Возможно, сегодня же.

Странно, но впервые эта мысль не заставила меня отпустить.

У детского сада стояла машина Романа.

Я увидела её сразу.

— Он не должен сегодня забирать детей, — сказала я.

Артём припарковался через дорогу.

Мы вошли в здание.

Воспитательница вышла в коридор.

— Вера Андреевна, дети уже ушли.

Я остановилась.

— С кем?

Её лицо изменилось.

— С бабушкой.

— С моей мамой?

— С Лидией Сергеевной.

Матерью Романа.

— Кто разрешил?

— У нас в анкете указано, что она может забирать детей.

Старую анкету мы заполняли два года назад.

Я забыла удалить её имя.

— Когда они ушли?

— Минут пятнадцать назад.

Я набрала Лидию Сергеевну.

Она не ответила.

Роман тоже.

— Камеры есть? — спросил Артём.

— В холле, — сказала воспитательница.

— Звоните заведующей. Никому не удалять запись.

Я выбежала на улицу.

Машина Романа всё ещё стояла на месте.

Пустая.

Телефон завибрировал.

Сообщение с неизвестного номера:

«Не волнуйся. Дети с бабушкой».

Я набрала номер.

Отключён.

— Куда она могла их повезти? — спросил Артём.

— У неё загородный дом. Квартира в центре. Может быть у Романа.

Я позвонила охране «Кленового берега».

— Машина Лидии Сергеевны въезжала?

— Не могу разглашать.

— Она привезла моих детей.

— Вера Андреевна, свяжитесь с Романом Сергеевичем.

Я отключилась.

— Едем к дому, — сказала я.

Но прежде чем мы успели сесть в машину, мне позвонила Тамара Леонидовна.

— Вы где?

— У садика. Мать Романа забрала детей.

— Срочно приезжайте ко мне.

— Я должна их найти.

— Вера, детей привезли в орган опеки.

Я перестала понимать слова.

— Зачем?

— Лидия Сергеевна подала заявление, что вы оставляете детей с посторонними, приводите в дом мужчин и создаёте угрозу их безопасности.

Я посмотрела на Артёма.

— Где они сейчас?

— В районном отделе. Роман уже там со своим адвокатом.

— Он хочет забрать их?

— Он требует временно передать детей ему до проведения проверки.

Воздух стал слишком холодным.

— Это было запланировано.

— Да.

— Он оставил машину возле садика специально.

— Вероятно.

— Чтобы я поехала к дому, пока они будут в опеке.

— Вера, слушайте внимательно. Не кричите. Не угрожайте. Не обвиняйте сотрудников. Приезжайте и говорите только правду.

— Они могут отдать ему детей?

Пауза длилась слишком долго.

— Могут рекомендовать временное проживание у отца.

— Нет.

— Поэтому приезжайте немедленно.

Я отключилась.

Артём уже открыл дверь машины.

— Что?

— Роман пытается забрать их через опеку.

— Я еду с тобой.

— Нельзя.

— Почему?

— Потому что заявление именно о тебе. О постороннем мужчине в доме. Если ты появишься рядом, он скажет, что был прав.

Артём застыл.

В его лице мелькнула боль.

— Хорошо.

Он отдал мне ключи.

— Бери машину.

— А ты?

— Доберусь.

— Артём…

— Езжай.

Он отступил.

Теперь расстояние между нами было не один шаг.

Целая улица.

Роман наконец нашёл способ заставить его уйти.

Я села за руль.

Телефон снова завибрировал.

На этот раз сообщение пришло от Романа:

«Ты сама впустила постороннего в жизнь детей. Теперь последствия будут твоими».

Я не ответила.

Завела двигатель.

И поняла, что впервые он не просто угрожал забрать близнецов.

Он уже начал это делать.

В районном отделе опеки пахло бумагой, старой мебелью и дешёвым кофе.

В коридоре стояли пластиковые стулья. На одном сидела Лидия Сергеевна. На другом — Павел Громов.

Роман ходил у окна.

Увидев меня, он остановился.

— Где дети?

— В кабинете со специалистом, — ответил Павел.

— Почему без меня?

— Потому что они доставлены бабушкой.

— Она не имела права.

Лидия Сергеевна поднялась.

— Я спасла внуков от того, во что ты превратила их жизнь.

— Вы забрали их из сада обманом.

— Моё имя есть в списке.

— Больше не будет.

— Вера, — вмешался Роман. — Успокойся.

Я повернулась к нему.

— Ты привёл сюда детей после ночи, когда напугал их до слёз.

— Я не приводил.

— Конечно. Это сделала твоя мать. Совершенно самостоятельно.

— Мама переживает.

— А ты случайно оказался здесь с адвокатом?

Павел поправил очки.

— Роман Сергеевич прибыл после звонка сотрудников.

— Вместе с вами?

— Я представляю его интересы.

— Вы носите его интересы в кармане круглосуточно?

— Вера Андреевна, сарказм не поможет.

— Зато вам помогает ложь.

Дверь кабинета открылась.

Вышла женщина в светлом костюме.

— Вера Андреевна?

— Да.

— Я Марина Олеговна, ведущий специалист. Пройдёмте.

— Где дети?

— Они с психологом.

— Я хочу их увидеть.

— Сначала поговорим.

Я вошла в кабинет.

Тамара Леонидовна уже была внутри.

Не знаю, как успела раньше меня.

Она встала.

— Сядьте рядом.

На столе лежало заявление Лидии Сергеевны.

Я увидела несколько строк.

«Аморальное поведение».

«Неизвестный мужчина».

«Ночные посещения».

«Психологическая нестабильность».

Марина Олеговна сложила руки.

— Вера Андреевна, поступила информация, что после расставания с супругом вы находитесь в тяжёлом эмоциональном состоянии, оставляете детей с няней до позднего времени и допускаете ночное пребывание мужчины, склонного к агрессии.

— Кто сказал, что он склонен к агрессии?

— В заявлении указано, что он напал на отца детей.

— Роман дважды толкнул его первым. Артём только остановил руку.

— Есть подтверждение?

— Вызывали полицию.

— В материалах указано, что стороны не имеют взаимных претензий.

— Я написала заявление.

Тамара Леонидовна передала копию.

— Кроме того, — сказала она, — имеются объяснения детей, что конфликт инициировал отец.

Марина Олеговна просмотрела документ.

— Нас также беспокоит ночное нахождение постороннего мужчины в квартире.

— Он остался после того, как дети испугались и Миша просил запереть двери. Спал на кухне.

— Почему не вызвали бабушку?

— Моя мать живёт на другом конце города.

— Могли поехать к ней.

— Дети только что пережили конфликт. Я не хотела везти их ночью.

— У вас отношения с Артёмом Лавровым?

Я услышала совет Тамары Леонидовны:

«Говорить только правду».

— Они начинаются.

— Он знаком с детьми?

— Как внук собственницы квартиры и человек, выполняющий ремонт.

— Он оставался у вас ночью ранее?

— Один раз. После конфликта.

— В заявлении говорится о систематических ночных посещениях.

— Это неправда.

— У заявителя есть фотографии.

Лидия Сергеевна передала снимки.

Я увидела Артёма у подъезда.

Вечером.

Утром.

Он входил с инструментами.

Выходил после ремонта.

На одном снимке время было 07:14.

— Это день после аварии с трубой, — сказала я. — Он пришёл утром проверять соединение.

— Почему у него был ключ?

— Моя мать передала для ремонта.

— То есть посторонний мужчина имеет ключ от квартиры, где живут дети?

Я поняла ловушку.

Каждый обычный факт становился угрозой.

— Ключ он вернул.

— Когда?

— В тот же день.

— Можете подтвердить?

— Мама подтвердит.

Марина Олеговна сделала пометку.

— Где вы работаете?

Я рассказала о проектах.

— До какого времени?

— По-разному.

— Кто находится с детьми?

— Няня или моя мать.

— Отец предлагал помощь?

— Он предлагал отдать ему детей на неделю через неделю.