Вероника округлила глаза и поежилась:

— Что тут скажешь, эта милая планета шокировала меня с первого же дня. Представляешь, у них часто идет дождь. С неба прямо на голову льется вода! Холодная, брр. Я, когда впервые это увидела, у меня чуть паника не случилась.

Айвен засмеялся:

— Хотел бы я на это посмотреть.

— Но потом ничего, привыкла. Дожди там в порядке вещей, а зимой, когда наступает минусовая температура, идет снег. Можешь себе представить? Холодно так, что вода замерзает! До сих пор не понимаю, как там люди живут. Но, не считая прохладного климата, было интересно. Там тоже много ученых и они все помешаны на экспансии.

— Логично. — Кивнул Айвен, пытаясь блеснуть эрудицией. — Это ведь там находится Центр Экспансии, да?

— Верно, я как раз там и проходила стажировку. Сейчас там все только и говорят, что о Плеторе. Это новая колония, ты слышал про нее?

— Краем уха. — Айвен смущенно отвел взгляд.

— Ты что! — Вероника пихнула его кулаком в бок. — Нельзя быть таким невежей, это же главная новость года! Ты знал, что на Плеторе развитая морская фауна? Когда-то там была и сухопутная жизнь, вроде птиц, но они вымерли пару тысяч лет назад. Так жалко.

Молодой человек усмехнулся:

— Не переживай. Они все равно бы вымерли от радости, когда твой любимый Центр Экспансии начал бы терраформировать их родной мир.

Ника показала ему язык:

— Зато океаны все еще полны своей интересной жизнью. Сейчас туда собираются тысячи биологов со всей Федерации. Я бы тоже хотела там побывать. Кстати, жизнь на Плеторе и будет темой моей выпускной работы. А ты уже выбрал тему?

— Я еще не решил. — Уклончиво ответил Айвен, желая сменить тему.

Вероника посмотрела на него испытующе, но развивать тему не стала. Ей сейчас было хорошо рядом с ним, и она не хотела портить момент.

Она перевела взгляд на спарринг-бота и лукаво поинтересовалась:

— А для чего ты тренируешься? Чтобы еще лучше драться в школе? Жаждешь реванша?

Шутка была на грани, ведь именно из-за школьной драки Айвен и попал под домашний арест. Но молодой человек лишь рассмеялся и покачал головой:

— Наоборот. Я тренируюсь, чтобы контролировать агрессию. Чтобы выверять усилия. Не атаковать, а уходить от драки. Впрочем, ты вчера сама все видела. — Он подмигнул ей.

Вероника внимательно посмотрела на него и в очередной раз подивилась тому, насколько же он изменился. Раньше она читала его как открытую книгу, а теперь он был серьезен, сдержан и закрыт.

И она не могла понять, нравится ли ей этот новый Айвен. Но определенно он вызывал ее интерес.

— У тебя красивые волосы. — Сказал он, с интересом ее разглядывая. — Они меняют цвет в случайном порядке?

— Не совсем. — Девушка кокетливо улыбнулась, а ее пышный хвост опять неуловимо сменил цвет, озаряясь нежным алым.

Она грациозно поднялась с места и неуверенно шагнула на татами, привыкая к упругому деревянному настилу, который слегка пружинил под ногами.

С любопытством подняв перчатки, она стала натягивать их себе на руки, а на удивленный взгляд Айвена любезно пояснила:

— Иди сюда. Показывай, как ты научился убегать от драки.

— Не убегать, а уходить. — Поправил ее юноша, с интересом поднимаясь на ноги.

— Уйти не получится. — Девушка коварно усмехнулась. — От меня ты спасешься разве что бегством!

Со звонким смехом она принялась гоняться за Айвеном по татами. От неожиданности он пропустил два легких тычка в бок и начал кружить вокруг подруги.

Стоящая у окна Елена украдкой наблюдала за ними и качала головой, не зная, хорошо это или плохо.

И совершенно не представляя, к чему это все может привести.

— Лежать! — Приказал Эрик, пинком придавая пленнику горизонтальное положение.

Лысому мужчине, который возился у него под ногами, навскидку можно было дать лет сорок, а может, и тридцать — кто их, апатридов, поймет.

Роста он был невысокого, а телосложение имел крепкое, но на ферму его определять не торопились из-за ранения, которое он получил в левое плечо из импульсной винтовки.

Судя по всему, это был один из тех идиотов, которые первыми кинулись вверх по лестнице, едва только услышав первые выстрелы.

В суматохе кто-то из штурмовой группы подстрелил его из боевого, игнорируя приказ. А потом еще и прикладом по голове приложил, чтобы под ногами не путался.

Теперь пираты ждали медика, чтобы тот оценил его состояние. Но дурачок все еще упорно пытался качать свои права, что не добавляло ему шансов выжить.

Вернувшись из командного пункта с коммом в руке, Бёрни огляделся по сторонам и удовлетворенно кивнул:

— Так, что мы имеем. Безвозвратных потерь среди апатридов шестьдесят четыре человека. Кстати, почти все с рваными ранами, будто от когтей. Ты, случайно, не в курсе, что могло их убить?

— Их убила беспечность и вредный образ жизни. — Не моргнув глазом сообщил Эрик.

— Угу, так и запишем. Еще с десяток человек погибли в давке, а на ферму мы определили уже двести пятьдесят одного человека. Меньше, чем я рассчитывал, но тоже неплохо. А среди пиратов только один погибший — Донни Брамс. Объяснишь мне, как так получилось?

Напарник в ответ мило улыбнулся:

— Ты же знаешь, во время штурма всякое может случиться. Помнишь, Донни тут давеча рассуждал, что в суматохе боя может даже на тебя наступить, если будешь путаться у него под ногами? Так вот, он путался у меня под ногами.

Мысленно призывая себя к терпению, Бёрни устало вздохнул и покосился в угол, где грудой металла и плоти лежали останки некогда лихого и весьма опасного пирата.

Его титановые руки и ноги все еще грозно блестели в свете фонарей, а могучая спина бугрилась мышцами. Но его голова стала напоминать раздавленную тыкву после того, как Эрик наступил на нее бронированным сапогом.

И в его глазах не было даже тени раскаяния.

Впрочем, нет худа без добра — после грубой казни неформального лидера прочие пираты стали ходить по струнке и даже по малой нужде теперь не отлучались.

Однако теперь следовало как-то отчитаться о потерях, и Бёрни до сих пор не мог решить, какую версию ему изложить в ведомости.

— Ладно, допустим. А мастеру что скажем?

Эрик в ответ добродушно рассмеялся и похлопал его по плечу:

— Скажи, что его затоптали испуганные апатриды. А вот это. — Он протянул руку и со звоном оторвал от плеча покойника вторую танталовую пластину. — Мы приладим на стену десантного отсека. В назидание всем прочим храбрецам.

На полу снова завозился лысый апатрид, про которого они уже успели позабыть. Подняв голову, он оглядел пиратов затравленным взглядом и неуверенно подал голос:

— Мужики, вы чего, я же свой. Меня зовут Эдик Ветрило, это я помог вам проникнуть на станцию. А вы меня стрелять…

Бёрни глянул на него с любопытством, но в этот момент комм в его руке зазвонил, и он отошел в сторону, сделав напарнику предостерегающий жест: «без крови».

Криво улыбнувшись, Эрик перевел взгляд на лысого и присел перед ним на корточки, участливо заглядывая ему в лицо. Хорошая драка привела его в отличное расположение духа, и он был почти дружелюбен.

— Сильно же тебя по голове ударили, приятель. Сам апатрид, а говоришь пирату, что ты свой…

— Но я же помог вам открыть ворота! И вы должны знать, что на станции сейчас находится Игорь Мо… — Эрик оборвал его, двинув бронированным сапогом по ребрам. Ветрило всхлипнул и затих, уткнувшись носом в грязный пол.

— Я сам решаю, что должен, а чего не должен. — Вполголоса пояснил пират. — А предатели никому не нужны, ни нашим, на вашим. Эй, док! Принимай партию полуфабрикатов!

На пороге показалась группа людей в белых халатах, которые принялись деловито осматривать пленных на предмет пригодности для фермы.

Оценивая их физическое состояние, они переворачивали апатридов с боку на бок, поднимали веки и заглядывали в рты. А бедняги лишь тряслись и стучали зубами, уже потеряв всякую надежду на спасение.