— Да хоть из клетки, — Яр пожала плечами. — Главное, что чисто и светло.

Её проводили в выделенную комнату. Та оказалась небольшой, но уютной: кровать с балдахином, стол, стул, шкаф, окно с видом на внутренний двор. У двери стоял стражник.

— Входи, — сказал он, пропуская Яр. — Еду будут приносить. Если что-то нужно — стучи.

— Туалет где? — спросила Яр.

— За ширмой, — он кивнул в угол.

— Цивилизация, — улыбнулась она. — Уже прогресс.

Стражник закрыл дверь. Щёлкнул замок.

Яр осталась одна. Она подошла к окну, посмотрела на двор — там гвардейцы тренировались с мечами. Её пальцы зачесались.

— Ладно, — сказала она себе. — Ты жива, ты не в цепях, ты чистая и в штанах. Пока победа.

Она присела на кровать, пружины скрипнули.

— Осталось понять, чего от меня хотят. И кто эта герцогиня, которая прислала штаны.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказала Яр.

Дверь открылась, и на пороге появилась молодая девушка в красивом, но неброском платье. Каштановые волнистые волосы, умные голубые глаза, на лице — любопытство пополам с улыбкой.

— Ярослава? — спросила она.

— Яр, — машинально поправила та. — А вы?

— Софья Алексеевна Каспиева. Герцогиня. Та, которой ты написала «секир башка».

Яр вскочила.

— Вы... вы та самая?

— Та самая, — Софья вошла, прикрыла за собой дверь. — Рада, что ты жива. Скажи спасибо кодовому слову.

— Какому слову?

—Ну так секир башка. — спокойно ответила Софья. — Местные им не пользуются. Это только мы можем его знать.

—В каком смысле мы? Почему местные не знают?

— Потому что я такая же как и ты - попаданка,— улыбнулась Софья.

— Я, если честно, не думала, что оно сработает, — честно сказала Яр. — Оно просто вырвалось. От отчаяния.

— Знаю. Я тоже иногда выражаюсь. — София села на стул, жестом приглашая Яр тоже сесть. — Рассказывай, кто ты, откуда, как здесь оказалась.

— А вы не боитесь, что я всё это выдумала?

— Нет. — уверенно проговорила графиня.

Что ж, если Яр поверили, то какой смысл переубеждать?

— Рассказывай, — повторила София, устраиваясь поудобнее на стуле. — У нас есть время. Охране я сказала, что мы обсуждаем меню для моего ресторана. Вряд ли они поймут, о чём мы говорим на самом деле.

Яр усмехнулась.

— Меню? Серьёзно?

— А что? Я действительно владелица лучшего ресторана в столице. И если кто-то спросит, мы обсуждали рецепт борща. Кстати, борщ ты любишь?

— Обожаю, — призналась Яр. — Особенно с чесноком и сметаной.

— Тогда мы точно поладим. — София пододвинулась ближе. — Давай, выкладывай. Кто ты? Откуда? Как тебя занесло в тело этой дуры?

Яр откинулась на подушку, сложила руки на груди. Воспоминания о прошлой жизни нахлынули, но она научилась не плакать.

— Ярослава. Друзья звали Яр. Была — чёрт, уже «была» — военным инструктором по рукопашному бою. Контракт, служба, нормативы. Родных нет — мать умерла, отца не знала. Сослуживцы — да, почти семья. Но по сути — одна.

София кивнула, не перебивая.

— В тот вечер я сидела дома, пила пиво, смотрела «Джона Уика» в четвёртый раз. — Яр усмехнулась. — Знаешь такого?

— Киану Ривза? Конечно. В моём мире он жив и здоров.

— Ну вот. И вдруг — темнота, потеря сознания. Очнулась в темнице, в этом теле, с кандалами. И все вокруг называют меня Джулией и ненавидят за то, чего я не делала.

— А что ты помнишь о самой Джулии? — спросила София.

— Ничего. Её память ко мне не пришла. Я понятия не имею, что она творила. Знаю только со слов стражников: подстава с отравленным блюдом, похищение тебя из темницы... В общем, та ещё сволочь.

— Ещё какая, — вздохнула София. — Но ты не она. Я это поняла по письму.

— Спасибо, что поверила. Я сама себе не верила.

— А как же «секир башка»?

— Это просто вырвалось. — Яр пожала плечами. — Было страшно, я написала от безысходности. Думала, никто не поймёт. А ты поняла.

— Поняла, потому что сама попаданка, — кивнула София. — И потому что Многоликий предсказал.

— О, этот... — Яр махнула рукой. — Я его уже видела. Во сне. Приходил в образе моего бывшего командира. Сказал, что я теперь здесь навсегда.

— Навсегда, — подтвердила София. — Возврата нет. Я тоже пыталась искать путь домой по началу. Бесполезно. Но привыкнуть можно.

— А ты привыкла?

— У меня муж — красивый, богатый, любящий. Ресторан, деньги, уважение. Близкие и друзья приняли меня такой, какая я есть. Так что да, привыкла.

— А император... он что за человек? — спросила Яр осторожно. — Я его только мельком видела, когда вели мимо тронного зала.

— А ты уже к нему присматриваешься? — София хитро прищурилась. — Не торопись, боец. Он красивый, но ранимый. И всё ещё будто бы не отошёл от того, что я выбрала Эрмана.

— Я не присматриваюсь. — Яр покраснела. — Просто интересно, кого мне охранять.

— Охранять?

— Ну да. Во сне Многоликий сказал, что я должна стать его телохранителем. Что вокруг плетётся заговор, и если я не вмешаюсь, император погибнет.

София нахмурилась.

— Заговор? Какой?

— Он не назвал имён, — Яр понизила голос. — Сказал только: кто-то из приближённых императора. Очень высокопоставленный. И что родители Джулии… то есть мои теперь… что-то знают, но не участвуют. Или притворяются.

София нахмурилась.

— Значит, мы не знаем, кто враг. Это усложняет задачу.

— Именно. Сказал: «Вы должны найти сами».

— Вот чёрт, — выдохнула София. — И как нам искать?

— А у тебя нет никаких связей, кто мог бы помочь?, — Яр кивнула в сторону двери, — тут есть что то типа тайной канцелярии?

— Есть такое. Эрман, мой муж... — София задумалась. — Да! Он глава сыскного ведомства. И если кто и может раскопать заговор, то это он. Но надо действовать тихо. Если враг высокопоставленный, он сразу узнает, что на него охотятся.