***

Добыча оказалась весьма и весьма… интересной. Торговцы везли на юг железные болванки с западных островов Солмариса. И это был очень хороший груз. Даже удивительно, что для такого груза не нашлось хорошей охраны. Однако, всё выяснилось позже. Оказывается, торговец закупил это железо за собственные деньги и на свой страх и риск, потому как на нормальную охрану денег уже не хватило. И вёз он своё железо, едва ли не ежеминутно молясь Богу о защите. Не помогло.

Второй же частью груза были рулоны парусины, упакованные в мешковину. Ещё не готовые паруса, но материал для них. И вы бы видели лицо Рауля, когда он со слезами на глазах ходил по трюму и трогал всё это добро. Ходил и сам своему счастью не верил. Как ребёнок, который, живя в нищете, давно разучился верить в подарки, и тут вдруг получил его.

— Друзья! – объявил он, собрав всех на носу «Сорванца». — Мы захватили богатую добычу. И я предлагаю грамотно ею воспользоваться! Если мы перегрузим всё сюда, то наш с вами кораблик, скорее, переломится на две части. Если же мы пересядем на Каракку, то половине экипажа придётся висеть гроздями на реях, чего мне бы лично не хотелось. Посему, я предлагаю следующее! Мы пересадим купцов и их людей на «Сорванца», а часть наших людей под управлением Лобара поведёт каракку за нами в Убежище, где мы продадим её и груз в уплату ремонта и припасов! За такое количество железа тамошние скряги будут целовать нам сапоги!

Пираты радостно взревели, восхваляя капитана и его прозорливость.

— Однако! – поднял он руку, и пираты затихли, внимательно прислушиваясь. — Есть ещё один важный вопрос, который я обязан поднять прямо здесь и сейчас, как того требует моя пиратская честь и… Отставить ржать над своим капитаном! – смешки прекратились, а Рауль прекратил грозно топорщить усы. — Наво, встань рядом со мной, чтобы каждый из этих балбесов мог видеть тебя.

Наво, немножко охренев от обрушившегося на него внимания, на деревянных ногах вышел из строя и повернулся к толпе, оглядывающей непонятного пацана со скептическим интересом в глазах. Там так и читался вопрос: «Что это за хрен и зачем он нам нужен?». Как же быстро забывается всё хорошее! А ведь он с ними договаривался ещё!

— Итак, команда! Слушаем меня! Перед вами человек, который сражался с нами бок о бок! Перед нами человек, чьими стараниями родилась не самая ужасно звучащая в нашей жизни байка, о том как вор отлупил грозу пиратов тухлой рыбой, из-за чего охотника и сожрал морской зверь! И пусть кто-то потом скажет, что было не так! Лично потом рыбой отлуплю по роже! И, наконец, этот человек не побоялся пролезть в логово врага, где и поджёг его слащавые шмотки! Честно скажу, я наслаждался, глядя на этот столб дыма с кормы «Сорванца». Кстати, наш корабль вернулся к нам тоже благодаря ему!

Рауль взял паузу, а пираты вновь взглянули на Наво, но теперь уже оценивающе и даже одобрительно. Не столько чужак, сколько уже новобранец с крайне перспективным списком громких достижений.

— И, наконец, он лично меня спас из лап ублюдка, что уже хотел меня выпотрошить. Я ему должен! Дважды. За тот вонючий кинжал, как минимум. Я уверен, Дуглас оценил мой подарок по достоинству! – пираты засмеялись и начали выкрикивать в поддержку Наво разномастные кричалки. Да они его теперь уважают! — И я обещал этому парню, что лично достану ему нож взамен утерянного. А так как я сказал, что должен дважды, то и ножа должно быть два! – с этими словами Рауль вытащил из-за пазухи свёрток, протянув его вору. — Владей, вор!

Наво с круглыми от удивления глазами развернул грубую ткань и уставился на два кинжала в чёрных, как ночь, ножнах с серебряными вставками. Непослушными руками юноша вытянул один из клинков, уставившись на превосходный металл и идеальную заточку.

— Ну, как тебе мой подарок, малой? Хорош, а? Забрал его у того торгаша. Вёз кому-то из богатеньких сынков столицы, но я так подумал, что у меня найдётся более достойный такого подарка знакомый! Ха-ха! Эй. Вор, ты чего застыл? – Рауль подошёл к юноше и взглянул в его пустые глаза, даже рукой перед ними помахал.

— Рауль, засранец, не трогай парня. Ты не видишь, что у него золотая болезнь началась? Вон, видишь, ручонки трясутся? – и верно, руки вора, крепко вцепившегося в ножны и рукояти, мелко-мелко подрагивали. И глядя на побелевшие костяшки, можно было даже не надеяться вырвать оружие из его рук. Только из охладевших, и то не факт. Посмеивающиеся над юношей пираты ушли, оставив его, наконец, переживать своё потрясение в одиночестве. — Проснётся потом, когда осознает, наконец, сколько эти ножички могут стоить. Даже я в конечной стоимости путаюсь и вечно на нулях сбиваюсь. Что уж про него говорить?

Очнулся Наво уже через пять минут после того, как все ушли. Резко вдохнув и вскинув голову, чтобы высказать Раулю всё, что он думает об этих ножах, он… никого не увидел. Пираты занимались своими делами, Рауль стоял у штурвала и навёрстывал упущенное в разговорах с Эстебаном. Недалеко от них плелась тихим ходом перегруженная каракка, где можно было разглядеть у штурвала седые волосы, а уж Велгантэ рядом со стариком не заметить было и вовсе невозможно.

— Это же целое состояние, - вздохнул Наво, опустив взгляд на свои руки, всё ещё сжимающие ножны. Ему даже показалось вдруг, что он случайно продавил в них оттиски своих пальцев, из-за чего малость испугался. Но всё оказалось не так страшно – просто свет так лёг. Какое-то время он потратил на то, чтобы приладить полученные клинки к своему поясу, а затем понял, что так и не помылся. Нет, этим стоит заняться прямо сейчас! Такие грязные одежды недостойны такого оружия! Да и самому ему уже давно пора…

А как вообще на кораблях моются?

— Рауль!

Как оказалось, участь Наво была незавидна. Для мытья пираты обычно использовали океан с его солёной водой и разнообразным зверьём, что было готово полакомиться неосторожной жертвой. Иногда запасали дождевую воду, которой мылись. Вещи тоже купали в солёной воде, после чего выбивали о палубы, чтобы избавиться от грязи. Ну и все поголовно ходили либо коротко стриженными, либо вообще лысыми - вшей не разводили.

Прыгать в океан на полном ходу не придумал бы даже больной на голову идиот. Пресную воду ему никто не даст использовать для мытья, а ждать дождя можно было вечность. Он мог пойти хоть сейчас, хоть через месяц, когда наступит сезон дождей и на Солмарис прольются целые реки воды. Но что ему сейчас-то делать? А ничего. Рауль посоветовал ему просто дождаться, когда они встанут на якорь, чтобы команда могла отдохнуть и выспаться. Вот тогда и купайся себе на здоровье, как сказал капитан, только вот непонятно было, о чём именно он шутил. Наво тогда посмеялся вместе с ним, хотя идея купаться ночью в море казалась ему самоубийственной. Схватит кто-нибудь за ногу, и всё. Был вор и закончился.

Однако, он уже решил рискнуть. Ходить в грязи ему уже и самому надоело, так ещё и пираты косятся, как на больного. Так что ночи юноша ждал с нетерпением, сидя в сторонке и изучая теперь уже свои клинки, с превеликими удовольствием ловя ими свет и любуясь острейшей заточкой. На пробу он подобрал валяющуюся на палубе доску и зажал её в коленях, попытавшись снять стружку. Клинок легко это сделал, даже не затупившись. Ему даже стало интересно, сколько и кому заплатил неведомый аристократ за ковку этих кинжалов. Рауль сказал, что торговцы шли откуда-то с запада, но островов в той стороне вор не знал.