Все—таки диверсанты. Капитан почувствовал невероятное облегчение, как будто куль муки с плеч сбросил.

— Товарищ капитан, у них даже шоколад есть и тушёнка наша советская. Много. — сказал водитель, радостно улыбаясь.

В последнюю неделю поездок по тылам отступающих советских армий в их группе с кормёжкой было напряжённо.

Не всегда удавалось есть досыта и вовремя.

— И оружием их абвер не обидел. — усмехнулся Найденов.

— Товарищ капитан, — крикнул боец Трунов заполошным голосом откуда-то из-за кустов. — Подойдите сюда пожалуйста. Идите по тропинке.

Капитан прошёлся до бойца и выматерился: в овраге лежало порядка трех или четырёх десятков погибших красноармейцев и несколько советских офицеров. Лженквдшники приноровились уничтожать мелкие группы наших бойцов, пропуская более крупные отряды Красной армии, которые им были не по зубам.

— А куда они технику девали, не пешком же эти бедолаги сюда пришли? — спросил Найденов.

— Скорее всего загоняли куда-то в лес неподалёку. — сказал Трунов. — Вот сволочи, фрицы, устроили ловушку, одели форму, а наши шли сюда сами на убой. Судя по всему никто их не тащил силой. Надо бы их похоронить.

— По рации нашим маякнем, что здесь наши погибшие товарищи лежат и техника стоит. Пришлют кого-нибудь разобраться. А наша задача ехать дальше и заминировать путь где немецкие танки могут прорваться в наш тыл, Трунов.

Эти бойцы уже мертвы, и мы им уже ничем не сможем помочь. А вот других наших товарищей сберечь, да фрицам отомстить наш прямой долг.

— У гансов в загашнике пулемёт мг-34 припрятан, товарищ капитан, и ящиков с патронами куча. Прихватим с собой? — предложил Трунов. — Зверь, а не пулемёт. У нас только серьёзные станкачи против него играют, а вот ручники послабее будут.

— Берем, — решил Найденов. — Только тебе его самому перетаскивать до машины. И коробки с лентами.

— Да схрон от нашей машины недалеко, в три ходки обернусь, — обрадованно заявил Трунов.

Капитан знал, что тот учился на воинскую специальность пулемётчика, но при сдаче экзаменов почему-то не понравился приёмной комиссии и получил «неуд».

Теперь же возможность пострелять из трофейного пулемёта Трунов воспринял с большим восторгом.

Кроме мг-34 Найденов велел бойцам прихватить гранаты и наши ППД с дисками и в особенности патроны под них.

Так же погрузили всю найденную у диверсантов жратву. Неизвестно когда удастся добраться до снабженцев, а воевать без боеприпасов и на голодный желудок плохая идея в любой армии мира.

Спустя час и несколько сотен ухабов они добрались до второй точки, где командование приказало разместить закладку мин. На самой дороге и рядом противотанковые, подальше от дороги противопехотные пугачи.

Едва успели установить и замаскировать, как вдали зашумели танковые моторы.

— Марченко, — сказал капитан водителю, — ты отъедь по дороге на километр вон за тот загиб и жди нас там. Трунов, снимай трофейный пулемёт, посмотрим с безопасного расстояния как фрицы наше минное поле воспримут. Заляжем вон за теми берёзками, оттуда и обзор хороший, и для пулемета сектор обстрела неплохой. Вы, гуси-лебеди, — сказал он саперу и красноармейцу Петрову, — с нами возляжете. Возьмите побольше дисков к ППД и гранат. И ящики с патронами под немецкий тарантас.

Мы уже восемь дней подряд на пути движения немецких танков выставляем мины. Командование у фрицев, к сожалению, соображает очень неплохо. Наверняка сообразили прикрепить к танковым колоннам сапёрные группы для быстрого разминирования наших минных полей. Попробуем проредить ряды этих немецких специалистов. Петров, ты как?

Боец махнул здоровой рукой:

— Жить буду, товарищ капитан, тут скорее не рана, а большая царапина. Болеть болит, но бегать, стрелять и воевать вроде не мешает.

— Отлично, у меня аналогично, тогда занимаем позицию и без команды не стреляем. Если фрицы едут без сапёров и застрянут надолго, то тихо отползаем до машины и уезжаем без боя. — дал команду капитан.

— Даже немного не постреляем? — расстроился Трунов.

— Только если заметим сапёров, Трунов, — строго сказал капитан. — У нас главная задача тормозить немецкие танки. Если они здесь застряли надолго, то и хрен с ними, снова делаем рывок до ближайшего склада и набираем новый запас мин.

Впереди немецкой колонны шел танк т-3, с белым крестом на башне и головой командира танка торчавшего из открытого люка. В бинокль было видно как молодой белобрысый фриц с любопытством смотрит по сторонам.

Взорвавшаяся под гусеницей противотанковая мина, заставившая подпрыгнуть «тройку», очень сильно его удивила.

Взрывчатое вещество сильно повредило гусеницу, но на большее его, к сожалению, не хватило. Танк с порванной гусеницей слегка повернулся вокруг своей оси и остановился.

Следующий за ним танк т-3 попробовал объехать своего товарища справа по полю, но поймал ещё одну противотанковую мину и тоже встал на прикол с порванной гусеницей.

Больше немцы не пытались объехать подорванный на дороге танк, остальные машины остановились на безопасном расстоянии, на дорогу и в поле вышло несколько немцев в одежде сапёрных войск Вермахта.

— Давай, Трунов, стреляй гадов. — приказал Найденов. — Остальные тоже, по готовности.

Меткая очередь из трофейного пулемета резанула по саперам. Пара из них упала изломанными куклами, двоим или троим удалось лечь на поле без посторонней помощи.

Второй и третью очередью Трунов прошёлся по немецким танкам, сметая оттуда вылезших отдохнуть и подышать свежим воздухом танкистов. Нескольких асов панцерваффе тоже успел задеть, прежде чем остальные попрятались или внутрь танка или за броню машины.

Найденов и бойцы из его команды тоже подключились, стараясь накрыть уцелевших и спрятавшихся в траве немецких сапёров. Одного или двух вроде даже задели, прежде чем немецкая пехота, сопровождавшая танки, развернула свои пулемёты и открыла ответный огонь. Остановившиеся на дороге танки стали вертеть башнями, выцеливая нахальных русских, осмелившихся устроить засаду.

— Сейчас нас загасят, — крикнул капитан, — быстро отступаем через лес и ищем нашу полуторку. Помогите Трунову с патронными ящиками.

Команда шустро, пользуясь заслоном из берез, сбежала в глубь лесного массива.

Несколько осколочных снарядов спустя несколько секунд метко прилетели в их позицию, сокрушая толстые берёзовые стволы, но группа капитана Найденова успела убежать на безопасное расстояние.

Полуторка ждала их там, где приказал капитан.

— Ну как, дали фрицам прикурить? — спросил водитель возбужденно.

— И прикурить, и выпить, и самоваром по черепу отоварили, — ответил счастливый мокрый от пота Трунов, гордо потрясая трофейным мг-34.

Найденов первым делом в машине сел за рацию: нужно было срочно сообщить командованию о встреченной немецкой танковой группе.

22 сентября 1941 года 15.00

Неожиданную атаку егерей из самой глухой гущи леса на нашу базу мы едва не проспали, потому что оттуда противника мы никак не ожидали. И пути-тропинки не минировали, и патрули особо не выставляли.

Кто же знал что немцы сбросят ранним утром на большую поляну в центре леса парашютами роту егерей?

Нам повезло по самой счастливой случайности в последний момент.

Один из учеников Васи Алексеева, красноармеец Кузнецов, отрабатывающий важный для любого снайпера навык — терпение, сидел на ветке вековой ели в костюме лешего с винтовкой Маузер на пути немецкого отряда, поэтому увидел егерей раньше чем они его. Сотня немецких солдат тихо, как тени, передвигались по лесу. На головах кепки вместо касок, на ногах удобные шипованные ботинки, в руках укороченные карабины и автоматы МП-40.

Было видно, что они умеют двигаться по лесу.

Сначала красноармеец ошарашенно тер глаза: не показалось ли ему спросонья, затем едва не сверзился вниз со своего насеста, только потом вспомнил первое правило снайпера, многократно повторенное инструктором: спокойствие, главное спокойствие.