Мама укорила девочек за нетерпеливость и велела отнести всё в дом и вымыть руки, прежде чем пробовать что-то ещё. Они в припрыжку побежали внутрь, а мы неспеша пошли следом.

Когда мы вошли на кухню, мама извинилась за то, что на столе была рассыпана мука, и начала торопливо всё убирать.

– Не спешите, мы ненадолго, – остановил её Том.

– Как? – растерялась она.

– У меня дела в моей усадьбе, – пояснил он. – И Лорен там нужна как новая хозяйка.

– Хозяйка? – повторила мама.

Девочки, быстро осознав, что мы не собираемся садиться за стол, сами уселись за него и принялись с нетерпением раскрывать коробочки и поглощать пирожные, наблюдая за нашим разговором.

– Прошу прощения! Вы не против, что Лорен будет жить со мной ещё до нашей свадьбы? – спросил Том.

Мама нахмурилась, обводя подозрительным взглядом нашу пару.

– Жить с вами? А как вы познакомились? – поинтересовалась она.

– В «Соблазнах Пикадилли», – не стал скрывать Том. – Я владею частью бизнеса.

– То есть моя дочь не отказалась от работы куртизанкой?! – воскликнула мама.

Скрестив руки на груди, она гневно воззрилась на меня. Я растерялась.

– Мама, я…

– Всё немного не так, – заступился за меня Том. – Лорен нет необходимости работать куртизанкой, потому что она выходит за меня замуж.

Её глаза сузились, и она посмотрела на него с нескрываемым сомнением.

– Вы купили её? – прямо спросила мама и будто залепила мне невидимую пощёчину.

Я тотчас отвернулась к окну, пытаясь успокоить внезапно участившееся от возмущения дыхание.

– Я люблю вашу дочь, мисс Джонс! – ответил Том. – А она любит меня.

– И вас не смущает, что Лорен не только из бедного района, но ещё и проститутка в вашем собственном борделе?

– Мама! – воскликнула я, бросив взгляд на сестёр, явно не подозревавших о том, где я пропадала.

Они, прежде с аппетитом уплетавшие пирожные, даже отложили их и уставились на меня во все глаза.

– Лорен никому не оказывала интимных услуг, мисс Джонс, – продолжил спокойным голосом Том. – Я успел сделать ей предложение раньше. К моему счастью, она его приняла.

Её лицо слегка смягчилось, однако глубокие тени сомнений продолжали терзать взгляд, делая его задумчиво-строгим и сдержанным.

– И всё же ваш способ заработка, сэр… Вы построили состояние на несчастье девушек!

– Я понимаю ваше беспокойство, но нет, – качнул головой Том. – Я из дворянского рода, и у меня есть имущество в центре Лондона, которое я сдаю в аренду. «Соблазны Пикадилли» находятся как раз в здании, принадлежащем мне. Его арендовал мой друг, чтобы открыть бордель. Возможно, наша деятельность кажется вам предосудительной, и на то есть основания. Но всё равно я прошу отдать за меня вашу дочь. Уверяю, со мной она не будет ведать нужды!

Мамин взгляд ещё больше потеплел, однако тонкая ледышка сомнений по-прежнему блестела в нём.

– Допустим, мистер Грей, вы и правда любите мою дочь. Но примет ли её ваша семья?

– Об этом не беспокойтесь: в Лондоне я живу один! – ответил он.

– Но вы ведь сообщите о свадьбе родителям? Как они отнесутся к вашему выбору?

– Мои родители умерли. Я давно предоставлен сам себе, мисс Джонс.

Она ахнула, приложив ладони к груди, и поспешила извиниться:

– Простите мою нескромность, я не знала! А ваши братья или сёстры?

– Я единственный ребёнок в семье.

– Вот как? – выдохнула мама и присела на стул между девочками, что уже вернулись к поеданию пирожных. – Выходит, моей Лорен и правда повезло?

Наконец-то на её лице появилась искренняя улыбка, которую я так долго ждала.

– Мама, мне очень повезло! – я подошла к ней и взяла за руки.

Она с трепетом посмотрела на меня снизу вверх.

– Ты такая красивая, дочка моя! Неужели твоя красота и правда проложила тебе путь в высший свет?

– Лучше, мама! Моя красота проложила мне путь к любви.

Я обернулась и с теплотой посмотрела на Тома. Он мягко улыбнулся мне.

– Извини меня, Лорен! – мама поднялась и обняла меня. – Я была излишне строга к тебе. Но Господь благоволил. Я рада, что ты сходила тогда в церковь. Помни, что молиться стоит не только в нужде, но и в достатке. Благодари нашего Высшего Отца за свою удачу! – она приложила мягкую ладонь к моей щеке и улыбнулась.

– Конечно, мама! – кивнула я.

– Кстати! – вдруг забеспокоилась она, отчего я тоже нахмурилась. – Зеркальце в твоей комнате разбилось! Я не знаю как… Я услышала звон битого стекла, а когда пришла, увидела зеркальце лежащим на полу. Я сочла это дурным предзнаменованием, но, похоже, то был символ удачи.

– В-вероятно, – запинаясь, промолвила я. Признаваться в том, что я вампир, способный мгновенно перемещаться из одной точки в другую, я по-прежнему не собиралась.

– Может, всё-таки задержитесь ещё немного?

Она с надеждой посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на сестёр. Те уже опустошили половину коробок с пирожными, и мама прикрикнула:

– Лайза, Эмили! Не будьте жадными, оставьте гостям.

– Пусть едят! – проявил щедрость Том. – Это всё для вас! Мы с Лорен пообедаем дома. А сейчас, с вашего позволения, нам пора.

– Уже? – огорчилась она.

– Мама, – я взяла её за руки. – Я обещаю навещать вас. Да и вы к нам приезжайте. Правда, Том?

Я снова обернулась на него, и он подтвердил:

– Конечно! Мы обязательно пригласим вас в наше поместье и пришлём за вами экипаж. А пока… – он полез во внутренний карман пиджака и достал оттуда портмоне. Вынув из него двадцатифунтовую купюру, он подошёл к столу и положил её между пустых коробок из-под пирожных.

Мама с благоговением и смущением посмотрела на него.

– Не стоило… – начала было она, но Том прервал её:

– Теперь вы моя семья, и я не позволю вам жить в нужде. С этого дня я к вашим услугам, мисс Джонс! – слегка поклонился он, приложив ладонь к груди.

На прощание мама благословила наш союз – лучшего жеста одобрения с её стороны невозможно было представить! И со спокойным сердцем мы с Томом покинули мой родной дом.

Глава 32

Мы возвращались в Хампстед, и по дороге я размышляла над тем, как всё удачно сложилось, что у нас с матерью больше не было недопониманий, а ещё – что наконец наша семья выбралась из нищеты. Радость переполняла меня, и о цене за неё я старалась не думать: не хотелось омрачать ощущение счастья, а потому я решила сосредоточиться на приятном и получше узнать своего жениха перед свадьбой.

– Том, то, что ты сказал моей матери, правда? Здание, где расположены «Соблазны Пикадилли», принадлежит тебе?

– Правда, – ответил он.

– А как ты на него заработал? Ты же говорил, что твоя жена объявила всем, что ты умер. Ты ведь должен был лишиться состояния!

– Верно, Томас де Грей, глава семейства, любящий муж и отец, для всех умер. Для всех, но не для Элизабет. Она представила помолодевшего меня как дальнего родственника по имени Томас Грей.

Он улыбнулся, опустив взгляд. Было заметно, что ему приятно вспоминать те моменты. Спустя несколько мгновений вновь подняв на меня глаза, он продолжил:

– Элизабет подарила мне часть имущества, чтобы мне было где жить. Она знала, что оно по праву принадлежит мне, и решила оформить это юридически, посчитав, что так будет справедливо. Я ведь не мог продолжать жить с ней. Таким образом мне досталось поместье в Хампстеде и ещё часть зданий в Лондоне.

– А другие родственники не возражали? – засомневалась я.

– Элизабет была умной женщиной и всё сделала тихо. Когда и она умерла, никто уже не мог ничего переоформить.

– А как же твои дети? Им что-то досталось? – поинтересовалась я.

– О, ты недооцениваешь состояние рода де Греев! – воскликнул Том. – Наша основная резиденция находилась в графстве Суррей, близ города Эпсом. Впрочем, она и по сей день там. Элизабет передала мне лишь наше имущество в Лондоне, тогда как вся недвижимость в Суррее и денежные активы остались при ней и передались по наследству нашим детям.