Собственно, я никаких идей от собравшихся и не ожидал. Моей целью было продемонстрировать им их беспомощность, а потом решить исход битвы самому.
— Хорошо, — я взмахом руки отпустил всех. — Завтра мы посмотрим, как лучше поступить, а пока отдыхайте!
— Андрейг, — подошел ко мне на следующее утро Фагрон, когда я, выйдя из шатра, поднялся на холм, чтобы еще раз окинуть взглядом войско Гиндара. — Барон Вендел ночью сбежал и увел своих людей.
— За это предательство он будет лишен своих владений вместе с жизнью, — ответил я, не оборачиваясь. — Странно только, что никто этого не заметил. Или заметили, но не стали останавливать, так как и сами подумывали о том, чтобы сбежать.
— Что мы будем делать? — спросил меня будущий король Кинда.
— Строиться и готовиться к битве! — громко произнес я, одновременно отвечая Фагрону и отдавая приказ.
— Но… — начал было мой собеседник, которого я сразу же прервал.
— Всё увидишь, твоё величество, — я улыбнулся и похлопал вампира по плечу. — Сейчас сам всё увидишь!
Подошла Инасиас.
— Не смею перечить, мой король, — проговорила она своим обычным спокойным голосом. — Но я была бы плохой воительницей, если бы сказала, что мы сможем победить такую рать одной дружиной. Уводите войско, пока не поздно.
— Встань в строй! — жестко осёк я темную эльфийку я. — И больше никогда не смей сомневаться в твоем короле и сюзерене!
Инасиас поклонилась и молча вернулась в строй, а её место заняла неизменная Ди.
— Позови ко мне Элеонаса и магов! — приказал я ей.
— Вы, — я обвел взглядом свой невеликий магический отряд. — Что бы сейчас ни произошло на поле, будете держать щиты над нашими бойцами. Больше ничего предпринимать не надо. Если хоть одно заклинание их пробьёт, я буду очень разочарован. Ясно?
Элеонас и маги дружно кивнули и так же, как и Инасиас, с поклонами отошли.
— Всем стоять на месте! — громко приказал я вышедшим вперед Руслану, Федору и другим моим вассалам. — Это приказ! Если мне понадобится ваша помощь, я запущу в небо огнешар. Тогда — огонь по всему живому!
— Ну, пошли! — повернулся я к Ди, скидывая ей на руки плащ. — Не отходи от меня больше чем на два шага.
Можно, конечно, было оставить и её с остальными, но зачем обижать мою верную барну, которая считает своим долгом всегда следовать за мной? Опять же плащ подержит — всё какая-то польза от неё будет.
Не спеша, под удивленными взглядами моего войска пошёл вниз по склону, к полю.
«Наверное, они сейчас думают, что я иду, чтобы попробовать договориться о мире», — усмехнулся я про себя.
Между тем армия Гиндара уже тоже построилась. В центре нестройными рядами пехота, на флангах — конница. На одном из невысоких холмов — архимаги. Узнал их по балахонам. Что за дурацкая мода подчеркивать свою принадлежность к магической элите? Их было семеро, и они стояли плотной группой, почти плечом к плечу, — собрались вместе, чтобы в случае чего прикрыть друг друга щитамиь.
«О себе в первую очередь думают, — отметил я. — О том, что лучше было бы рассредоточиться и защищать простых воинов, никому из них даже в голову не пришло. Как это мне знакомо по прежней жизни!»
Где обычные маги и сколько их, понять пока было невозможно. Им балахоны носить ещё не положено, так что — поди отличи их от обычных воинов.
Поле между нами было пустое, урожай уже собрали, и по нему гулял тёплый ветер, поднимая лёгкую пыль. Я шёл без доспеха, в одной рубахе, с мечом на бедре и кинжалом за поясом: рубаха была белая, и я подумал, что это к лучшему — белое видно издалека.
Меня, разумеется, заметили, и из строя пехоты, который раздался в стороны, выехали три всадника. Среди них был человек в высоком золочёном шлеме, в длинном плаще на меху. Гиндар, догадался я, хотя никогда брата Ринервы не видел. Один из спутников принца что-то сказал ему, получил в ответ кивок и, окутавшись воздушным щитом, тронулся мне навстречу.
Сначала он ехал шагом, потом рысью, наконец, набирая ход, перешёл в галоп. Это был рыцарь в глухих пластинчатых доспехах, с длинным копьём и с щитом на левой руке, и гнал он прямо на меня, целясь в грудь. Земля под копытами его скакуна отзывалась глухим стуком.
«То ли идиот, то ли хочет выслужиться перед новым королём в присутствии всего войска и других аристократов», — подумал я и поднял руку.
Раскрытой ладонью вперёд, а потом… начал медленно сжимать её в кулак. Да, без своего фолианта я много не мог, но и то, что мне было доступно должно было произвести впечатление.
Рыцарь успел проехать ещё шагов двадцать, а затем его доспех со скрежетом, который было слышно и с моего места, начал сжиматься. Пластины железной брони на его груди, руках и ногах сошлись внутрь, туда, где было тело. Я услышал, как хрустнуло под металлом, и увидел, как из-под наплечников и набедренников, из-под шлема и нагрудника брызнула кровь. Копье выпало из его руки, а сам он свалился с коня куском спрессованного металла.
По строю армии Гиндара прокатился вой и стих, и в этой наступившей тишине было больше ужаса, чем в самом вое. Я слышал, как кто-то в задних рядах уронил пику, и она со звоном ударилась о чужой щит.
Я, разжав кулак, протянул руку с раскрытой ладонью в сторону магов.
Разумеется, я вовсе не рассчитывал на то, что у меня хватит сил превратить в лепёшку и их. Я и одного щита архимага сейчас не продавлю, а семь и подавно. Но они об этом не знали, а потому тут же окутались защитными чарами и начали пятиться с холма.
Перевёл руку на Гиндара. Он занервничал, и это было видно по тому, как конь под ним начал переступать с ноги на ногу, — видимо, принц машинально потянул за повод, чтобы развернуться и ускакать в тыл своего войска. Но сдержался, остался на месте, только подобрал повод покороче. Молодец, однако.
Я усмехнулся и демонстративно, так, чтобы это видели все, поднял обе руки вверх.
И тут же над войском Гиндара начала собираться туча. Тяжёлая, иссиня-черная, с золотыми прожилками будущих молний. Она быстро росла и уже через минуту накрыла собой весь строй вражеской армии. Молнии из неё еще не били, но все, кто хоть что-то читал о Великом Повелителе и его самом сильном, любимом и смертельном заклинании, поняли, что сейчас произойдёт.
Сначала побежали обозы. Я стоял и смотрел, как у реки, где стояли телеги, началась та суета, из которой потом не выходит ничего хорошего: кони пошли вкось, кто-то свалил прямо на землю фураж, чтобы не мешался, кто-то попросту выпряг лошадь и теперь скакал прочь охлюпкой. Над всем этим хаосом встало облако пыли.
А потом побежало и войско. Гиндар попытался его остановить. Я слышал, как по его сигналу взвыли трубы — три раза, потом ещё три, — как забили барабаны. Но всё было уже тщетно. За захватившего трон отцеубийцу никто умирать не собирался. Разгромить слабый отряд какого-то слишком много возомнившего о себе владельца Строумхудра и получить за это награду — это одно, а связываться с тем, кто владеет магией Великого Повелителя — совсем иное.
Гиндар, надо отдать ему должное, поскакал прочь одним из последних.
Я продолжал стоять, вздымая руки к небу. Держать такую огромную тучу мне было пока почти не по силам, но я всё-таки справился. По сути, я блефовал, но этот мой блеф, как я и рассчитывал, сработал.
Наконец, когда последний из воинов Гиндара скрылся за рощей, я опустил руки, и туча начала развеиваться. В ушах у меня шумело, во рту пересохло.
Приказывать преследовать врагов я не собирался. Войск у Гиндара было по-прежнему в разы больше, и они, защищаясь, вполне могли разбить мой отряд.
«Хорошо, что Ди с собой взял», — подумал я и, тяжело опираясь на плечо вампирши, пошел назад к своим воинам, которые стояли, застыв, как изваяния.
— Он вернулся! — донеслось до меня, когда мы приблизились. — Великий возродился, как и было предсказано!
Да, я не хотел раньше времени раскрывать, кто я. Пока не верну себе прежние силы. Но пришлось. Я понимал, что в данный момент это принесло мне победу, но в ближайшем будущем сулило множество проблем. Теперь меня буду бояться.
