Притихший было Алексей, аж чуть не подскочил радостно засияв:

- Точно! Думал же еще! Вот же… Простите, Вадим Дмитриевич, а что за окоп вы там отрываете в загоне?

Теперь пришла моя очередь удивится:

- Ну-у-у, э-э-э.. кхм. Как-бы вам сказать, Алексей. Там у меня кони. Они едят. Довольно много, замечу, едят. А потом они ходят в туалет. Где стоят там у них и туалет. И после этого…

- Понял. Не продолжайте, Вадим Дмитриевич. И какой же формации должен быть этот, кхмм, окоп?

- Формации… Четыре на два по периметру, и метра два в глубь. Пожалуй, так. Но, я их две штуки думал делать. Сейчас одну, прям срочно уже надо бы. А потом, не спеша вторую. Думаете мало? А то я раньше с такой проблемой как-то не сталкивался лично.

- Удивляюсь вам. Почему было не нанять работников?

- Не люблю посторонних на территории. Тем более гражданских…

- Ах да! Действительно. Но все равно. Странно как-то.

- О поверьте, Алексей. Мне не тяжело. Это даже интересно. Своего рода отдых для головы. Копай и копай.

- Но от помощи же вы не откажитесь?

- Хм-м-м. Да, пожалуй, нет. – Тут до меня дошло куда он клонит. – Кажется я начинаю понимать. Залётчикам хотите поручить?

- Кому, простите? Залётчикам? Не совсем понимаю….

- Ну залётчики. Залетели не туда. Залетели «на губу» и тому подобное. Провинились короче.

- Ну да провинились. Факт! Залётчики… Интересно. Надо запомнить. А что значит «на губу»?

Блин. Это залёт уже с моей стороны. А вдруг тут и термина такого нет в армии.

- Это жаргонизм такой, от слова гауптвахта, что означает…

- А-а-а! Понятно тогда. Чего только в народе не придумают. Тоже запомню. Губа. Любопытно. – Алексей задумался. Видимо заучивает.

- Алексей?

- А! Да. Простите. Пойдемте на причал прогуляемся, Вадим Дмитриевич. Или нет. Я сам лучше. Вы здесь обождите. Мы скоро. – спешно выговорил Алексей и быстрым шагом вышел из сада через калитку.

- Антипооов! – тут же раздалось с улицы.

Я присел было на стул, потом встал, прошел в сарай. Увидел Фреда. Отвел его домой, от греха подальше. И выйдя потом в загон услышал мерное буханье. Из-за кромки обрыва появились головы в беретах с с дурацкими помпонами. Матросы подбежали к забору и раздалась команда от еще совсем молодого парнишки в фураже, который бежал сбоку строя:

- На месте стой! Раз. Два. Смирна!

Колонна остановилась. Солдаты, или если уж быть точным, матросы, стояли и смотрели прямо. Всё как положено, вид они имели лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство. Помимо винтовок за спиной, у каждого на плече имелся какой-то инструмент: лопаты, кирки, топоры. У одного бойца, самого здорового, имелся даже большой стальной лом. Бедолага.

Из-за кромки обрыва не спеша, обычным шагом поднялся лейтенант Шпала и подойдя встал, заняв позицию примерно между мной и гардемарином. Который тут же скомандовал:

- Отряд! Направо-о-о! Равнение на командира!

Бойцы дружно повернулись лицом к лейтенанту.

- Господин лейтенант! Отряд готов для выполнения поставленной задачи! – Доложил молодой гардемарин.

- Вижу, что готов. Слушай мою команду, бойцы! В целях укрепления стратегического объекта необходимо отрыть два окопа для укрытия восьми конных стрелков верхом на конях! Стрелок должен быть укрыт от огня противника по пояс! Место расположения фортификации обозначено на местности колышками и шнуром! Приступать! Коней не пугать! – выдал вводную бойцам Алексей и уже тише добавил, обращаясь к молодому командиру: - Гардемарин Овсянников, подойдите к нам.

Солдаты лихо перебрались через забор и подошли ко второму, огораживающему место проведения моих землеройных работ. Принялись укладывать винтовки в пирамиды, сбрасывать амуницию и свои куртки, оставаясь в белых рубахах. Мы сошлись с Алексеем у забора, куда подошел и Овсянников. Осмотрел его внимательнее. Гардемарин мне показался возрастом даже моложе моего знакомца Славки. Тонкие черты лица, тонкая фигура. Пацан, одним словом, но намеренный стать офицером.

- Вадим Дмитриевич, сейчас мои орлы вам быстро ямы, простите, окопы отроют. Не поймите превратно. Это не одолжение и не благодарность за оказанный прием. Хотя я конечно, вам очень признателен. Но! Это нужно лично мне и этим вот, как вы их метко заметили, «залётчикам». Для поддержания дисциплины и приобретения опыта. Так ведь Овсянников?

- Так точно, господин лейтенант!

- Вот! – Алексей поднял вверх указательный палец. – Вадим Дмитриевич, мне кажется тех камней, которые у вас припасены нам точно не хватит для укрепления стен окопа. Не могли бы вы указать господину гардемарину, где ему еще взять этих необходимых ему в данный момент припасов?

Я прикинул расстояние до курумника, отсутствие носилок и тележек, следы от багги, и пожалел матросов:

- Не стоит, Алексей Григорьевич. Во-первых, это далековато, километра три точно. Во-вторых, средств доставки нет сейчас. Мы это фургоном решетовским возили.

- Жаль, очень жаль. Но что-то сделать надо. Ямы… Окопы, осыпаться будет же.

- Ну один точно не успеет. Доделаем камнем сами. Может будет достаточно отрыть одно укрытие? – предложил я.

- Ну что вы, Вадим Дмитриевич! Один окоп уже почти отрыт. Не пойдет. Давайте мы второй укрепим плетнем. Временно пойдёт. А потом уже и его укрепите камнем. Как вам?

- Хм-м-м., пожалуй. Как временный вариант вполне сойдет.

Алексей кивнул и повернувшись к Овсянникову сказал:

- Овсянников. Бери… Пятерых с топорами и дуй в лес. Нарубите жердей и длинных веток. Впрочем, ты сам там особо не командуй. Просто поставь задачу матросам соорудить подпорный плетень, по периметру, в одном окопе. Они и без тебя знают из чего. А ты сопроводи и внимательно смотри как они это делают. Тоже наука полезная. Понял?

- Так точно, господин лейтенант! Разрешите выполнять?

- Иди. Выполняй. А мы с господином смотрителем осмотрим вверенную ему территорию на предмет улучшения обороноспособности стратегического объекта маяк. Вы не против, Вадим Дмитриевич?

Я, еле сдерживая улыбку согласился:

- Пройдёмте, господин лейтенант, надо выбрать позицию для гаубицы, в вверенном мне стратегическом саду.

2 июня, продолжение

Выбирать позицию для гаубицы мы начали с кофе и папирос лейтенанта. Кофе, сваренный мною, Алексей нашёл весьма крепким. Я ответил ему взаимно относительно его папирос. Неожиданно редкой дрянью оказались эти его папиросы, которыми он так гордился. Помню, как‑то довелось мне покурить «Приму». Вот примерно оно и было. Ожидал я лучшего. Надо будет поберечь свой табак, а то, если тут весь такой, как у лейтенанта, то я буду печальный.

Я провёл Алексею экскурсию на маяк. Виды из обсерватории ему очень понравились, как и оптика, там установленная. Оно и понятно: ведь как раз на нём стоит охрана рубежей родного Приморска, а у него есть только плохонькая подзорная труба. И тут такой я, вооружённый оптикой по самое не могу, сидящий высоко и так мало им помогающий. Да ещё и не сижу постоянно на посту, отлавливая морских злоумышленников, а копаю какую‑то дурацкую компостную яму. Вот Алексей бы посадил в башню смену бойцов, и они бы у него круглосуточно пялились на бирюзовые просторы залива, выискивая супостата.

— И много вы уже задержали тут нарушителей? — поинтересовался я.

— Да не то чтобы много, — вздохнул лейтенант. — Всё больше рыбаки наши или горожане гуляют. Вот типа как вы.

— То есть реального врага вы не встречали здесь?

— Нет. На море не было. Стычки в основном у Прохода в горах. Или на железке. Там да. Там бывало. Постреливают.

Что за проход такой, интересно, у них тут? Но спрашивать об этом — значит показать свою некомпетентность. А я же не могу быть некомпетентным.

— Ну вот, видимо, поэтому тут и нет постоянного поста. Видимо, начальству виднее, откуда ждать реальную опасность. Поэтому меня достаточно, с моими средствами связи?