Вытираю слезы, умываюсь прохладной водой. Сквозь шум прорывается звонок.

Свекровь.

– Вот уж я не ожидала от тебя такого, Надежда! – начинает она без приветствия.

Ну, конечно, куда же блудный сын мог отправиться, если не к мамке под теплое крыло.

– Говорила я Мишеньке, что не ту девку для брака выбрал. Вот до чего ты его довела!

– Полина Витальевна, это очень здорово, что вы сейчас позвонили. – прерываю ее поток желчи.

– Да? – растерянно бормочет свекровь.

– Конечно! – делаю голос как можно бодрее, хотя это дается мне с трудом. – Очень вовремя! Лучше я сейчас вам признаюсь.

– Так и знала, что это ты виновата! – перебивает меня. – Надо было лучше за Мишенькой ухаживать. Вечно по своим клиентам скачешь.

– Как раз хотела вам сказать… – чуть повышаю тон, игнорирую ее пафосные обвинения. – Идите вы в баню! Вместе с вашим Мишенькой!

Последнюю фразу я выкрикиваю на максималках.

Вырубаю звонок и, пока она не спохватилась и не перезвонила мне – а свекровь точно не допустит, чтобы последнее слово было за мной – нажимаю на кнопку "блокировать" и удаляю ее номер из адресной книжки.

Да, Полина Стерва Витальевна, проваливайте из моей жизни!

Химчистка шубы обошлась в шестнадцать тысяч рублей. Так я Мише и написала. А уж на что именно ушли эти деньги, уточнять не обязательно. Не будет ведь он спрашивать чек.

Четыре триста сама чистка, около тысячи на такси туда обратно, остальное за моральный ущерб, и это я еще по божески и исключительно за шубу.

Чтобы я забыла унижение, которое испытала от этой мерзкой ситуации, ему нужно будет минимум машину мне новую купить.

Гороскоп меня, конечно, предупреждал, что в этот день меня ждут потрясения. Но я и представить не могла, что он настолько конкретно сбудется – и я буду трясти своими прелестями у любимого в подъезде.

Хорошо, что мне никто не встретился. Снизу хлопнула дверь, но я притаилась за мусоропроводом и дождалась, пока все уйдут. Быстро натянула на себя вещи (мокрые, грязные – отдельно за это заплатишь, стерва!) и сбежала.

Шубу, главное, с сумочкой забрала.

Сколько? Чего так дорого-то?

Вот же жмот! Ни слова о том, как я, добралась ли до дома, как вообще моя психика выдержала это унижение.

Потому что твоя истеричка измазала ее в грязи!

Нет, такое отправлять нельзя. Быстро удаляю сообщение и пишу новое.

Грязь глубоко въелась, надбавка за длину и срочность. Мне же надо в чем-то ходить.

Очень хочется добавить вопрос, скоро ли он ко мне приедет, но пока сдерживаю себя.

Куда-то ведь он должен поехать?По крайней мере, сегодня.

Надька хоть и кажется спокойной и уравновешенной, но в натальной карте у нее развод маячит, так что скандал у них неизбежен.

Ей я про развод, конечно, не говорила, да она бы и не поверила. Не понимает важного закона: гороскопу плевать на то, веришь ты в него или нет. Все равно сбудется то, чему суждено сбыться.

Так что тут можно сказать, что я и не виновата в том, что произошло. Не я, так другая бы оказалась на моем месте. Но лучше ведь, чтобы я. Мне, по крайней мере.

Время почти одиннадцать, от Миши нет вестей. И перевода за химчистку тоже нет…

Не могу больше ждать, набираю. Отвечает с пятого гудка.

– Мммм..? – Мычание вместо приветствия.

– Миш, у тебя все в порядке?

– Оксан, ты что ли? – бурчит неразборчиво.

– Я, конечно. А ты от кого-то еще ждешь звонка?

– Нет. Погоди… – В трубке раздается шуршание, стук, покашливание. Как старый дед… – Да. Что ты хотела?

Теряюсь от его вопроса. В смысле, что я хотела? Я вообще-то тебя жду тут сижу!

– Оксан? У тебя что-то срочное? Я спал уже.

– Вообще-то я думала, что ты приедешь…

– Эм… – Пауза, которую я не прерываю. – А зачем?

Его вопрос меня убивает.

– Миш, я просто подумала… Ну… – Пытаюсь подобрать слова, но все выглядят как-то нелепо. – А ты где вообще?

– У матери.

– Ты ушел от нее? – Меня берет злость. Я не понимаю, почему он не у меня. Дурацкая ситуация.

– Давай завтра поговорим. День был ужасным, завтра важные встречи. Мне сейчас не до выяснения отношений.

– Тогда до завтра? – Мне приходится приложить невероятные усилия, чтобы изобразить милоту и не сорваться в истерику.

– Да, пока.

Сбрасывает звонок.

Быстро же он перешел от стадии "Оксаночка, красотка моя, ну когда же мы сможем увидеться?" до сухого "пока".

Это что, конец? Этого я точно не допущу!

Так, стоп. Надо разобраться.

Он сказал "не до выяснения отношений". Значит, он подразумевает, что отношения у нас все же есть. Это хороший знак!

Согласился, что прощаемся до завтра. Значит, мне просто нужно немного подождать.

Звонок заставляет вздрогнуть. Неужели одумался, понял, что обидел меня?

А, черт. Мама звонит.

Раз десятый набирает за день. Было бы что-то важное, давно бы написала.

Не угомонится ведь, придется отвечать.

– Привет, мам! Извини, я весь день занята была. Понедельник день тяжелый, сама понимаешь.

И ведь я ни слова не соврала. Уговорить мужика купить мне шубу – непростой квест.

Надо бы только напомнить, чтобы остальную сумму внес и за химчистку мне денег вернул, а то я последние отвалила.

– Ты Злату когда забирать думаешь? – спрашивает так строго, что я невольно вздрагиваю.

– А ей разве у тебя плохо?

Дочь я, конечно, люблю, но они ведь должны понимать, что свободной женщине без детей гораздо проще устроить свою жизнь, чем матери-одиночке.

– Ей-то хорошо, только вот я не справляюсь уже. Теть Таня заболела, ухаживать за ней надо.

– А ты тут причем?

Неужели мать променяет внучку на постороннюю тетку?

– Я вообще-то ее племянница. Она мне за уход дом свой пообещала.

– Я не могу сейчас забрать Злату, – прерываю ее. – Откажись.

– От дома? – охает мать. – Мне до конца жизни в этой халупе прозябать? А пенсия? Ты ж мне не помогаешь. Так я бы в деревню переехала, а свою квартирку бы сдавала. Вот и прибавка. Как раз внучке на гостинцы.

– Мам, хватит. Будет у тебя скоро квартира.

– Это как? – Обиду в ее голосе прерывает заинтересованность.

– Не могу пока сказать. Но будет. Дай мне еще немного времени.

– Мне тетку к себе забрать придется, у нее ноги отказывают. День-два еще могу тебе дать, а потом надо будет ехать за ней. Так что решай со Златой.

– Ладно, мам. День-два, и все будет понятно.

Надька выгнала Мишу, это плюс.

Миша ушел к матери, это минус.

Но это ведь спонтанное решение. Завтра я с ним поговорю, выясню, что у них там за разборки, подали ли на развод и когда мы сможем съехаться.

– Пару тысяч хотя бы мне скинь. Я у соседки заняла пятерку до пенсии, но со Златой потратили все уже.

– Потратили? А я их рисую что ли?

– Ты мне дочь свою отдала в дырявых сапогах. И Злата сказала, что других у нее нету. Так что пришлось покупать новые. Завтра пять тысяч мне переведи, долг верну. И две сверху, если Злату хочешь до среды оставить.

Мама бросает сухое "пока" и отключается.

А мне что теперь делать? Как дожить до завтра в неведении?

Весь день Миша не отвечает на мои сообщения и не берет трубку. Вечером караулю его возле спортклуба – мы всегда ходили заниматься по вторникам, четвергам и субботам.

Тоже нету.

Да что ж такое?!

Звоню в очередной раз.

Наконец-то отвечает!

– Оксан, извини, занят был весь день. Что ты хотела?

Вот так запросто – что я хотела? Тебя! Замуж! Денег! У меня столько желаний, что все их и не перечислить.