— Меняет.

— Нет.

— Алиса…

— То, что твоя фамилия стоит рядом с фамилией моего отца, не делает тебя невиновным.

Максим медленно кивнул.

— Согласен.

Она ожидала спора.

Но его не последовало.

— Ты даже не будешь оправдываться?

— А смысл?

— Обычно ты очень разговорчивый.

— Обычно меня не обвиняют в том, чего я не делал.

Алиса посмотрела ему в глаза.

— Я тебя не обвиняю.

— Пока.

Она отвернулась.

На столе лежала фотография.

Три человека.

Её отец.

Александр Орлов.

И Виктор Сергеевич.

Теперь этот снимок казался ей совсем другим.

Ещё вчера Виктор был человеком, который помог ей пережить смерть родителей.

Сегодня его имя оказалось в документах, связанных с тайной.

— Откуда ты знаешь Виктора Сергеевича? — спросила Алиса.

Максим помолчал.

— Он несколько раз встречался с моим отцом.

— По работе?

— Думаю, да.

— Думаешь?

— Я никогда не спрашивал.

— Почему?

Максим пожал плечами.

— Потому что в моей семье не принято обсуждать дела отца.

— Очень удобно.

— Не для меня.

Он взял фотографию.

— Я действительно не знал об этом.

Алиса посмотрела на него.

— И теперь поверишь мне?

— Я и раньше тебе верил.

— Мы почти не знакомы.

— Это не мешает.

— А мне мешает.

Максим усмехнулся.

— Я заметил.

Алиса забрала фотографию.

— Мне нужно больше документов.

— Знаю.

— Откуда?

— Потому что ты не остановишься.

Она нахмурилась.

— Ты опять делаешь вид, что знаешь меня.

— Нет.

Максим посмотрел на закрытый шкаф.

— Просто я тоже хочу узнать, что произошло.

Алиса молчала.

— Почему? — спросила она наконец.

— Потому что мой отец там.

— И?

— И я хочу понять, кем он был для твоего отца.

Алиса задумалась.

— Здесь должны быть другие документы.

— Где?

— В архиве.

— Это и есть архив.

— Не этот.

Она посмотрела на шкаф.

— Основные материалы проекта хранятся в закрытом крыле.

Максим нахмурился.

— Ты уверена?

— Нет.

— Откуда тогда знаешь?

Алиса достала из папки лист.

На нём была старая схема института.

Несколько помещений были отмечены красными крестами.

Внизу стояла надпись:

«Доступ ограничен. Только для участников проекта».

Максим изучил схему.

— Закрытое крыло давно не используется.

— Значит, там никого не будет.

— Или именно поэтому там что-то осталось.

Алиса подняла глаза.

— Ты идёшь со мной?

— Да.

— Я не спрашивала.

— Но надеялся, что спросишь.

Она закатила глаза.

— Самоуверенный.

— Зато полезный.

— Это ещё предстоит проверить.

Максим улыбнулся.

— Тогда проверим.

Они вышли из архива через несколько минут.

Алиса шла впереди.

Максим — чуть позади.

Коридоры постепенно становились пустыми.

Учебный день закончился.

Студенты разошлись.

В здании осталось только несколько преподавателей и сотрудники.

— Нам нельзя туда официально, — сказал Максим.

— Я знаю.

— За проникновение могут отчислить.

— Я тоже знаю.

— А ты всё равно идёшь.

— Да.

— Мне нравится твоя последовательность.

— Мне не нравится твоя болтовня.

— А мне начинает нравиться твоя.

Она резко остановилась.

Максим едва не врезался в неё.

— Что?

— Тише.

Он сразу перестал улыбаться.

— Что ты услышала?

Алиса прислушалась.

Где-то впереди действительно раздались шаги.

Они переглянулись.

Шаги приближались.

Максим схватил Алису за запястье и потянул в ближайшую нишу.

Она хотела возмутиться, но он приложил палец к губам.

По коридору прошёл охранник.

Он остановился возле двери.

Проверил замок.

Потом пошёл дальше.

Алиса выдохнула.

— Можешь отпустить?

Максим тут же разжал пальцы.

— Извини.

Она посмотрела на его руку.

Потом на него.

— Спасибо.

Он удивлённо поднял бровь.

— Это сейчас было «спасибо»?

— Не привыкай.

— Поздно.

Она едва заметно улыбнулась.

И тут же отвернулась.

Максим заметил.

Но ничего не сказал.

Через несколько минут они оказались у старой лестницы.

За ней находилась металлическая дверь.

На табличке:

ЗАКРЫТО.

Максим посмотрел на Алису.

— И как мы туда попадём?

Она достала ключ.

— E-17.

— Ты уверена, что он от этой двери?

— Нет.

Она вставила ключ.

Замок щёлкнул.

Дверь открылась.

Максим посмотрел на неё.

— Кажется, теперь уверена.

Алиса вошла первой.

Внутри было темно.

Максим включил фонарик на телефоне.

Луч света скользнул по стенам.

Старая мебель.

Разбитые лампы.

Пыль.

Закрытые двери.

И длинный коридор, уходящий в глубину здания.

— Ненавижу такие места, — сказал Максим.

Алиса удивлённо посмотрела на него.

— Ты боишься?

— Нет.

— Тогда почему ненавидишь?

— Потому что здесь слишком легко оказаться в фильме ужасов.

Она впервые за несколько дней рассмеялась.

Совсем тихо.

Максим посмотрел на неё.

— Что?

— Ничего.

— Ты сейчас засмеялась.

— Нет.

— Я видел.

— Тебе показалось.

— Хорошо.

Он улыбнулся.

— Пусть будет показалось.

Они пошли дальше.

В конце коридора находилась дверь.

На ней сохранилась старая табличка:

АРХИВ. ПРОЕКТ «ЭДВАРД».

Алиса остановилась.

— Нашли.

Максим посмотрел на дверь.

Алиса никогда не любила хоккей.

Точнее, она никогда не понимала, зачем люди добровольно выходят на лёд, чтобы несколько часов гоняться за маленькой чёрной шайбой, падать, сталкиваться и делать вид, что боль — это часть игры.

Когда-то отец пытался объяснить ей правила.

Она продержалась ровно семь минут.

— Ты даже не смотришь, — сказал он тогда.

— Я смотрю.

— Ты смотришь в телефон.

— Это тоже форма наблюдения.

Отец рассмеялся.

— Когда-нибудь ты сама захочешь прийти на матч.

— Никогда.

— Никогда — слишком громкое слово.

Алиса тогда закатила глаза.

Теперь она стояла перед ледовой ареной Святого Эдварда и думала, что отец снова оказался прав.

Это раздражало.

Особенно сейчас.

— Ты пришла!

Соня появилась рядом совершенно неожиданно.

Алиса посмотрела на неё.

— Не кричи.

— Я не кричу.

— Ты кричишь.

— Потому что ты действительно пришла!

Соня схватила её за руку и потянула к входу.

— Я до последнего думала, что ты передумаешь.

— Я тоже.

— Но всё-таки пришла.

— Мне стало интересно.

Соня посмотрела на неё с таким выражением лица, будто услышала признание в любви.

— Интересно?

— Да.

— Максим будет счастлив.

Алиса остановилась.

— При чём здесь Максим?

Соня невинно улыбнулась.

— Ни при чём.

— Соня.

— Что?

— Ты специально меня сюда привела.

— Конечно.

— Я так и знала.

Соня засмеялась.

— Послушай, ты уже несколько недель живёшь в состоянии «я никому не доверяю, все вокруг что-то скрывают». Тебе полезно хотя бы один вечер провести среди нормальных людей.

— Хоккеисты — нормальные люди?

— Иногда.

— Очень убедительно.

Они вошли внутрь.

В арене было шумно.

Музыка гремела из динамиков.

На трибунах уже собирались студенты.

Кто-то держал плакаты.

Кто-то скандировал название команды.

На льду шла разминка.

Алиса остановилась.

Её взгляд сам собой нашёл знакомую фигуру.

Максим.

Он двигался по льду совершенно иначе, чем в институте.