Немного помедлив, матушка нерешительно кивнула.

— Хорошо, дорогая, какая помощь от нас требуется? Кроме рекомендаций, конечно.

— Помогите мне стать настоящей дамой, — смотря себе под ноги и чуть смущаясь, ответила я тихо.

Глава 4 Все не так просто

Раньше я наивно полагала, что быть дамой очень легко. А что такого? Забрал волосы, платье надел и вперед. О-о-о, как я ошибалась!

Первым испытанием стал поход на рынок. Матушка Клэр с сияющими глазами, явно вспомнив свою прежнюю жизнь, потащила меня по всем лавкам, которые были в нашем городке. Спустя сотню примерок и дикую боль в ногах меня мучил только один вопрос, что я такого плохого ей сделала в прошлом? Даже молоко не проливала на вечно чистое платье матушки, но садизма ей было не занимать! Мы ходили по рынку целых полдня! Оказалось, что платье нужно не одно, а как минимум пять! А к ним еще и обувь. И нет, мои ботинки, такие удобные и практичные, никак не подходили. Дамам положено ходить в туфлях на каблучке. И плевать, что это не обувь, а орудие пыток. Пока я их примеряла, упала четыре раза. Наконец, нашлась не столь суровая пара, в которой я могла хотя бы стоять. Правда, не без помощи матушки, а кроме туфель нужна была сотня юбок, специальных чулков, особого бюстье, перчаток, платочков… Я с грустью смотрела на стремительно пустеющий кошелек, подсчитывая, сколько месяцев на эти деньги можно было кормить детей.

И вот, спустя несколько часов, совершенно обессилев, я была полностью экипирована и готова пойти отдохнуть. Размечталась! Как оказалось, няням не пристало носить обычный хвост на резинке, а прическа не может держать себя сама. Нужно много всяких предметов, начиная от разных гребней и заканчивая странного вида сеточками, неизвестных мне до этого. Матушка с энтузиазмом отмела все мои возражения и заявила, что научит меня с ними справляться. Видели бы вы ее улыбку в этот момент. Определенно в прошлом я я ей чем-то насолила, только не помню сейчас. Может, в суп подмешала сонный порошок?

К счастью, ближе к вечеру, походы завершились, и мы даже успели на ужин. Столовая в приюте уже гудела от огромного количества детских голосов, наполняя сердце нежностью.

— Как ты держишь ложку? Почему отогнула палец? — запричитала матушка Клэр,стоило мне только притронуться к еде .

И началась вторая часть самых ужасных уроков. Не знаю, ела я или была предметом всеобщего внимания. Оказалось, мне даже хлеб держать нужно по-особенному, а пить полагается только чай. Терпеть его никогда не могла. Как все эти благородные дамы все еще живы? Им же и есть много не полагается. Да я во дворце умру с голоду от такого питания! Придется совершать набеги на кухню.

— Хорошо, это я запомнила. Ну что, можно переодеваться и отправляться к магистру? Мы очень задержались с этой ерундой, — с надеждой обратилась я кматушкам, отодвигая наполовину полную тарелку с супом.

— Лайла, в твоей речи слишком много слов, которые настоящая дама никогда не скажет. Особенно в приличном обществе, — терпеливо пояснила матушка Клэр, а матушка Эбигейл важно кивнула в знак согласия.

— А что такого с моей речью? — непонимающе заупрямилась я, — всегда говорила так, и всех все устраивало. Никто еще не жаловался!

Ох, зря я это спросила, но поняла всю плачевность такой ошибки лишь спустя час лекции. Оказалось, что почти ничего нельзя! Как они вообще живут так? Да у пятилетнего ребенка слов, которые можно использовать, и то больше. А уж то, что нельзя мужчинам даже в глаза посмотреть просто ужас!

— Фух, теперь точно все, — обрадовалась я, когда матушки перестали поправлять меня через слово.

— Нет, у нас осталось еще одно незаконченное дело, — широко улыбаясь ответила мне Клэр, кажется, она получала настоящее удовольствие от моих мучений, ох не на том месте вы работаете, матушка Клэр, вам бы в пыточную! А потом, будто отвечая на мой непонимающий взгляд, добавила, — пора принимать ванну…

Конечно, я каждый день моюсь, но не в настоящей ванной, которую набрали для меня матушки, я и не подозревала, что такая в приюте вообще существует. Меня, как и всех детей, вполне устраивал и таз. Сначала я даже обрадовалась. Все шло так прекрасно, теплая душистая водичка тихо плескалась, отчего в сон клонило. А потом пришла матушка Клэр и матушка Эбигейл, а в руках они держали самого страшного врага для меня — щетку для волос. И тут я испытала новый прилив сил. От неожиданности весь дар к магии вырвался, и я закатила грандиозную перестановку в комнате матушки Клэр. Шкаф закрыл единственное окно, а кровать заблокировала полностью вход. Вещи матушки просто летали по комнате, а матушки, не обращая на устроенный мною переполох никакого внимания, самозабвенно принялись расчесывать мои длинные и непослушные волосы.

Громкий писк Мерлока, доносившийся из-за закрытой двери, привел меня в чувство. Пришлось взять себя в руки и довериться матушкам. Кожа горела, разогретая до красна от мочалок, а волосы, казалось, получили новую способность чувствовать каждый миллиметр своей длины. Но дальше больше! Матушка Клэр достала странную баночку с какой-то густой смесью, приятно пахнущей травами.

Оказалось, все дамы наносят это на свое тело после купания, чтобы кожа была гладкой и шелковистой! Моей бедной пострадавшей коже пришлось вынести еще одно испытание.

За всеми этими событиями наступила ночь. Ехать сегодня к магистру было бы крайне невежливо. До дворца добрых два часа дороги в экипаже, навряд ли там обрадуются ночной гостье.

— Куда это ты? — заботливо спросила матушка Эбигейл, заметив, что я собираюсь и надеваю старую одежду.

— Домой. Давно уже не ложусь спать так рано. Боюсь, после отбоя я буду мешать всем, — мягко и уклончиво ответила я, но не тут-то было.

— А мы еще не закончили. Ты же еще не привыкла ходить в своей новой обуви… — лукаво посмотрев на меня, сказала матушка Клэр, протягивая орудие новой пытки. Да, ночка тоже будет насыщенной.

Мое чутье не обмануло. Пройтись по комнате без падений удалось только через несколько часов, приступов дикого хохота Мерлока и спонтанной перестановки мебели. А сколько раз я случайно перекладывала вещи матушки Клэр, не сдержав ругательств и выплеска магии! Однако она была непреклонна.

Уснули мы все только под утро. Мерлок спал на столе среди новых вещей, матушка на стуле рядом с дверью, я на кровати так и не сняв ужасных туфель. За это время моя ненависть к ним только возросла.

— Пора. Лайла, просыпайся, а то проспишь весь день! — нарушая приятный момент сна, нагло вырвала меня из объятий подушки матушка Эбигейл, — нам пора уже собираться.

— Собираться? А разве вчера мы не этим занимались? Столько сил потратили? — не то промычала, не то пробормотала я сквозь сон.

— Это была лишь подготовка, — смеясь ответила матушка Клэр. Ей точно весь этот процесс доставлял массу удовольствия. Эх, надо было побольше порядка навести вчера!

Сколько же нужно одежды на себя натянуть, чтобы выглядеть как дама! Нижнее платье, затем нижнюю юбку, дальше весь этот ворох ткани, напоминающий парус большого корабля. А потом еще и пояс, пару интересных зажимов, чтобы юбка подчеркивала мою талию, а не висела якорем. Затем матушки долго колдовали над моими кудрями. Их снова расчесали, часть связали тугой резинкой на затылке, а часть закололи острыми шпильками. Туфли снова были на моих ногах, но теперь двигаться на них стало легче, удобнее, удалось даже ни разу не подвернуть ногу, пока я шла до зеркала.

Чудо! Других слов у меня и не было, чтобы описать девушку, появившуюся в отражении. Она была выше ростом, за это я теперь уже благодарила свои новые туфли, которые проклинала вчера. Мои непослушные волосы красивым каскадом обрамляли лицо. Казалось, даже его черты стали более выразительными.

— Экипаж подъехал, — вернул меня к реальности голос матушки Эбигейл. Я протянула руку Мерлоку, но монахиня меня остановила:— боюсь, ему лучше остаться здесь. Никто не наймет няню, на плече которой будет красоваться мышь.