— Там правила безопасности есть, регламенты, — немного помолчал и добавил: — Но сейчас они конфликтуют с правилами игры. ИИ ненавидит незавершённость – в этом отношении от перфекционист.

— Смотрите, — вдруг вскрикнул кто-то.

На Экране Захар в очередной раз кубарем отлетал в сторону джунглей с рассечённой бровью, из которой стекала струйка крови.

«Костюм» вдохнул глубоко и закрыл глаза. Секунду постоял так, успокаиваясь.

— На любом фанатичном убеждении можно играть, — сказал он на выдохе, открывая глаза, — это неприятие незавершённости может стать его слабостью. Дайте ему ещё большую незавершённость.

«Кучерявый» замер и уставился на него. Потом щёлкнул пальцем и прошептал:

— Гениально.

Он кинулся к мониторам и начал быстро стучать по клавишам, поглядывая иногда на экран. Решение пришло как-то сразу, и он старался успеть, пока…. Он старался не думать, чем это всё может закончиться.

— Что ты придумал? — «костюм» смотрел на него с надеждой.

— Пытаюсь договориться, — «кучерявый» отвечал, продолжая жать на клавиши. — Объяснить… Это не бой. Это бойня. Хочу доказать, что это не по правилам. Когда бьёт только один.

— Получается? — тихо спросил «костюм», пытаясь по бегущим на экране строчкам понять хоть что-то.

— Вроде… задумался, — «кучерявый» довольно потёр руки. — Думаю, что сработает.

— Он их отпустит?

Нетерпение нарастало пропорционально накалу боя на экранах.

Экран замер на пару секунду, и снова побежали строчки кода. Дерево решений разрасталось, перестраивалось, и наконец высветилось:

«Боевой паттерн определён как аномальный. Сопротивление отсутствует. Результат: незавершённость».

— Он согласен, — выдохнул «кучерявый» и дальше начал читать вслух: — Поиск решения. Варианты. Первое. Принудительное завершение с уничтожением босса. Второе. Перезапуск итерации. Третье…

— Два, — быстро сказал «костюм», — второй вариант.

— Только с сохранением памяти, — довольно бормотал себе под нос набираемый текст кучерявый, — иначе бесконечный цикл запустим.

«Костюм» посмотрел на экран. Захар лежал на земле и смотрел в небо. Илья занёс руку для последнего удара.

— Ну что, получается?

— Пока не понимаю, — «кучерявый» смотрел на экран, ожидая ответа. — Но думаю, что да.

ИскИн не отвечал. Прошла секунда, вторая. В комнате никто не дышал.

Потом экран мигнул и высветил:

«Условия приняты. Возврат к точке ветвления. Память отряда сохранена. Предупреждение: повторная итерация – последняя. При повторении аномального паттерна вмешательство системы прекращается».

— Он согласился, — «кучерявый» подскочил со стула и победно вскинул руку вверх. — Чёрт возьми, он согласился! У нас получилось!

— А что значит «вмешательство прекращается»? — спросил «костюм».

— Значит – будут биться до последнего. Или останутся там. Хрен его знает. Главное, что время выиграли.

— А если Комаров тоже самое выберет? — спросил кто-то.

— Не выберет, — в такие минуты «костюму» очень хотелось в него верить. — Он же не идиот.

А на экране Захар лежал на земле с раскинутыми руками, повернув голову к отряду.

Илья занёс руку для последнего удара.

И тут мир на экране начал распадаться.

Фигуры Ильи, Захара, всего отряда стали таять, расплываться и рассыпаться на мелкие пиксели.

«Кучерявый» смотрел на это, не понимая, что происходит.

Последняя надпись повисла на несколько секунд:

«Для исключения дальнейшего постороннего вмешательства все, кроме прямых участников, отстраняются».

Экраны погасли.

На пару секунд снова повисла тишина, и тут «костюм» не выдержал.

Он не просто повысил голос, а зарычал – хрипло, зло:

— Да вы вообще на что-то способны?! Если вы с этим чёртовым ИИ справиться не можете – найдите тех, кто может. Срочно! Иначе… всех, без выходного пособия!

Последние слова он почти прорычал, тыча пальцем в каждого по очереди.

Подскочили все.

Кто-то полез к розеткам, кто-то начал куда-то звонить, «кучерявый» жал на клавиши, пытаясь реанимировать потухшие мониторы.

«Костюм» опустился на стул и прошептал в никуда:

— Не подведи, Комаров.

Захар лежал на земле, покрытой пожухлой травой.

Мутная пелена застилала глаза, отгораживая от Ильи.

«Надеюсь, что больно не будет. Просто очнусь дома в тапочках».

Кровь с виска заливала глаз, смешиваясь с пылью и потом. Он слышал, как громко и требовательно зовёт его Като, как ругается сквозь зубы Гур. Как пытается докричаться до него Малой. Сквозь бурую пелену с кусочками земли на глазах пытался рассмотреть Эль, которая гасила огненный шар в руках, но он вспыхивал снова.

Но сил ответить им не было.

Он почувствовал, как над ним нависает Илья.

Почувствовал надвигающуюся волну. Она уже припечатывала его к земле.

Захар закрыл глаза.

И… Ничего не произошло.

Удар не пришёл.

Он открыл глаза. Илья застыл. Рука так и висела в воздухе, но гул стих. Кожа перестала мерцать. Даже воздух вокруг стал прозрачнее.

Он пока не понимал, что случилось, но надежда вспыхнула уже в подсознании:

«Он смог. Я же говорил, что всё получится», — обрадовался Захар.

Но тут над поляной засветилось табло. Большими чёрными буквами на белом экране, сухо выдало:

«Внимание! Зафиксирован аномальный паттерн боя. Сопротивление отсутствует. Результат: незавершённость».

Система помолчала, переваривая что-то своё, и выдала дальше:

«Принято решение о возврате к точке ветвления. Путь «Просветлённый» отменён, параметры откатили до момента выбора пути. Повторная итерация – последняя. Время на дорогу и принятие решения: 30 минут».

Ниже, мелким шрифтом:

«Босс временно изолирован в периметре поляны. Обездвижен на 5 минут. Память отряда сохранена. При повторной попытке симуляции боя игра будет перезагружена, действующие персонажи обнулены».

Захар сел. Потёр лицо. Крови не было. Майка была почти целая, хоть и грязная.

Илья грозно нависал в паре метров от него, но не двигался.

— Что за хрень, — выдохнул он.

— Живой! — заорал Малой, подскакивая. — Захар живой!

Отряд зашевелился. Като бросилась к нему, обняла, не стесняясь слёз. Гур хлопнул по плечу так, что тот чуть не упал. Эль постояла пару секунд, закрыв лицо руками, и тоже бросилась обнимать Захара, вытирая слёзы на ходу.

— Я уж думал, что всё, — сказал Гур, отворачиваясь, чтобы никто не видел его глаз. — Думал, не встанешь.

— Не дождётесь, — усмехнулся Захар.

Радость была короткой.

— Погодите, — Стас уже открыл меню, пробегая глазами по строкам. — Возврат к развилке. Это где мы выбирали путь. Но она же метрах в пятистах от поляны.

Малой посмотрел на Стаса:

— А что, если мы… Ну… — он перешёл на шёпот, — не вернёмся сюда через тридцать минут. Подумаешь, 72 часа до следующей сессии – подождём.

Система сразу ответила предупреждением:

«Маг Эль остаётся в зоне портала. Если отряд не вернётся через 30 минут, финальная битва состоится между Эль и Ильёй. Один на один».

— Что??? — взревел Гур. — Совесть у тебя есть, железяка бездушная?

Но Эль сжала камушек в кармане и тихо, но неожиданно твёрдо сказала:

— Это правильно. А вы, — она перешла на еле слышный шёпот, — не возвращайтесь. У меня кокон есть, со мной ничего не случится.

— Мы успеем, вернёмся, — Захар взял её за руку и посмотрел в глаза.

— Я знаю. Поэтому и говорю. Захар, тебе с ним не справиться.

— Пошли быстрее, — Стас повернулся в сторону развилки, — Этот через пять минут очнётся, и мы вряд ли выйдем.

— Я останусь, — Гур стал рядом с Эль. — За вами всё равно не угонюсь со спиной своей, да и Эль не так страшно будет. А вы пулей – туда и обратно.

Эль молча посмотрела на него с благодарностью.

— А надо? — Вдруг спросил Захар. — Я не смогу его победить. При любом раскладе.