Глава 26

Держась за подбородок, Влад подвигал челюстью влево-вправо и убрал руку от лица.

– Жить надоело, Том? – прошипел он, прожигая его взглядом. – Почти двести лет оказались для тебя непосильной ношей? Так я быстро могу упокоить тебя.

– Не нужно! – воскликнула я, пытаясь разрядить обстановку. – Том не хотел…

– О нет, очень хотел! – он приблизился вплотную к Владу. – Считаешь себя особенным из-за того, что тебя обратил сам дьявол? Думаешь, можешь манипулировать жизнями других?

Влад скрестил руки на груди и хмыкнул.

– Разубеди меня!

– Том, Том! – подбежала я и попыталась отпихнуть его от Влада. Не сразу, а только приложив всю свою вампирскую мощь, мне удалось сдвинуть Тома с места.

– Лорен, отойди! – рявкнул он.

– Нет! – возразила я, становясь между ним и Владом. – Это моё тело и мой выбор! Вы не можете решать за меня и без меня. Том, я и так нарушила договорённость с Владом. Теперь для меня дело чести всё исправить. Пусть меня считают шлюхой, но не той, что нарушает обещания.

Том схватил меня за плечи и с тревогой посмотрел в глаза.

– Лорен, что я за мужчина, если не могу защитить любимую женщину?

– Ценой своей жизни? Считаешь, после твоей смерти Влад отпустит меня? Я только обрела тебя, в моей жизни наконец-то появился смысл! Пожалуйста, Том, не разрушь всё бессмысленной борьбой за честь. Я уже отдала её тебе, как и своё сердце. Неважно, кто будет наслаждаться моим телом…

– Для меня важно! Знать, что кто-то другой… тебя…

– Том! – я приложила ладонь к его лицу. – Я понимаю, это тяжело. Но мне тоже тяжело принять себя вампиром. Когда-то ведь мне снова захочется есть, и что тогда? Я собиралась убить себя, чтобы никому больше не навредить, но ты не позволил. Так и я не позволю тебе совершить глупость из-за беспочвенной ревности. Мне придётся убивать, а тебе придётся отпускать меня на встречи с другими мужчинами. Такова плата за нашу любовь. Но если она сильна, мы переживём это, Том!

Слёзы потекли по моим щекам, и теперьон бережно обнял ладонями моё лицо.

– Лорен, я обещаю, я найду выход! Для обеих проблем. Это всё ненадолго.

Он крепко обнял меня и обратился к Владу:

– Будь по-твоему! Я отведу Лорен к художнику прямо сейчас.

– Мудрое решение! – одобрил Влад. – Но не за чем спешить, насладитесь сперва шоу.

– Смотри его сам! – дерзко бросил Том.

– Ну, я предложил, – с безразличием сказал Влад, пожав плечами.

Том прекратил дальнейший разговор с ним и переместил нас в иное место. Комната была погружена в полумрак. Редкие свечи мерцали на небольших столиках, расположенных одиночно у каждой стены. Окна скрывались под покровом тяжёлых бархатных штор. Практически всё пространство занимали холсты: пустые и с изображениями живописных пейзажей, а также с незавершёнными эскизами. Пол был испачкан красками всевозможных оттенков…

По центру мастерской возвышался массивный мольберт, рядом с которым, вальяжно развалившись на мягкой софе нежно-зелёного цвета, устроился молодой блондин в элегантном темно-зелёном жилете, украшенном изящным цветочным орнаментом, и однотонных тёмно-зелёных брюках. Блондин неспеша потягивал рубиновое вино, погружённый в задумчивость, и нисколько не удивился нашему внезапному появлению.

– Том! – улыбнулся он. – А я вот лежал и думал: что бы мне написать?

Он перевёл взгляд на меня и добавил:

– Или кого…

– Всё верно, Крис! Необходимо написать портрет этой девушки. Для борделя, – сообщил Том.

– Новенькая? – Крис отставил бокал на низкий столик, что стоял возле софы, и приблизился ко мне. – Вампир?

– С недавних пор, – кивнула я.

Он скрестил руки на груди и уставился на Тома, открыв рот от изумления.

– Долгая история! – отмахнулся Том.

– Я готов послушать, – пожал плечами Крис.

– Портрет Владу нужен завтра! – припечатал Том, проигнорировав замечание Криса. – То есть у тебя на это вся ночь и день. К завтрашнему представлению портрет должен висеть на стене зала.

– Плёвое дело. Садись, красотка! – велел мне Крис, указав на софу.

Я послушно опустилась на неё.

– Получается, мне сидеть здесь до завтрашнего вечера? – уточнила я с сожалением, поскольку намеревалась завтра навестить сестёр и мать. Наверняка они волновались за меня. Стоило сообщить им, что я в порядке.

Крис усмехнулся.

– Если хочешь, красотка, можешь задержаться в моей постели.

– Попридержи лошадей! – Том грубо схватил Криса за ворот. – Она со мной!

– Вот как? – рассмеялся Крис. – Забавно! Нашёл себе девушку из куртизанок и обратил её? Влад, наверное, в восторге!

– Выполняй работу, – процедил Том и с пренебрежением отпустил его.

– Я и планировал, – улыбнулся он и посмотрел на меня. – Влажные от слёз глаза… А что? Печальную девушку хочется утешить и приласкать. Ну-ка, ну-ка!

Крис переместился к столику со свечой, взял её и вернулся обратно. Поставив её на стол рядом с бокалом вина, Крис слегка подвигал ими из стороны в сторону, переставляя местами, потом отступил на пару шагов и задумчиво потёр подбородок.

– Головку влево, – сказал он мне.

Я повернулась чуть левее.

– Сильно, немного правее, – попросил он, указывая пальцем нужное направление.

Я повторила жест в другую сторону, но уже медленнее.

– Вот так! – остановил меня Крис. – Замри!

Я замерла.

– Идеально! – улыбнулся он. – Можешь идти.

– Всё? – опешила я.

– Всё, – подтвердил он. – Ах да, ты же новенькая! Неужели не заметила, что наша память более совершенная, чем у людей?

Я тут же вспомнила труп мужчины в утреннем тумане. Мертвец всплыл в памяти, как если бы сейчас лежал передо мной, отчего я содрогнулась. Мотнув головой, я прогнала видение.

– Вы запомнили, – догадалась я.

– Именно, образы для картин я беру из памяти. Нет необходимости позировать мне часами.

– Но пишете вы часами? – уточнила я, подозревая, что, может, у Криса есть какая-то способность рисовать очень быстро.

– Это радость для меня, – ответил он, беря в руки карандаш.

Стоя ко мне спиной, Крис принялся делать наброски на холсте. С каждой секундой движения художника становились всё более быстрыми, и вскоре он, похоже, забыл он нас.

Том подошёл ко мне и протянул руку.

– Идём! Когда Кристофер работает, он не реагирует ни на что и ни на кого.

Я осторожно вложила свою ладонь в его сильную руку, и он переместил нас в особняк. Там мы вновь оказались вдвоём, будто отделённые от всего остального мира. Том отпустил меня и повернулся к окну. Вся фигура моего возлюбленного отражала его напряжение: он стоял ровно, как солдат, и не шевелился. Видимо, он никак не мог принять тот факт, что Влад выиграл борьбу за моё тело, нужное ему исключительно ради прибыли и поддержания репутации самого престижного борделя Лондона.

Безусловно, было печально сознавать, что благородные намерения опять уступили силе денег и власти, но таков уж наш мир: богатство и статус решают всё. Прожив всю жизнь в Ист-Энде, я привыкла к столь удручающему положению вещей. Однако Том, в отличие от меня, являлся аристократом как в прошлой, человеческой жизни, так и после неё, когда обратился в вампира. Прежде именно он диктовал условия, а потому ему трудно было cмириться с тем, что каким-то образом он оказался по другую сторону, вынужденный терпеть унижения.

Я приблизилась к нему сзади и коснулась плеча.

– Том, не переживай о том, чего не можешь изменить. Мы есть друг у друга, и это главное! Подумай о том, что Влад не собирается разлучать нас. Ты же этого хотел? Чтобы я приняла твою сущность и мы могли быть вместе? Твоё желание исполнилось. Я полюбила тебя, когда считала, что ты человек, и продолжаю любить, узнав, что ты вампир. Чтобы быть ближе к тебе, я стала такой, как ты, и готова смириться с последствиями своего выбора. Я готова смириться с чем угодно, потому что обрела высшее богатство – тебя!