— Я не собираюсь отсиживаться здесь! — зло бросил Мерлок.

— Она права, — задумчиво сказала я, понимая, что мне нужен шпион, а лучше Мерлока с этой задачей никто не справится. — Думаю, тебе придется прятаться. В кармане, например, или в сумке?

— Я в кармане как обычная мышь? — взревел Мерлок.

Понимая, насколько уязвлена его гордость, я отложила споры. В конце-то концов нас ожидала дальняя дорога. У меня еще будет время.

Оказалось, что дорога не просто дальняя, но и очень неровная. За два часа нас изрядно укачало. Ткань платья постоянно скользила в его лапах, и он совершал на каждой кочке немыслимые кульбиты, сопровождая сочными ругательствами каждую новую кочку. Не в силах больше держаться за мое плечо, Мерлок сам заполз в маленькую сумку.

Спустя несколько часов мы выехали из густого леса, и из окошка кареты показался дворец магистра Кейна.

Сказочный дворец поразил меня словно волшебный цветок, раскрывшийся навстречу утреннему солнцу. Высокие башни возносились в небо, сверкая золотыми куполами, украшенными затейливой резьбой и драгоценными камнями. Каменные стены были покрыты искусной мозаикой, изображавшей сцены из легенд и мифов, оживающими при взгляде на них. Окна сияли разноцветьем витражей, преломляя солнечные лучи в радугу красок внутри просторных залов.

Ступени величественных лестниц мягко светились изнутри, будто храня тайну своей магии. Двери украшали резные узоры, рассказывающие истории прошлых эпох.

Аромат цветов и чистый воздух, которого так лишен пыльный город, кружил голову. Здесь каждый уголок дышал историей и магией, приглашая погрузиться в мир грёз и чудес. Я была зачарована красотой дворца, чувствуя себя частью этой удивительной сказки, воплощенной в камне и золоте. Неужели именно здесь я смогу провести несколько дней?

Словно в каком-то потрясающем сне, я вышла из кареты, прихватив сумку с Мерлоком внутри. Парадная лестница была просторной и при желании рядом с моим экипажем могли остановиться еще несколько. Она так и манила вступить в этот сказочный для меня мир. И я не стала дожидаться особого приглашения, гордо подняв голову, проследовала до входа.

Вежливо постучав в дверь, я ожидала множество слуг и прочих атрибутов роскошной жизни магистров, но меня встретил мужчина средних лет в строгом костюме.

— Здравствуйте, меня зовут Лайла Дейли, я хотела бы поговорить с магистром. Меня прислали сюда новой няней, — расправляя плечи и полностью копируя немного чопорный и зажатый тон матушки Клэр, намерено избегая взгляда мужчины, уверенно произнесла я.

— Следуйте за мной в гостиную, — царственно и сухо произнес он в ответ, указывая, чтобы я проходила.

Внутреннее убранство дворца было столь же изящным и роскошным, как внешнее оформление. Пока мы шли по коридору, я с жадностью рассматривала искусные картины, которые обрамленные в золотые рамы. Они изображали важные исторические события нашего королевства. Вот сражение с отверженными, которые напали на нашего Верховного магистра и пытались его убить, а вот властитель держит в руках скипетр мира.

Дворецкий отворил дверь гостиной и на мгновение замер в нерешительности, услышав дикие вопли. Сгорая от любопытства и нетерпения, я подошла достаточно близко, чтобы увидеть все, что там происходило. Шок, удивление, смущение перемешались в единое чувство, и словно издалека я услышала сухой и невозмутимый тон дворецкого:

— Мисс Лайла Дейли. Новая няня.

Мои щеки обдало предательским жаром, а все тело парализовало от нового и странного чувства. Прямо передо мной висел вниз головой самый прекрасный мужчина в мире, неприлично раздетый до самых кальсон.

Глава 5. Отряд юных воинов

Кейн

Меня разбудил грохот разбитого стекла. Натренированный за годы, проведенные с детьми, я вскочил и помчался на звук, совершенно забыв, что накануне мучился от жары и разделся до кальсон, да так и уснул за магической формулой нового артефакта.

— Папа голый! — послышался изумленный крик Эларии, и не успел я опомниться, как ему вторили остальные три моих отпрыска.

— Папа голый! Папа голый! — скандировали они, заливаясь смехом, пока я, бочком пробирался обратно в спальню, чтобы накинуть халат.

— Так! Успокоились, папа больше не голый! — как мог грозно прикрикнул я, выныривая обратно в коридор. Но там уже никого не было. Мои детишки рассыпались, как горох, в разные стороны, каким-то образом умудряясь никогда не упускать друг друга из виду и органично устраивать всяческие шалости. Я даже подозревал, что они изобрели какой-то сложный механизм для связи и держат его в строжайшей тайне.

Покрепче запахнув халат, я спустился вниз, заглянул в пустую гостиную, а потом на кухню, к миссис Тротт. Повариха с раскрасневшимся лицом яростно мешала что-то в огромном тазу, бормоча под нос проклятья, и в этот момент очень походила на ведьму.

— Эм, миссис Тротт? — позвал я, не зная, хочу ли, чтобы она отозвалась или лучше будет ее сейчас не беспокоить, такой устрашающий у нее был вид.

— Что? — взревела она обернувшись. Я так и замер, скрючившись, на пороге.

Ее лицо разгладилось, как только она увидела меня. Так бывало каждый раз, в ней появлялась какая-то материнская нежность вперемежку с жалостью, отчего я всегда чувствовал себя неловко.

— Ах, Кини, дорогой, это ты! Эти сорванцы! Они меня в ад сведут, вот увидишь! Саэ с утра чуть не плюхнулась в кипящую кастрюлю, а пока я ее спасала, Дракс утащил пирожные! А Томен разлил масло на овощи! Ты только погляди! Что мне теперь с этим делать? — она сунула мне под нос выловленную из таза скользкую и совершенно мерзкую на вид морковь. Убедившись, что я ее разглядел, она кинула морковь обратно в таз и горестно вздохнула. — О каком завтраке теперь может идти речь? Они набили животы сладостями! Не дети, а дьяволята! Ох, Кини, им нужна твердая рука, слышишь?

За ее тирадой я и забыл, зачем пришел. Но упоминание твердой руки вернуло меня в реальность. Я сам себя презирал за то, что слишком балую детей. Но ведь они лишились матери в таком юном возрасте, как мог я их наказывать еще больше? Приняв суровый вид, я сухо спросил:

— Что это был за грохот? Вы слышали? Стекло разбилось.

— Стекло? — поморщилась миссис Тротт, возвращаясь к немытым овощам в масле. — Не припомню. Нет, я ничего не слышала.

— Что ж, спрошу Кару, — пробормотал я, бочком вывалился из кухни, и тут же поскользнулся на масляном пятне, проехался, чуть не растянувшись на шпагат, с трудом удержался и похвалил себя за сдержанность, ведь проклятья, так и рвавшиеся с языка, остались при мне.

Миссис Тротт, наблюдавшая за моими па, хмуро покачала головой, но, слава Богам, ничего не сказала. Я виновато улыбнулся и почти побежал в заднюю часть дома, где сейчас должна была быть Кара.

Но и там было пусто. И тихо. А тишина в нашем доме означает, что надвигается что-то страшное. С неприятным предчувствием я помчался наверх, к комнатам детей.

— Эли! Дракс! Саэ! Томен! — орал я, лавируя между разбросанными в коридоре игрушками. — Что вы опять задумали?

В ответ на мои вопли раздался истошный визг. О, я решил, что кто-то заколол свинью прямо у нас дома.

— Мистер Торн! Помогите! — визжала Кара, на этот раз я ее узнал. Затем кинулся на чердак, потому что вопли раздавались оттуда, как и звонкий смех и топот маленьких ножек. Навстречу мне высыпали дети, чуть не сбив с ног, и тут же умчались дальше, улюлюкая, как стадо взбесившихся бизонов. Я хотел было побежать за ними, чтобы привязать их к кровати, и хотя бы выпить спокойно кофе, но умоляющие крики Кары заставили идти наверх.

Дверь чердака была подперта шваброй. Когда я ее открыл, Кара буквально выпрыгнула мне в объятия. Ее лицо было измазано белилами, а на платье красовались черные пятна золы. В волосы дети насыпали муку, хорошо хоть яйца не разбили, как сделали когда-то с одной из нянь, мисс Флэш.

Женщина всхлипывала и тряслась в моих руках.