И вот наступила ночь. Уже на закате, когда Солнце начало опускаться за горизонт, пираты начали сворачиваться. Каракка подошла ближе и тоже встала рядом с их «Сорванцом».

Предупредив друзей, что пошёл отмываться, Наво, раздевшись, нырнул в воду. Вынырнув совсем рядом с бортом и отплевавшись, подозрительно осмотрелся, нет ли на горизонте плавников. Впрочем, даже их отсутствие ещё ничего не значило, ведь под ним целое море. Ему ничего не оставалось, кроме как продолжить себя оттирать и наблюдать за тем, как расползается вокруг него пятно грязной воды. Это ж сколько на нём было грязи? Больше всего её было на волосах. Он прямо чувствовал, как отходит под пальцами корка и как уходит с головы дурное ощущение чего-то тяжёлого на ней.

Послышался всплеск. Наво даже не замер и не стал оглядываться. К чёрту, к чёрту! По канатной лестнице, сброшенной вниз для удобства, он буквально взлетел, подозрительно вглядываясь в море у борта. И если глаза его не обманули, там, где он отмывался, как раз прошла под водой тень. Достаточно крупная, хоть и без плавника. Это не морской зверь, а что-то другое? Тут же представив, что эта зверюга могла им перекусить, он решил сказать об этом помощнику капитана, но тот лишь сонливо отмахнулся от него.

— Отвали, малец. Ночью в море плавают только отмороженные психи, так как в это время просыпается всякая хищная тварь… Всё, отвали, дай поспать. И срам прикрой, нечего тут с голой жопой по кораблю бегать…

Вещи удалось постирать с меньшим риском, чем самого себя. Урок он, конечно, запомнил надолго. И впредь будет дожидаться хотя бы утра, когда морское зверьё наестся и будет хотя бы не таким активным, как ночью. Или оно к утру ещё более активно? В общем, никакого мытья до того, как они достигнут Убежища! Уж там-то наверняка есть место, где можно помыться. Ведь корабли туда как-то заходят, значит есть и прибрежная зона с водой. Вот уже и…

Сделанная из канатов «корзина» дёрнулась в его руках, да так сильно, что он едва её не выпустил из рук. Перепугавшись, что останется без одежды, Наво заработал руками, вытягивая свою одежду. Дерюгу он, к слову, просто выбросил, так как воняла она просто нещадно, пропитавшись тем едким дымом. А вот и корзина показалась. Только она почему-то какая-то тяжёлая больно. Вытащив её повыше, вор понял, в чём дело. В одежду зубами вцепилась крупная рыбина, которую от куртки удалось отодрать лишь после убийства рыбы, но даже после смерти та не разжала своих челюстей. Пришлось разрезать пасть надвое.

Ну и зубки были у этой рыбы! Можно было даже не сомневаться в том, что она хищная. Разве что не такая умная, как морской зверь. Интересно, с чего бы ей кусать одежду? Вроде и не пахнет, а… Точно. Там же была кровь от попадания иглой в плечо. Про ту маленькую ранку он уже и думать забыл – она быстро покрылась корочкой. Так значит, рыбка клюёт на кровь? Оценив размеры рыбы и подумав над тем, что это будет явно вкуснее сушёной её родственницы, пусть и сделанной с душой, Наво воспылал. Но сперва всё же выбил грязь из одежды и тут же её надел, радуясь ощущению хоть какой-то чистоты.

Вооружившись канатом и тряпкой, он смазал последнюю своей кровью, проколов палец. Крови было немного, но он надеялся, что свежая кровь привлечёт рыбу побыстрее. Перекинув канат за борт, юноша замер в томительном ожидании. Поскрипывало дерево, едва слышно шелестели свёрнутые паруса, но большую часть восприятия забивал шум моря. Все эти звуки не могли отвлечь вора от рыбалки.

— Жаль, что сейчас со мной нет Тито, - из-за накатившей грусти он чуть было не пропустил рывок каната, который смог остановить, уперев ногу в борт. Сильная попалась! Рыбина давила всем своим весом, вырывая канат из рук, но вор держался за него так, будто это была последняя дорогая ему вещь в этом мире. Постепенно напор стал ослабевать – рыба выдыхалась, и тогда он подтягивал канат, заставляя свою жертву приближаться к поверхности воды. Дьявол, он ведь даже посмотреть не может, что там за чертовщина такая!

Когда Наво уже почти сдался из-за горящих огнём рук, за бортом послышались частые всплески воды. Рыба показалась из воды! Поймав второе дыхание, вор навалился всем телом, вытаскивая тяжёлую тушу из воды. Помогая себе, он не придумал ничего лучше, как завязать канат на торчащий в специальном отверстии штырь. Плевать, как он зовётся! Сейчас не до того, чтобы вспоминать эту ерунду! Уже выбиваясь из сил, он всё же справился и смог зафиксировать ситуацию в одном положении, разгрузив руки.

— Чтоб я ещё раз… - отдышавшись, прохрипел вымотанный юноша, согнувшись и уперев руки в колени. Проглотив вязкую слюну, он всё же выпрямился и утёр рукавом взмокший лоб. А ведь он только помылся! Перевалившись за борт, он ожидал увидеть много чего, но… не это. Уцепившись каким-то подобием клюва за канат, на нём висела здоровенная рыбина, безучастно таращась на мир глупыми глазами. Даже на вид она казалась не сильно меньше морского зверя, но как же он её вытащил?! Понаблюдав за этим чудом минуты две, он нашёл ответ на свой вопрос. Рыба оказалась не просто тупой, а ещё и чрезвычайно ленивой. Плавниками она еле шевелила, даже не подозревая о том, что вообще происходит.

— Так, надо звать помощь. Один я это не вытащу на борт, - трезво оценив собственные силы, Наво пошёл искать Велгантэ. Человека, любящего охотиться на всякую морскую нечисть. Кому, как не ему, знать, что это за чудо и почему оно… такое? Гигант обнаружился на палубе каракки. Спал он крепко, а храпел так, что паруса ходуном ходили. — Велгантэ, проснись.

Велгантэ даже не поморщился и продолжил храпеть.

— Велгантэ, рыба срывается с каната! – перешёл на громкий шёпот Наво и еле успел увернуться, когда мимо него пронеслось что-то огромное и стремительное. Повернув голову в сторону, он обнаружил спокойно себе идущего к переходу между кораблями великана, деловито поправляющего свою экипировку.

— Наво, в ночное время стоит быть осторожным. А для рыбалки использовать специальное снаряжение! – в глазах здоровяка не было ни намёка на сон, как бы сильно ни приглядывался вор к его лицу. — Ты идёшь?

— Ага… Уже бегу! – переводя взгляд с лежанки на широкую спину своего товарища, юноша пытался понять, в чём его обманули. А главное, зачем? Плюнув за эту затею, он поспешил за Велгантэ к борту, где всё ещё упрямо висела рыбина размером с самого пирата. Сейчас он как раз перегнулся и внимательно осматривал пойманную рыбу. — Ты знаешь, что это за… рыба такая?

— Знаю. Это корова.

— Не смешно, - попытался улыбнуться Наво, глядя то на друга, то на свой улов, мысленно сравнивая последний с картинкой в книге, которую им показывал монах, учивший грамоте и счёту. И вот совсем она не была похожа на ту парнокопытную зверушку с двумя рогами.

— А я и не смеюсь. Не знаю, как её зовут учёные люди из столицы, но в простонародье её зовут просто коровой. Сам посуди, рыба донельзя глупая. Если ты сейчас спустишься, можешь смело тыкать ей в глаз пальцем, а она продолжит висеть, ничего не делая. Разве что через полчаса-час она начнёт задыхаться. Очень уж живучая она и постоянно голодная. Как правило, жрёт водоросли, но и от падали не откажется. Клюв у неё, как ты видишь, на всё годный. Только эта старая. Видишь, поистёрся он у неё? Была бы молодой, перекусила бы канат.

— А она съедобная вообще? – слова о старости как-то не слишком его обрадовали. А ну как окажется чёрствой, не вкусной и вообще поганой на вкус?