Как-то раз один герцог потребовал от своих одаренных вассалов принести ему магические клятвы верности, так не только их не получил, но и быстро освободил свое место для наследника, который подобную глупость благоразумно повторять не стал.

Короче, взаимного доверия у нас с «мессиром Кригором» не наблюдалось ни в малейшей степени, и именно поэтому мы и сидели рядом на передних сидениях. Совсем мне не улыбалось, чтобы Кригор оказался у меня за спиной. Какую бы клятву он мне ни дал.

Чуть менее двухсот километров до Калуги мы преодолели за неполные два часа.

— Сейчас налево, — подсказал мне маг, когда город уже показался вдалеке. — Дальше я буду показывать дорогу.

Мы попетляли по проселкам еще минут двадцать — двадцать пять и остановились возле когда-то шикарного, а сейчас несколько обветшалого, типичного для загородных поместий дома, стоявшего в глубине яблоневого сада.

— Эй! Бездельники! Быстро все сюда! Ваш хозяин прибыл! — крикнул Кригор, и из дома выбежали пять человек, вооруженные автоматическими винтовками. — Мы уходим. Быстро соберите вещи и не забудьте кристалл-накопитель! Был бы этот кристалл из числа тех, которые ты, князь, таскаешь сюда из Мезинары, со мной в Москве, и я бы, не задумываясь, обратил бы тебя в прах еще при первой нашей встрече на полигоне, — ухмыльнулся мне в лицо Кригор. — А так получилось, что я к тому моменту растратил уже слишком много энергии и не стал рисковать. Восстановить же быстро уровень маны в ядре я без этого кристалла не мог и мечтать.

«Ну-ну, хвастайся на здоровье, — подумал я. — Надеюсь, когда мы с тобой в следующий раз встретимся, никакая Верунчик не помешает мне тебя сжечь живьем».

Сопряжение с третьим миром оказалось не в самом доме, а в саду. Небольшое. Охраняли его несколько зомби, в которых я признал по одежде бывших слуг семьи Шебуршиных.

— Боярич жив? — спросил я некроманта, не увидев никого похожего на него среди этих «живых трупов».

— Жив, — небрежно отмахнулся Кригор. — Сначала я решил оставить ему и его отцу с матерью их жалкие жизни на случай, если для чего-то еще пригодятся, а теперь… — его лицо приобрело хищное выражение. — Ладно уж. Пусть живут. Дарю их тебе, князь!

Он подошел к порталу и занес ногу, чтобы скрыться в нем, но остановился и ощерился, глядя на меня и Верунчика.

— Убейте их! — приказал он своим пятерым рабам (то, что они его рабы, я понял по ошейникам на шеях). — И девку, и парня! Я сдержал свое слово, князь! И на тебя не напал, и твою сестру не только не тронул, но и отпустил! — он хрипло рассмеялся, быстрым движением сорвал с треног поочередно три артефакта, поддерживавшие сопряжение в открытом состоянии, и скрылся из вида в мареве, отделявшем Землю от мира некромантов.

— Андрей! — кинулась ко мне Верунчик, снова мгновенно растерявшая все свое высокомерие, которое, как я уже упоминал, на удивление быстро к ней до этого вернулось.

К счастью, я чего-то подобного от Кригора и ожидал. Только я предполагал, что он нырнет в портал, и оттуда тут же появятся несколько сильных магов. Однако, видимо, на той стороне никого не было, и некроманту пришлось использовать неодаренных, которые охраняли поместье, пока его не было. И не только их — к нам с Верунчиком кинулись и семь обращенных в зомби бывших слуг Шебуршиных.

В общем, я был готов к атаке. И к гораздо более серьезной. Теперь же подобного можно было не опасаться — портал без поддерживавших его артефактов быстро закрывался. Так что никто оттуда уже появиться не мог.

На то, что столь малыми силами удастся избавиться навсегда от меня, Кригор, конечно, рассчитывать не мог, но вот нанести удар по моему самолюбию, убив сестру, из-за которой я был вынужден его отпустить, думаю, надеялся. Какая же все-таки скотина! Впрочем, чего еще ждать от некроманта?

Верунчика я прикрыл универсальным щитом, в котором вязли пули, выпущенные в нее, и она, будучи в полной безопасности, но не осознавая этого, в страхе после каждой очереди или одиночного выстрела приседала и «ойкала». Я же для начала решил покончить с нежитью, которая без своего хозяина-погонщика, которым, несомненно, был Кригор, шла вперед, как ей и полагается, нисколько не заботясь о себе. Я встретил зомби огненной стеной, в которую все семь бывших слуг и зашли, выполняя последний приказ того, кто их в зомби и обратил.

После этого я повернулся к стрелкам. Те уже успели расстрелять по магазину патронов и сейчас вставляли в свои автоматические винтовки новые.

О! Я чуть поморщился, почувствовав удар в бок.

«У них и особые пули, пробивающие магические доспехи есть!» — я об этой новинке, недавно появившейся в Российской империи, знал и даже снабдил ею, правда, в весьма ограниченном количестве свою Нижнеуральскую дружину, но я удельный князь, а у этих-то откуда?

Мой доспех, конечно, пробить никакой пулей не получится, но попадание я ощутил. Заодно и эффективность оценил. Не очень высокую, прямо скажу. Годится только против совсем слабеньких магов. Даже щит Вениры, уверен, не пробьет, а она отнюдь не самая сильная магиня. То есть, по земным меркам, наверное, почти архимагиня, хотя здесь этого звания и нет, но для Мезинары весьма на среднем уровне находится.

— Его не берут спецпатроны! — крикнул тот, который и угостил меня этим новшеством.

— Не берут, — подтвердил я его слова и снес ему голову воздушным лезвием.

— Все вместе! Разом! — отдал команду тот, кто, судя по всему, был тут старшим. — Перегрузим защиту этого урода!

— Хозяин портал за собой закрыл! — крикнул другой. — Надо бежать!

— Стоять! — рявкнул командир. — У нас есть шанс отправить на тот свет одного русского, а затем, прежде чем убить, позабавиться с его очаровательной пани. Хозяин пусть катится, куда хочет! Жалкий трус!

На меня тут же обрушился град пуль. Мой магический доспех весь пошел вспышками от попаданий, и я сквозь грохот пальбы услышал визг Верунчика, которой показалось, что со мной или уже, или сейчас будет покончено. Что в этом случае ждет ее, для нее тайной не было. Наконец, все стихло. Опять патроны у ребят, похоже, закончились.

Ладно, пора прекращать этот балаган. Новые пули я на себе испытал, кто из оставшихся в живых командир, то есть должен знать больше других, а кто — самый трусливый и начнет петь при допросе быстрее, я выяснил. Хватит. Я скользнул в сумрак.

— Где он? Куда пропал? — всполошился один из четверки, пока остальные поводили дулами своих винтовок из стороны в сторону в поисках меня.

— Здесь! — похлопал я сзади стрелка по плечу и одним движением свернул ему шею.

Со следующим вышло еще проще. Стоило мне показаться за его спиной, как собственные товарищи так нашпиговали его пулями, что получилось настоящее решето. После этого я нейтрализовал старшего параличом, и «трусливый», решив, что командир погиб и он остался в одиночестве, сам бросил оружие и поднял вверх руки.

Сразу же допрашивать я своих пленников не стал. Разместил их «с максимальным комфортом» в багажнике и пошел искать семейство Шебуршиных. Обнаружил всех троих в подвале их дома, запертыми в грязной каморке. Состояние у них после почти месяца пребывания в ней было таким, что они даже не догадались меня поблагодарить за освобождение. Пахло же от несчастных так, что хотелось прежде, чем сажать их в машину, сначала простирнуть с использованием самого сильного моющего средства, какое только можно найти. Однако времени у меня было мало, так что пришлось везти «героя Российской империи», который даже не подозревал, как он прославился, сидя взаперти, и его родителей в столицу такими, какими они были.

Спрашивать меня, куда и зачем мы едем, они, кстати, не стали. Совсем сломило их волю пережитое. Сказали садиться в машину? Сели, не проронив ни слова. Ну, авось, оклемаются постепенно.

Верунчик, получив новую порцию острых ощущений, тоже помалкивала всю дорогу, чем немало меня порадовала. Разговаривать с ней в данный момент у меня не было ни малейшего желания — отложу на завтра. Отвлекла она меня только один раз, когда мы уже полдороги проехали: