Я теряюсь от них, улетаю, и, кажется, никогда не вернусь.

Оргазм накрывает меня резко, будто цунами.

Я кричу, содрогаясь всем телом, пальцы запутываются в его длинных волосах, прижимая его ближе. Он не останавливается, продолжает ласкать меня через все судороги, выпивая каждый мой всхлип, каждый стон.

Когда я наконец обмякаю, дрожащая и совершенно без сил, он поднимается вверх, целует меня в губы. Я чувствую свой собственный вкус на его языке, сладко-солоноватый, смешанный с его вкусом. Это странно возбуждает.

— Ты невероятная, — шепчет он, укладываясь рядом и притягивая меня к себе. — Моя сильная, моя нежная, моя настоящая.

Я прижимаюсь щекой к его груди, прямо к тёплой золотой метке. Она пульсирует спокойно, в такт его сердцу. Моя собственная метка отвечает мягким теплом.

Закрываю глаза, слушая, как два наших сердца бьются в унисон.

Засыпаю с улыбкой на губах, чувствуя, как его рука крепче обхватывает меня во сне, притягивая к себе, словно даже во сне он боится меня потерять.

Миана

Мягкий утренний свет пробивается сквозь тяжёлые шторы, окрашивая комнату в тёплые золотистые тона. Я просыпаюсь первой. Тело приятно тяжёлое, немного ноющее в самых неожиданных местах, но это приятная усталость. Я лежу, прижатая к широкой тёплой груди Каэлгарда Его рука крепко обхватывает мою талию даже во сне,

Я осторожно поднимаю голову и смотрю на него. Лицо расслабленное, длинные тёмные волосы разметались по подушке. Мой дракон. С ума сойти — Мой. Дракон.

Над сердцем я чувствую лёгкое тёплое пульсирование от метки истинности. А еще тепло внутри от неё, она словно отзывается, стоит подумать о ней или посмотреть.

В этот миг Каэлгард слегка шевелится, лениво спросонья приоткрывает глаза. Смотрит на меня сквозь ресницы. Его глаза, словно расплавленное золото, обычно строгие и опасные, но сейчас в них плещется только сонная нежность.

— Доброе утро, моя избранная, — шепчет он хрипло и сразу притягивает меня ближе, целуя в лоб, потом в висок, потом в губы медленно и сладко. — Как ты себя чувствуешь? Не больно?

Он шепчет еле слышно, чтобы не смущать меня окончательно. Но в его голосе столько заботы, что я лишь улыбаюсь, пряча лицо у него на груди.

— Мне хорошо, — признаюсь я, слегка краснея. — Немного… странно. Но всё равно очень хорошо… Ты так крепко меня держал всю ночь.

— Потому что теперь ты моя по-настоящему, — отвечает он, проводя нежно ладонью по моей спине. — А то, что принадлежит мне, я никому не собираюсь отдавать.

Я не успеваю даже немного обдумать эти слова, как он меняет тему:

— Я могу приказать принести завтрак в постель. Как ты на это смотришь?

— Завтрак в постель звучит волшебно, — признаюсь я.

Он взмахивает рукой, и уже через минут пять в дверь тихо стучат, после чего слуги торопливо вносят большие подносы: свежие фрукты, тёплый хлеб, сыр, мёд, ягоды, горячий травяной чай с пряностями. Всё расставляют на прикроватные тумбы вокруг нас, и молниеносно исчезают, а мы снова остаёмся одни.

Мы едим, не вставая. Каэлгард отламывает кусочек хлеба, макает в мёд и подносит к моим губам. Я смеюсь, когда капля мёда падает мне на грудь. Он наклоняется и слизывает её языком, от чего у меня по коже бегут мурашки.

— Если бы я знал, как ты прекрасна по утрам, — говорит он тихо, откровенно любуясь мной — Особенно когда улыбаешься вот так, смеешься и в твоих глазах светится счастье, то я бы ни за что не тянул со свадьбой.

— Тянул? — Я делаю удивлённое лицо, хмурю непонимающе брови, — ты тянул?

Но он в ответ лишь целует меня, и я решаю, что он говорит про те несколько дней, что мы были в его крепости после того, как он забрал меня с городской площади, хоть и прошла всего неделя, не больше.

Но почему-то кажется, что прошло гораздо больше времени, словно целая жизнь сменилась.

В это и правда сложно поверить, тогда я стояла перед всеми, кому помогала, а они требовали моей мучительной смерти. А теперь я жена самого заботливого повелителя драконов.

Его поцелуи так прекрасны, что я запросто забываю обо всем на свете. Не хочу предаваться воспоминаниям о прошлом, ворошить там старые обиды от несправедливости, которая обрушилась на меня в этом мире словно мощный водопад.

Лучше жить сегодняшним днем, особенно если он так чудесен.

Я кормлю мужа виноградом, кладу ягоды по одной ему в рот. Иногда пытаюсь отобрать их губами. Откусываю половинку и возвращаю ему. Между укусами мы целуемся, сладко, с привкусом мёда и фруктов.

В какой-то момент я замечаю, как он небрежно проводит пальцами по своей груди. Золотое свечение, которое я только что почувствовала внутри, полностью исчезает. Он делает то же самое надо мной — всего лишь лёгкое движение, и моя метка тоже прячется под ровной кожей.

Я смотрю на него вопросительно.

— Ты прячешь метки… Почему?

Каэлгард кивает, не отводя взгляда.

— Пока да. Это слишком личное, Миана. Наше сокровище. Наша тайна. Я не хочу, чтобы кто-то смотрел на них, обсуждал или задавал вопросы. Пусть остаётся только между нами. Хотя бы первое время.

Я понимаю. И мне даже приятно. Пусть это действительно будет только между нами.

— Хорошо, — шепчу я. — Пусть будет нашей тайной.

Он улыбается, целует меня в ладонь и теперь уже он кормит меня виноградом из своих рук.

Каэлгард

Я смотрю, как Миана жуёт виноградину, и не могу отвести глаз. Она такая расслабленная, такая… домашняя в моей постели. Её волосы растрёпаны, на губах — улыбка и капелька мёда. Метки над нашими сердцами надёжно скрыты моей магией, но я чувствую их горячее жгучее присутствие внутри.

— Ты знаешь, как красиво ты сейчас выглядишь? — шепчу я ей тихо на ушко, не в силах сдержать улыбку.

Она немного поводит плечом, видимо, боясь щекотки от моего дыхания.

Смеётся. И это звучит для меня лучше любой музыки. А потом принимает хитрый подозрительный вид

— Ты всегда говоришь такие красивые слова по утрам? — спрашивает она, при этом испытывающе смотрит на моё лицо.

— Всегда! Теперь всегда. Но только когда просыпаюсь рядом с тобой, — отвечаю я честно и ловлю её пальцы губами, целуя каждый по очереди. — Раньше я думал, что драконы не умеют быть нежными. А теперь понимаю: я просто ждал ту, ради кого стоило ждать. С кем хочется быть нежным…

Она краснеет, но не отводит взгляд. Её глаза блестят в утреннем свете, когда она шепчет признание, которое ей даётся нелегко:

— А я думала, что проснусь и всё окажется сном. Что дракон, который женился на мне, исчезнет или… передумает. Или ещё что-нибудь случится.

Я качаю головой и притягиваю её ближе, так что она почти лежит у меня на груди. Мои пальцы медленно скользят по её спине, вырисовывая невидимые узоры.

— Передумать? Миана, ты моя истинная. Метки не лгут. Даже если бы я захотел, я уже не смог бы тебя отпустить. Ты теперь часть меня. Вся моя жизнь.

Она кладёт голову мне на плечо, и я чувствую, как её дыхание щекочет кожу.

— Я уже начинаю верить, — говорит она тихо-тихо, но я слышу каждое слово..

Я обнимаю её крепче, прижимая к себе всем телом, и на мгновение забываю о своих подозрениях. Главное, она здесь. В моих руках. В моей постели. В моём сердце.

И единственное, что омрачает этот момент безоблачного счастья, — так это то, что в голове крутится одна мысль, которая не даёт мне полностью расслабиться.

Почему Миана ничего не помнит?

Хотя может быть, это и к лучшему.

Миана

Каэлгард обнимает меня крепче, его пальцы медленно скользят по моей спине, вырисовывая тёплые узоры на коже.

Мы лежим в тишине, наслаждаясь друг другом. Его дыхание ровное, сердце бьётся сильными толчками, отдаётся эхом внутри меня, словно задаёт наш общий на двоих ритм. Мнеу даже кажется, что мой собственный пульс подстраивается под его, хочет стучать так же ровно.