Вот то, чего так сильно боялся. Конечно, правитель недоволен, я ждал этого, заранее продумывал оправдание не столько для себя, сколько для Лайлы. Я знал, что мои знания нужны ему и даже если он захочет наказать меня, жизни не лишит. Другое дело безродная девчонка, до которой никому нет дела. Никому, кроме меня.

— Простите, мой император! — начал осторожно, следя за каждым движением правителя, чтобы предугадать его реакцию на мои слова, — Я собирался обратиться к вам раньше, но тогда мы не смогли бы поймать Бенедикта с доказательствами вины. Думаю, кто-то из вашего окружения в сговоре с Бенедиктом, иначе как мог он узнать о создании артефакта? А значит, этот кто-то мог сообщить ему и о моей уловке. Еще раз простите, я действовал исключительно исходя из ваших интересов, и готов понести наказание, если вы посчитаете это правильным.

Я почтительно склонил голову, ожидая ответа и надеясь, что смог увести разговор от Лайлы, переместив внимание на собственную персону.

Правитель заложил руки за спину и устремил взгляд на клумбу с необычными цветами насыщенного фиолетового цвета.

— Эти цветы я создал сам в память о моей дорогой жене Аурелии. Старался вложить всю мою любовь и тоску по ней в каждый лепесток, перелив цвета, аромат… Каждый день я прихожу сюда и смотрю на них, чтобы помнить… О том, что я все еще человек. — Правитель замолчал на какое-то время, а потом повернулся ко мне и сказал уже другим тоном, жестким, властным: — Не думайте, что вам удалось провести меня. Я видел, как вы смотрели на эту девушку. Не нужно быть слишком догадливым, чтобы понять, что она для вас значит.

Я затаил дыхание, страшась услышать продолжение.

— Она очаровательна, не спорю, но она воровка, — уголок его рта пренебрежительно дернулся.

— Она не… — с жаром запротестовал я, в то время как внутри все скрутило от страха за ее жизнь.

— Не спорьте! Не знаю, что она вам наплела и почему вы так усердно пытаетесь ее прикрыть… Хотя о чем я, знаю. Прекрасно знаю. — Он снова посмотрел на цветы. — Но ваши чувства не оправдывают ее поступков. Преступление должно быть наказано.

Я стиснул челюсти до хруста, чтобы не упасть перед ним на колени и не умолять пощадить ее. Я знал, это бесполезно, Верховный столько лет оставался единоправным правителем только потому, что не позволял слабостям брать над ним верх. “Нужно бежать! — судорожно думал я, — немедленно забрать Лайлу, детей, и бежать куда-нибудь подальше!”

— Я все еще жду полной истории, — словно не озвучил мне только что приговор, продолжил правитель.

И я подчинился. Рассказал, как изготовил подделку, точную копию артефакта. Как наложил заклятие, изобретя собственную формулу — использовал кровь — Лайлы, свою и Эрика (про шерсть Мерлока умолчал), чтобы поставить защиту для нас, потому что знал, что в критический момент Бенедикт обязательно воспользуется артефактом, а если бы я не наделил его хоть какой-то значимой силой, маг сразу бы это понял. Мой план сработал, Бенедикт почувствовал, что артефакт настоящий, но распознать точные свойства не мог, поэтому и воспользовался им бездумно, на что я и рассчитывал, потратив единственный заложенный в него заряд. Впрочем, я давал ему возможность одуматься. Что же до настоящего артефакта — он все еще находился в моем замке. Поисковые чары работают идеально. Я успел проверить это, когда Лайла уехала, но об этом я не стал сообщать правителю.

— Как же вам удалось обойти ту проблему, из-за которой поиск сбивался? — заинтересовался правитель, глаза его заблестели. Он сам любил решать сложные задачи, создавая магические предметы, и много раз обсуждал со мной работу над поисковым артефактом, но мы так и не нашли выхода, после чего он потерял терпение и приказал мне закончить работу самостоятельно во что бы то ни стало.

— Мисс Лайла, — ответил я. — Она подсказала мне выход.

В этот момент появился один из стражей и известил о том, что его ждут. Махнув ему рукой, правитель нахмурил брови и потер подбородок.

— Как интересно, позже вы должны мне детально все рассказать. Сейчас можете идти, жду артефакт сегодня же!

Я поклонился с тяжелым сердцем, точно зная, что если мы встретимся снова, я буду или мертв, или под стражей. Все о чем я мог сейчас думать, — это спасение Лайлы.

Правитель наклонился, закрыл глаза и вдохнул аромат фиолетового цветка. Лицо его разгладилось, губы тронула печальная улыбка. Не открывая глаз, он обратился ко мне:

— Ах да, Кейн! Ваша няня…

Я похолодел. Во мне еще теплилась надежда, что правитель забыл о ней хотя бы сейчас и я успею ее вывезти, но нет.

— Раз уж она на вас так хорошо влияет… Я не стану ее наказывать. Ну а чтобы она не вернулась к своим преступным наклонностям, боюсь, вам придется на ней жениться.

Он открыл глаза и пристально посмотрел на меня.

— Аурелия говорила, что нет в мире ничего лучше любви. Я вижу, вы любите эту девушку и боюсь готовы натворить непоправимых глупостей. Итак, вы готовы взять в жены безродную воровку, магистр?

Я с трудом удержался, чтобы не запрыгать на месте, как Лайла, когда ее переполняли эмоции.

— Да, император! Благодарю вас! — сдержанно ответил я.

— Только не заставляйте меня жалеть о моей слабости. И никому об этом не рассказывайте.

С этими словами он удалился, оставив меня с сердцем, готовым выпорхнуть из груди и улететь в небеса от радости.

Глава 30. Никуда ты не денешься

Лайла

— Мы пропали, — прошептал Мерлок, как только мы остались одни в комнате, которую нам выделили для отдыха. — Ты видела, как правитель смотрел на тебя? Он точно что-то заподозрил. Слишком уж все гладко прошло. Быть такого не может! Бенедикта-то быстро на казнь отправил, и глазом не моргнул, даже Кейна на разговор вызвал, а нас сослал! Ой, неспроста все это.

Мерлок озвучил и мои страхи, которые я тщательно старалась отогнать. Однако меня больше страшила перспектива разлуки с Кейном. Каким он вернется после разговора с правителем? Все зависит от решения Верховного, ведь если он захочет меня повесить, то Кейну будет лучше держаться от меня подальше. И постараться замять все слухи, что он имеет ко мне хотя бы отдаленное отношение. От этого зависит не только его репутация, но и дальнейшая жизнь его детей. Он итак слишком рисковал ради меня. “Ради любимых я сделаю все” — так он мне сказал.

— И твой разлюбезный Кейн не станет защищать нас, — продолжил ворчать Мерлок, словно не замечая, как я напряжена.

— Чего ты хочешь? — почти беззвучно произнесла я, ощущая пустоту. Теперь она была намного болезненнее, чем когда я покидала дворец Кейна.

— Нам надо бежать и срочно, — словно совсем обезумев, почти завопил Мерлок, — Ты же видела, что нас даже охранять не стали. Мы тихо выйдем и пойдем обратно! Помнишь же, что по коридору вперед расположен выход из основной части этого дворца, а там найдем конюшню.

— Все бы хорошо, но я у тебя не особо незаметная, как ты. Или забыл? — не скрывая сарказма, отозвалась я.

— А что ты предлагаешь? Сидеть и ждать смерти? Наврешь что-нибудь, — раздраженно прошептал Мерлок, нетерпеливо ударив лапкой по моей ноге.

Вот кому точно хорошо. Он вообще ничем не рискует. О нем даже ничего не знает правитель! Рискую только я. Хотя чем конкретно? Жизнью? Теперь я слабо ее представляла без детей и Кейна, за это время они стали родными для меня. Репутацией? Ее и не было. Какая она может быть у воровки? Только деловая, но и тут проблемы.

— Ладно, давай попробуем, — безжизненно отозвалась я, уже схватившись за ручку двери.

Удивительно, но в коридоре действительно никого не оказалось. Я спокойно прошла коридор, такой величественный и красивый. Пару раз мне, конечно, встретились стражи правителя, но они как будто не замечали меня. Странно.

— Мисс Лайла, — уже во дворе раздался за моей спиной голос Алекса, заставив вздрогнуть от неожиданности, — Что вы тут делаете?