Словно надеялась, что при новом взгляде заметит то, чего не увидела раньше.

Аэропорт.

Мама.

Отец.

Мужчина в тёмном пальто.

— Мне нужно кое-что проверить.

Соня сразу стала серьёзной.

— Одна не ходи.

Алиса нахмурилась.

— Почему все вдруг решили, что я не могу ходить одна?

— Потому что за последние недели за тобой следила машина без номеров, тебе присылали угрозы, на тебя напали, а вчера ты едва не попала в аварию.

Алиса молчала.

— Прости, — добавила Соня уже тише. — Но, может быть, сейчас действительно не стоит делать вид, что ничего не происходит?

Эти слова неприятно задели.

Потому что были правдой.

Алиса слишком долго считала самостоятельность единственным способом выжить.

Не просить.

Не жаловаться.

Не ждать.

Не надеяться.

Но сейчас она всё чаще ловила себя на мысли, что устала.

Просто устала всё время быть сильной.

— Я подумаю, — сказала она.

— Это уже прогресс.

— Не привыкай.

— Никогда.

Они попрощались.

Алиса положила телефон.

И почти сразу услышала звонок в дверь.

Она замерла.

Сердце мгновенно ускорилось.

Один звонок.

Пауза.

Потом второй.

Алиса медленно подошла к двери.

Посмотрела в глазок.

И замерла.

Максим.

Он стоял в коридоре, прислонившись плечом к стене.

На нём были тёмные джинсы и чёрная куртка.

Волосы, как всегда, были слегка растрёпаны.

Но выглядел он хуже, чем вчера.

Бледный.

Уставший.

На лбу — небольшая повязка.

Одна рука всё ещё была зафиксирована.

Алиса открыла дверь.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

— Ты должен быть дома.

— Доброе утро.

— Максим.

— Рад тебя видеть тоже.

Алиса нахмурилась.

— Тебе нельзя сюда приезжать.

— Почему?

— Потому что вчера ты попал в аварию.

— Я заметил.

— Тогда почему ты здесь?

Он посмотрел на неё.

И неожиданно ответил совершенно спокойно:

— Хотел убедиться, что ты дома.

Алиса замерла.

— Убедился?

— Да.

— Отлично.

Она начала закрывать дверь.

Максим поймал её здоровой рукой.

— Подожди.

Алиса посмотрела на его пальцы.

Потом подняла взгляд.

— Я ничего тебе не обещала.

Он медленно убрал руку.

— Я знаю.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

— Вчерашний разговор ничего не изменил.

— Возможно.

— Я всё ещё злюсь.

— Это очевидно.

— И я всё ещё не доверяю тебе полностью.

Максим кивнул.

— Хорошо.

Алиса нахмурилась.

— Что значит «хорошо»?

— То и значит.

— Ты не собираешься спорить?

— Нет.

— Убеждать меня?

— Нет.

— Говорить, что я должна дать тебе второй шанс?

— Нет.

Она смотрела на него всё внимательнее.

Что-то было не так.

Максим Орлов не сдавался.

Никогда.

Он мог спорить часами.

Мог довести её до белого каления одной улыбкой.

Мог специально появиться там, где она меньше всего хотела его видеть.

Но сейчас…

Сейчас он просто стоял перед ней.

Максим Орлов ненавидел больницы.

Он понял это в тот момент, когда второй раз за неделю оказался в одной из них.

Белые стены.

Слишком яркий свет.

Запах лекарств.

И люди, которые говорили тихо, будто громкий голос мог разрушить чужую жизнь окончательно.

Максим сидел в коридоре, опустив локти на колени.

В руках он сжимал телефон.

На экране было последнее сообщение от Алисы.

Всего несколько слов.

«Я в порядке».

Он перечитал их, наверное, раз двадцать.

И ни разу не поверил.

Потому что после всего, что произошло, слова «я в порядке» перестали что-либо значить.

Особенно когда их говорила Алиса.

Она всегда была в порядке.

Когда боялась.

Когда злилась.

Когда оставалась одна.

Когда ей было больно.