— Стой, кто идёт?! – нарочито строго отреагировал зевающий офицер на воротах, заметив приближение краем глаза и повернувшись в ту сторону. — Здесь территория собора, главного храма божьего на Солмарисе! Обывателям сюда в будни вход закрыт! Назовите себя и… Ну что такое?

Сослуживцы отчаянно дёргали сонного мужика за рукав, призывая заткнуться и не доводить до греха. Прислушавшись к их сбивчивому шёпоту, офицер огляделся по сторонам. Почему-то ему подумалось, что пришли гости со стороны города, а оказалось, что это люди из собора! Неудобненько получилось.

— Ох, прошу меня простить, ваша милость, господин Иерарх! – склонился в вежливом поклоне офицер, а следом и вся стража, выражая глубочайшее почтение этому сану. Велгантэ же делал ровно то, о чём его попросили. Грозно хмурил брови и расправлял плечи, становясь ещё шире, что вызывало у солдатни благоговейный трепет. Вон какие люди под дланью небесной ходят! — Мы вовсе не собирались Вас задерживать! Прошу, проходите…

Величественно кивнув, здоровяк зашагал вперёд. И тут взгляд офицера упал на двух людей, притаившихся за плечами Иерарха. Они кутались в плащи, что показалось ему несколько странным. Ведь ясный же день!

— Вновь прошу прощения, господа! Но неужели ожидается дождь?

— Сезон дождей. К этому следует быть готовым всегда, - неожиданно юным голосом ответил один из монахов, после чего поспешил за Иерархом.

— Ох, да, конечно, - вымолвил сбитый с толку офицер, глядя им вслед. Может быть, тоже послать кого-нибудь за плащами? В самом деле, а вдруг дождь?

***

— Вот эти очень вкусные, - Тито указал рукой на булочки с ягодами. — А вот эти лучше есть с чаем, так как вяжет во рту.

— Не ожидала, что тут будет так много всего, - восторженно прощебетала Мари, прикладывая пальцы ко рту, чтобы никто не видел её жутко довольной улыбки. На них смотрели, им улыбались, картина складывалась – лучше не придумаешь. А ведь страшно подумать, что её идеалом казался лихой вор, полезший ради неё в пасть к демону! Ну, пусть не ради неё и не столько в пасть, но всё же. Теперь она радуется тому, что служка из собора рассказывает ей про пироги. Никогда не угадаешь, к чему тебя жизнь приведёт!

За спиной раздались шепотки и благоговейные восклицания, портящие её картину мира. Нахмурившись, девушка оглянулась, а вместе с ней и Тито. У него так и вовсе челюсть упала, когда он завидел эту… колоритную процессию. Широченный бугай в белых тряпках и два заморыша за ним в чёрных плащах. Не знала бы их – сказала бы, что маньяки или сектанты какие.

— Вашу ж матушку, вы что натворили, дебилы?! – пропищал её спутник, хватаясь за голову. — Кто вас надоумил надеть это?!

— Юноша, негоже так к Иерарху обращаться, - пожурила его старушка-лоточница, но тот её даже не услышал. Быстрым шагом он двинулся им навстречу, прихватив с собой и девушку, грустными глазами провожающую пирожки с ягодами.

— За мной! – прошипел на них Тито, сверкая глазами, после чего нырнул в одну из подворотен, где никого, к счастью, не оказалось. К счастью для тех, кто мог бы здесь оказаться. Иначе могли бы и трупы образоваться – настолько парень был взвинчен. Когда троица скрылась вместе с ним в тени, он, наконец, вывалил на них свои претензии. — Вы не могли что-то другое взять?!

— Не было! – ответил за всех Наво, скидывая с себя неудобный плащ и запихивая его в разбитый ящик, валяющийся здесь же. — Было только два плаща.

— И ты не мог поискать в другом месте?! – не унимался друг.

— Слушай, я там такое пережил, - сдвинул брови вор. — Тебе бы после такого жить расхотелось. Понимаешь? Цени свою жизнь, да? Она оплачена моей жертвой.

— Ты откуда этого набрался? Нет, стой. Мне не интересно. Лучше скажи, почему ты взял именно эту одежду?! – Тито возмущённо ткнул пальцем в широченную грудь Велгантэ, снимающего с себя белоснежное одеяние Иерарха.

— А что не так? Что было, то и взял, - пожал плечами юноша.

— Действительно, что не так с этой одеждой? – вклинилась Мари, пытаясь успокоить обстановку ласковым голосом. — Расскажешь нам?

— Дело в том, что через шесть дней пройдёт праздник. Будет всеобщая молитва города. Помнишь, у нас тоже такое было? Только здесь в тысячу раз ярче и больше! Как сказал наставник Бернард, света будет столько, что тени полностью исчезнут с лица Эстреллы!

— И что?

— А то, идиоты, что главным действующим лицом этого праздника будет Иерарх Хосе, одежду которого вы взяли! Он теперь землю носом рыть будет, но найдёт тех, кто взял её! Лучше скорее её спрятать, от греха подальше!

Люди, заполонившие подворотню, медленно переглядывались друг с другом. Увы, но пространство оказалось недостаточно большим, чтобы в нём могли со всем комфортом уместиться пять человек, один из которых по ширине вполне сойдёт за двух. Но он-то ладно, он мог и просто за спинами стоять – ему это позволял внушительный рост. А остальным как быть? Лобар и Наво старались держаться особняком и ни к кому не жаться, спасая свою мужскую репутацию. Мари же, наоборот, со всей неотвратимостью прижималась к боку Тито, но эффекта это почти не возымело. Парень смотрел на пиратов и вора с нескрываемым осуждением.

Не злоба и не ненависть. Ну, право слово, ему-то за что злиться? Фанатичностью он не страдает, в сыновьях у этого Хосе не ходит и даже со стола его не кормится. Осуждал. Есть за что, ибо совершили они такое, за что прибить всех троих было бы не жалко.

— Давайте я попытаюсь вам объяснить, в какое дерьмо вы вляпались, - судорожно выдохнув и попытавшись взять под контроль собственные эмоции, Тито ещё раз взглянул в глаза всем троим. — Вы украли одежду Иерарха Хосе. Случись это в любой другой день, ничего бы такого не было. Да, если бы вас нашли, то висеть бы вам на позорных столбах, собирая общественное порицание. Вам же, идиотам, хватило ума сделать это прямо перед праздником!

— Так говоришь, как будто я знал про него, - фыркнул Наво, скрещивая руки в защитном жесте. — Не было у меня выбора, понимаешь ты или нет? Стоишь, распекаешь, а мог бы и сам туда сходить.

— Не мог, мне же нельзя, - на глаза парня легла тень, он смотрел прямо в глаза своему другу. — Если бы меня поймали…

— Ой, как удобно! – всплеснул руками вор. — А мне, значит, можно? А меня, значит, не жалко? Так получается? Тебя поймают, и жизнь на этом закончится. Но если поймают меня, то ничего страшного? Просто высекут у столба или повесят? Так?

— Нет, я вовсе не это имел в виду… - помотал головой Тито. — Просто… Это же Хосе!..

— Так, прекращайте свои истерики, - поморщился Лобар, на что Наво цыкнул и отвернулся. — Не хватало нам ещё разругаться в такой момент. Ты, паря, тоже не зарывайся, - обратился он к служке. — Ситуация была такая, и наш вор брал то, что мог взять. Не нравится – шёл бы сам. Справедливо, я считаю.

— Согласен. Глупо винить человека, когда дело уже сделано, а цели достигнуты. Со всем остальным разберёмся по ходу дела, - высказался Велгантэ из-за плеча старика. — Наво хорошо справился, не попался.