Догнал он его только в грузовом отсеке, где напарник расхаживал из стороны в сторону и лихорадочно прикидывал, что бы уничтожить. Но вокруг, как на зло, не находилось ничего подходящего.

— Эй, ты чего? Я что-то не то сказал?

Эрик рывком обернулся, а его лицо было искажено злобой:

— Слабак! — Выплюнул он. — А как же наши мечты о том, чтобы свергнуть Терракорп и держать в страхе все человечество?

Бёрни непонимающе нахмурился:

— Так корпорация к тому момент уже будет свергнута. Мастер возглавит Совет Федерации, а мы с тобой станем наместниками на Холдоне и начнем жить в свое удовольствие. Что в этом плохого?

— Но как же величие?!

Андерсон развел руками:

— Ну да, а что с ним не так? Оно как было, так и будет. А теперь уж точно никуда не денется.

Эрик досадливо махнул рукой и отвернулся:

— Ты не понимаешь, это все не для меня. Я не могу так просто вернуться домой и стать нормальным после всего того, что я сделал. Семейные традиции, наследственность… Это не мое! Я тупиковая ветвь развития, как ты не поймешь! Да и кто согласиться иметь детей от такого, как я?

Бёрни возмущенно всплеснул руками:

— Да где ты такого нахвататься? Ты ведь герой! А решения людей порой парадоксальны. И ты уж позволь им решать самим. Я не сомневаюсь, что дома найдется куколка, которая станет тебе женой и родит сыновей! Тебе сразу полегчает, вот увидишь!

Недоверчиво хмыкнув, Эрик какое-то время прислушивался к чему-то внутри себя. Наконец, он тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, а на его лице появилась смущенная улыбка.

Которая, впрочем, плохо вязалась с теми безумными фиолетовыми огоньками, что снова заплясали в его глазах.

— Нет уж. — Прошипел он, склонив голову набок. — Каяться мне уже поздно. Тому, кто убил сотню, остается только одно — убить еще тысячу, чтобы обрести величие. Пока не найдется тот, кто мне не по зубам. А до тех пор я буду следовать своему пути. Это билет в один конец, я давно это понял.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, не зная, что сказать. Первым отвел взгляд Бёрни, жалея, что сморозил глупость.

Уж он-то мог догадаться, как лучший друг отреагирует на такие разговоры. Теперь ему было стыдно за те слова, которые он только что на радостях озвучил.

И со всем этим срочно надо было что-то делать. Вот только что?

Неловкую паузу прервал тревожный сигнал, который исходил из рубки. Коротко переглянувшись, пираты побежали на звук и вскоре уже были в своих креслах, изучая длинную сводку от охранной системы станции «Северус».

— Ты что-нибудь понимаешь? — Напряженно спросил Эрик.

— Нет. Но, кажется, сейчас нам все доходчиво объяснят. — Бёрни продемонстрировал экран своего комма, на котором отобразился входящий вызов от доктора Бромли.

На площадке у входа в бункер в который уже раз за минувшие сутки оказалось многолюдно, а картина произошедшего могла бы привести в ужас простого обывателя.

Впрочем, двух пиратов, которые примчались сюда получасом ранее, увиденный разгром впечатлил ничуть не меньше.

На стометровой высоте хищными птицами замерли сразу четыре рейдера, а под кислотно-желтым небом люди в блестящих черных бронях брали за руки за ноги такие же черные тела и сваливали их в кучу.

Всего девятнадцать погибших — обе отборные десятки, выделенные им мастером, чтобы учились руководить. Еще один, по официальной версии, затоптанный апатридами, оставался в бункере.

Вот только шутить на эту тему больше не хотелось.

Хмуро поглядывая на растущую гору из тел, Бёрни вполуха слушал доктора Бромли и мучительно приходил в себя после того разноса, который ученый ему учинил.

— Они сели за теми холмами, — Доложил Эрик, вернувшись с обхода. — К станции шли пешком в режиме маскировки. Я насчитал следы примерно тридцати человек. Они дождались, когда мы улетим, окружили бункер и открыли огонь.

— Да, умно. — Признал Бёрни. — Чем они были вооружены?

— Судя по телам погибших, думаю, в ход ход пошли тяжелые плазменные винтовки. Внезапность сыграла им на руку, а дальше вы знаете — они спустились в бункер, освободили пленных и заминировали ферму.

— Не похоже на случайность. — Бёрни покосился на ученого. — Док, у вас есть идеи, откуда апатриды могли узнать, что мы захватили станцию?

Бромли прожег его яростным взглядом и холодно сказал:

— В мои обязанности, Андерсон, входит только наука. Что же касается мотивов нападающих, равно как и обеспечения безопасности, то это твоя зона ответственности.

Бёрни примирительно поднял руки:

— Я просто спросил, док. А могли ли апатриды понять, что именно из себя представляют наши капсулы?

Ученый на это лишь презрительно фыркнул и молча пошел к своим людям, которые как раз грузили оборудование в один из рейдеров.

Проводив его взглядом, Бёрни хмуро глянул на напарника:

— Кто-то должен заплатить за это, и лучше, если это будем не мы. У тебя есть идеи, кто это мог сделать?

Эрик улыбнулся одними уголками губ и неопределенно пожал плечами:

— Пока они здесь орудовали, камеры не работали.

— Но?

— Но я опросил ученых и знаю, как выглядит их старший. — Довольно закончил пират. — Под два метра ростом и в очень дорогой броне. Черная борода и дреды на голове. Узнаешь?

Бёрни длинно выругался и кивнул:

— Морти. Из всех апатридов только он все еще имеет достаточно сил, чтобы провернуть такое. Мало бы его били, а он все огрызается. Пора с ним заканчивать, он мне уже надоел.

Эрик с готовностью упер руки в бока:

— Далеко он уйти не мог. А его голова станет отличным сувениром, который мы подарим мастеру. Ну что, идем?

Уже на подходе к рейдеру Бёрни застал звонок от мастера. Проводив тоскливым взглядом фигуру Эрика, который взбегал по аппарели, он вздохнул и принял вызов.

— Да, мастер. Мы все еще в системе Денеболы, но уже готовы отправиться в погоню за теми апатридами, что на нас напали…

— Во-первых, Бернард, — Перебил Онакона. — Без моего приказа ты теперь ничего не предпринимаешь.

— Да, мастер.

— После твоего провала Бромли возвращается на Авантис. Доктор слишком важен для нашего плана, а ты не можешь обеспечить его безопасность. Ты крупно облажался.

Бёрни напряженно замер:

— Я все исправлю.

— Конечно, ты все исправишь, это даже не обсуждается. Но охота на апатридов подождет, пока есть дело поважнее.

Андерсон непонимающе нахмурился:

— Мастер?

Помедлив, Онакона продолжил:

— Наши друзья на Пантериусе сообщили, что один из местных осведомителей запрашивает встречу, поэтому ты нужен мне там. Мой план выходит на финишную прямую, утечек допускать нельзя. Понял?

— Да, мастер! — С готовностью кивнул Бёрни. — Вы можете на меня положиться, мастер…

Но связь прервалась раньше, чем он договорил последние слова.

Стоя на вершине каменистого холма, Ахоут задумчиво проводил взглядом вереницу грозных черных рейдеров, которые покидали многострадальную станцию «Северус».

За неполные сутки здесь произошло слишком много смертей — куда больше, чем способно выдержать сердце простого человека.

Но долг кровной мести требовал от него сохранять стойкость, поэтому он продолжал наблюдать и анализировать.

— Да, любопытно. — Протянул он, когда последний рейдер растворился в низких желтых облаках.

Младший брат мгновенно взвился:

— Что тут любопытного? Бледнолицые целые сути убивали здесь друг друга, а мы только зря подвергали себя опасности! Ты хотел знать, куда они увезут пленных? Ты узнал — они все еще здесь. А у нас больше нет зацепок!

Ахоут терпеливо выслушал эмоциональную тираду и коротко вздохнул — Ахига имел полное право на недовольство.

В конце концов, за последние сутки он насмотрелся такого, что даже самый стойкий человек, и тот дрогнет.

А младший брат всегда был чутким и беспокойным — его мягкая душа не была предназначена для той судьбы, которая ему выпала.