– И часто ты туда ездишь? – Смотрит с вызовом.

– Только в особых случаях.

– И Надя не против?

– Надя? А причем тут она? – Теперь моя очередь сверлить ее взглядом.

Неужели не в курсе еще? Я-то был уверен, что Алка так развязно себя ведет именно потому, что с Надей у нас сейчас разлад.

– Миш, извини, я тебя что-то не понимаю… – Задумчиво тянет. – Одно дело флиртовать и совсем другое – в открытую предлагать мне секс. Ты в своем уме? Тебе жену совсем не жаль, что ли?

– Она мне больше не жена.

Я впервые озвучиваю эту новость, даже мысленно ее не произносил. Утром получил уведомление, что Надя подала на развод. С одной стороны рушится семейная жизнь, с другой – среди партии узи-аппаратов, которые мы только что доставили в новую клинику, оказался один бракованный. Нужно было срочно устранять неполадки, а единственный мастер, который у нас на контракте (про троих я Алке приукрасил, конечно), уехал в отпуск.

А тут еще Алка со своими глупыми просьбами еще раз прогнать презентацию фирмы, а то она, видите ли, не уверена, что мы готовы и не сможет рекомендовать нас как партнеров. Тоже мне, вершительница судеб нашлась.

– А что случилось? – Поднимает тонкую бровь, бросает взгляд в мобильник, что-то быстро строчит.

– К работе это отношения не имеет. Так что там по презентации? Добавить что-то или твоим московским олухам сойдет наконец-то?

Последняя фраза вырывается спонтанно. Пытаюсь перевести все в шутку, Алла улыбается. Поднимается, откатывает кресло так, что оно ударяется о батарею, медленно берет свою сумочку и идет к выходу.

Черт. Черт!

– Не зли меня, Миша. – Оборачивается у выхода. – У нас руководство, конечно, исключительно из олухов состоит. Так что твоя презентация им прекрасно зайдет.

Горло сводит спазмом. Я так надеялся на этот контракт, что отказал нескольким мелким партнерам. Слишком многое поставлено на карту… Если сейчас все рухнет, мне конец. Всей моей фирме конец.

– Ой, да расслабься! – Алла взмахивает рукой и улыбается. – Видел бы ты себя сейчас! – Заходится хохотом. – Я не могу! Ты реально поверил, что я буду тебя спецом топить? Миш, мы с тобой тыщу лет знакомы. Расслабься, я серьезно. – Она подмигивает и берется за ручку двери, но не выходит. Оборачивается, задумчиво смотрит на меня. – А вот подкаты свои дешевые брось. Я работу и личную жизнь не путаю.

Уф… Кажется, пронесло.

Можно бахнуть кофе с глотком чего-нибудь крепкого, и дальше решать проблемы.

Малыш, а ты сегодня заглянешь? Я соскучилась!

Опять Оксана со своим нытьем. Игнорирую, как и предыдущий десяток сообщений.

Какое заглянешь? Я без понятия, когда у меня рабочий день закончится, и закончится ли он сегодня, а тут – беги, ухаживай за возрастной теткой. Сама должна понимать, что в наши годы с романтикой пора завязывать. Особенно, когда в тебе ничего нового и неизведанного не осталось.

Домой заваливаюсь почти в полночь. Мать сидит на кухне, сразу кидается к холодильнику, наваливает в тарелку котлет с рисом и ставит в микроволновку.

– Беднушка мой…

Пытается приобнять, но я уворачиваюсь.

– Ты что, пил? – Повышает тон, демонстративно хватается за сердце.

– Мам, ты мне только мозг не выноси, а. – Прикладываю пальцы к вискам, слегка массирую. – Башка раскалывается. Алка полдня мозг выносила, клиенты, теперь ты еще.

– Алка? Аллочка Суворова? – Голос мгновенно становится елейным. – Вот жеж умная девчонка. Самая умная у вас в параллели была. И красавица какая. А уж с работой как повезло! Вот такую бы тебе жену, а не эту врачиху невзрачную.

– Ой, не начинай, а.

Я более чем уверен, что если бы выбрал тогда, пятнадцать лет назад не Надю, а Аллу, мать гнобила бы ее, а в жены сватала Надю или еще какую-нибудь «умницу и красавицу».

– Облапошился ты, Мишуля, не ту девку взял. Подумать бы надо было.

– Мам, хватит! – рявкаю, но не сильно грубо.

– Ладно, ешь давай. – Садится напротив, подпирает голову рукой. Теперь ведь не уйдет, пока не доем.

Надо бы квартиру снять где-то поблизости. Мать бы заносила свои котлетки и рубашки бы гладила, а потом домой, и глаза мне поменьше мозолить.

Как только подпишу контракт с Алкиной конторой, сразу хату найду. Слишком долго она меня мурыжит. Прислали б мужика, давно бы с ним договорились.

Надеюсь, до конца недели закроем этот вопрос.

Милый, я все еще тебя жду!

Жди, моя хорошая, жди.

Телефон молчит. Последнее вчерашнее сообщение так и висит с синей галочкой «доставлено». Больше ни галочек, ни ответов.

Неужели я просчиталась? Или Мирабелла ошиблась? Но ведь раньше ее расклады всегда сбывались и все гороскопы были верны…

Он – моя судьба. Я – его предназначение. Как он этого не понимает? Нам ведь вместе будет гораздо лучше, чем по отдельности!

Надо попробовать еще раз. Только теперь я буду действовать аккуратнее. Возможно, Миша подумал, что я слишком доступная, всегда буду рядом, готовая ко всему. Что ж, сменим правила игры.

Отправляю ему голосовое.

Миша, прости, что отрываю от работы. Это правда очень срочно! Мне нужна твоя помощь! Много времени не отниму. Удели мне пять минут, пожалуйста. Без тебя мне не справиться. Я и не думала, что все так серьезно получится, но… Кажется, я встряла по полной… Помоги мне, прошу тебя! Пожалуйста…

В голосе страх и паника. Для убедительности пишу следом «Срочно!» и смайлик с руками, сложенными в мольбе.

Мужики любят быть сильными. Вот тебе повод, Мишенька, поступить по-мужски.

Ха! И минуты не прошло, как он перезванивает.

– Что у тебя?

И это вместо приветствия… Ладно, спишем на волнение.

– Ты в порядке? Где ты сейчас?

– На работе.

– То есть все нормально. – Он не спрашивает, а утверждает. Ну, нет, такое развитие разговора меня не устраивает. Мне нужны действия!

– Миш, прости, не могу сейчас говорить, – перехожу на тревожный шепот. – Кажется, я встряла по полной. Ты можешь сегодня заехать? Я не знаю, к кому мне еще обратиться.

– Оксан, что случилось-то?

– Не могу говорить. Если сейчас скажу, мне конец! – Трагически вздыхаю.

– Хорошо, заеду. После семи.

Акция «Спасатели, вперед!» сработала на ура.

Откидываюсь на спинку кресла, потягиваюсь, победа разливается по телу радостным теплом, прикрываю глаза и пританцовываю.

– Конюхова! – раздается грозный рык. – Бросай свои плясульки. Быстро ко мне!

О, нет… Я и не заметила, как в офисе нарисовалась владелица нашей фирмы. А если эта грымза увидела кого-то довольным, его можно списывать со счетов. Не простит даже малейший позитив.

Она окидывает кабинет тяжелым взглядом, задерживает взгляд на мне. Интересно, сколько она тут простояла? Зачем вообще приехала? Девчонки говорили, что у нее сегодня весь день встречи и какие-то мероприятия.

Хотя… После того, как меня повысили до начальницы отдела, не со всеми у меня остались хорошие отношения. Нас в отделе шестеро, и шансы занять место руководителя были, по крайней мере, у троих. Но повезло мне!

А вот за этими завистницами надо бы присмотреть, они вполне могли начать мне пакостничать, по мелочи, незаметно. Например, соврать, что нашей боссихи не будет.

Плетусь к ней в кабинет, заранее продумываю отговорки на любые наезды.

– Оксана, что с тобой происходит? – Бросает на меня беглый взгляд и тут же погружается в монитор. Замученная возрастная одинокая тетка. Понятно, что ей трудно вынести рядом симпатичных успешных женщин.

– Со мной все прекрасно! – Выдавливаю сдержанную улыбку.

– Я так не думаю. Партия леденцов «радуга» уехала в дом престарелых, а тонна шерстяных носков – в Крым. Ты хоть представляешь, сколько будет стоить исправить твой косяк? – Начальница откидывается в кресле, постукивает ногтем по подлокотнику. Ждет моей реакции.

– Почему сразу мой?