— Ай!

На этот раз пальцы ненадолго задерживаются на ягодице, а затем лезут под кружево трусов. Задирают его, сильнее оголяя мой и без того слабо прикрытый зад. Еле сдерживаю стон — низ живота разрывает от удовольствия. То, что делает Дрейк, крайне унизительно, но отчего же так меня заводит, а?

Следующий шлепок приходится уже по голой коже. Она тут же начинает сильно гореть.

— Похоже, за то время, что у нас осталось до подписания документов, мне нужно не только найти преступников, но и научить тебя послушанию, — произносит Дрейк хриплым голосом. — Не смей больше надевать ЭТО, — на последнем слове дракон опять заводит ладонь под кружево, — при выходе в свет. Поняла?! — заканчивает он и с силой сжимает мою ягодицу. Очень тяжело дышит. А я снова с огромным трудом сдерживаю стон.

— Хорошо, отложу ЭТО до дня подписания документов, а потом буду надевать куда захочу, — выпаливаю не подумав, желаю ему насолить, сделать наперекор. — Например, на свидания! — заканчиваю и понимаю — в этот раз я явно переборщила, потому что дракон резко разворачивает меня к себе лицом.

Вижу на лице Дрейка дикую ярость: брови сошлись на переносице, обнажив глубокую морщину, а в глазах сверкают настоящие огненные молнии. Желваки сильно напряжены, отчего нижняя челюсть дёргается.

— Я отправлю тебя послушницей в храм, поняла меня? — хрипит дракон.

— Ты не имеешь на это права! После развода я буду жить так, как хочу этого я! — шиплю ему в ответ без малейшего страха.

Нужно обязательно узнать рецепт чудесного вина Рокшильдов! Оно сделало меня свободной от заученных реакций тела прежней Рейнары. Сегодня я могу быть такой, какой хочу я.

Карета дёргается, отчего я выгибаюсь в попытках удержаться, а моя грудь выскакивает из лифа. Дракон резко кладёт на неё ладонь, а затем в одно движение разрывает платье.

— Не смей! — кричу ему и пытаюсь как-то прикрыться, но дракон дёргает меня выше так, что теперь лопатки лежат у него на коленях. Он заводит мои руки за голову, жёстко фиксирует их своей рукой.

Свободной ладонью сильнее разрывает лиф платья. Жадно смотрит на моё новое кружевное бюстье, из которого из-за моей позы вывалились наружу соски.

Да, у меня полный комплект! И что?

Дыхание Дрейка сбивается ещё сильнее. Он пальцами отодвигает кружево и начинает мять мою грудь. Затем по очереди тянет за соски. Они уже настолько острые, что способны поцарапать его кожу. Я не выношу этой муки и протяжно стону.

Ладонь дракона скользит к поясу, играет под ним с пупком, а затем опускается ещё ниже. Туда, под платье, под кружево моих новых трусов.

Низ живота невыносимо тянет и скручивает. Ну почему этот наглый дракон так меня заводит?! Кто дал ему право делать из меня послушную куклу?

— Не смей, — хриплю я, уже не сдерживаясь от стонов. Сейчас их стало невозможно контролировать.

Но Дрейку всё равно на мои слова. Его горячие пальцы скользят по моей самой чувствительной коже.

— А-а! — Окончательно сдаюсь и выгибаюсь навстречу руке, слегка развожу ноги. У меня ещё с прошлого раза скопилось слишком много напряжения, поэтому любое движение горячих пальцев дракона заставляет моё тело им беспрекословно подчиняться.

Губы Дрейка опускаются на мою грудь. Он тщательно её вылизывает, а потом прикусывает мои соски.

А пальцы тем временем становятся всё требовательнее: давят, натирают, даже слегка прищипывают мой сверхчувствительный сейчас бугорок.

— А-а, — снова стону, на этот раз совсем смело.

Но вдруг дракон отстраняется и рвёт до конца моё платье, полностью обнажая тело в кружевном белье. Дышит так тяжело, что кажется, сейчас вот-вот задохнётся.

— М-м, — не сдерживается и стонет Дрейк.

Он отпускает мои руки, приподнимается и кладёт меня на скамейку кареты, а сам встаёт на колени между моих ног и наваливается сверху.

В моей голове проносится: «Мы не должны», а также: «Нам осталось всего девяносто шесть дней и одна ночь», но тело умоляет не останавливаться. Оно так сильно хочет, требует утолить эту нестерпимую жажду.

Моя поза неудобна, голова от тряски бьётся о стенку, но мне всё равно!

Я желаю лишь прекратить эту невыносимую пытку, заполнить себя Дрейком, поэтому притягиваю его за шею и впиваюсь в него губами. Он дёргает меня за талию, и я практически упираюсь ему в пах. Обхватываю мужскую спину ногами и скольжу рукой вниз, под китель. Нащупываю ремень и выпускаю на волю ревущего дракона.

Дрейк хочет дёрнуть за кружево, но я не даю, лишь сдвигаю его в сторону. Я хоть и пьяная, но помню, сколько оно стоит!

Дракон наполняет меня собой.

— А-а! — теперь уже кричу я.

— М-м, — стонет громче он.

Наши губы слиты воедино, языки сплетаются в безумном танце.

Горячие руки Дрейка резко дёргают меня на себя.

Опять и опять.

Снова и снова.

— Ещё, — умоляю я дракону прямо в рот, — ещё…

И вот, когда мне остаётся чуть-чуть, буквально мгновение до прекращения моих сладостных мучений, экипаж останавливается, а дракон с громким рыком выпускает в меня своё пламя.

Что?! Опять?!

Нет, нет!

— Приехали, Рейнара, — хрипло говорит Дрейк и заправляет одежду.

Тяжело дышу и смотрю на него ненавидящим взглядом. Я настолько потрясена, что не в силах произнести сейчас ни слова.

Дракон усмехается, снимает свой китель и протягивает мне. Резко выхватываю его и надеваю на себя. Ошмётки моего нового платья остаются лежать на скамье.

Затем Дрейк распахивает дверцу и выпрыгивает наружу. Не оглядываясь на меня, широким уверенным шагом направляется в замок.

Холодный воздух врывается в карету, и ко мне приходит осознание произошедшего. Он снова использовал меня!

Делаю громкий глубокий вдох.

Игнорируя руку слуги, тоже выпрыгиваю из экипажа. В запахнутом кителе и чулках бегу за Дрейком.

Цок. Цок. Цок. Стучат мои каблуки по камню.

Ну уж нет! На этот раз я это так не оставлю!

Он направляется в свою комнату и почти уже закрывает за собой дверь, но я успеваю поставить ногу и проскальзываю в его спальню.

Пока бежала, гнев и обида скапливались во мне. Чувства подогревались нервными всхлипываниями. И вот сейчас эмоции дошли до точки кипения и бурным потоком полились наружу.

— Ты негодяй! — кричу я, ураганом настигая дракона. Начинаю колотить его спину кулаками. — Ты снова унизил меня!

Дрейк разворачивается и хватает за запястья.

— Подлец! Мерзавец! — продолжаю, вкладывая во взгляд всю свою ненависть к этому… к этому…

Китель распахивается, снова открывая взору Дрейка мою кружевную красоту. Его дыхание учащается, а кадык начинает дёргаться. В глазах вспыхивает пламя.

— Ты… — хочу выкрикнуть новые ругательства, но губы дракона властно затыкают мой рот.

Он, всё ещё держа за запястья, заводит мои руки мне за спину и крепко прижимает моё возбуждённое и дрожащее тело к себе.

Я практически голая прикасаюсь к его могучему торсу, который сейчас облачён лишь в тонкую шёлковую сорочку.

Поцелуй углубляется, а руки Дрейка, наконец освободив мои запястья, начинают шарить по телу. Сбрасывают китель, плотная ткань которого с громким шуршанием падает на пол. Из головы напрочь вылетает, зачем вбежала за драконом в спальню.

Отвечаю на поцелуй.

Через какое-то время Дрейк отстраняется и отходит от меня на значительное расстояние.

Я смотрю на него выпученными глазами.

Неужели опять?!

— Хочу посмотреть, — шепчет он. — На тебя. В этом.

Его взгляд перебегает с бюстье на пояс с подвязками, опускается ниже, на кружевные трусы и шёлковые чулки. Затем снова возвращается наверх. И так по кругу, много раз.

Да, дракон, это тебе не панталоны с корсетом, а красивое дорогое бельё, идеально сидящее и подчёркивающее прелести женского тела!

И тут меня осеняет гениальная мысль! Вино Рокшильдов явно развивает креативность.