Вдох – выдох, вдох – выдох.

Между ладонями засветился шар размером с яблоко. Аборигены шарахнулись в сторону. Она швырнула шар им под ноги. Они завыли, оскалили зубы, но отступили назад.

— А теперь огнём отсекай их вожачку от остальных. Ту, что на помосте. Кидай между ними.

Эль повернулась в сторону помоста и начала метать шары. Первый бросок получился криво, но своё дело сделал. Второй уже попал чётко по центру.

Аборигены взвыли. Девица зло посмотрела сначала на Эль, потом на Захара, прокричала что-то своим и махнула в сторону забора.

— Гур, теперь ты! Не пускай их к помосту, задержи, сколько сможешь.

Гур подхватил меч, и, как тараном, начал прокладывать себе дорогу в сторону зоны огня Эль.

— Малой, оттащи пацана от Като и беги к помосту, хватай старосту. Тащи его к выходу. Если его в котёл бросят – пропал наш квест.

Малой схватил за шкирку мелкого, который таки пробрался вперёд и пытался ткнуть копьём в ногу Като. Тот завизжал и уколол Малого в руку – брызнула кровь. Малой побагровел и уже замахнулся, чтоб кинуть его подальше, но его остановил резкий оклик Захара:

— Нет, Малой, он же ребёнок! В бочку посади.

Малой оглянулся по сторонам, увидел деревянную бочку в стороне от колодца, запихнул туда визжащего пацана и кинулся к помосту.

— Като, а ты Малого прикрывай и девку эту держи от него подальше.

Като коротко кивнула головой, перехватила поудобней ножи и ринулась вслед за Малым.

Система мерцала, искрила, пытаясь перенаправлять навыки Захара в уже имеющиеся параметры:

«Наблюдательность + 1, перенаправление в мотивацию.

Сообразительность +2, перенаправление в коварство.

Человеколюбие +1, перенаправление в эмпатию».

Но Захар табло вообще не замечал. Как и остальные члены отряда. Экран тактично погас, ожидая окончания боя.

И тут послышался голос Стаса:

— А я?! Мне что делать? — он ещё висел на колодце, продолжая пинать оставшихся аборигенов. Большая их часть уже пыталась прорваться через огневой рубеж Эль, ещё одна группа приближалась с криками к забору.

— А ты и сам знаешь, что, — успел крикнуть Захар, — ты же геймер, ты в этом дерьме шаришь. Просто вспомни, всё, что можешь. Ты танк – прикрывай Эль.

И отскочил от забора. Потому что подбежавшие к забору с другой стороны каннибалы начали тыкать в него копьями.

Стас застыл на мгновенье. Окинул взглядом всю диспозицию: кто где стоит, кто чем занят, кто сыпется. Мысленно прикинул параметры – за время боя они должны были подрасти. Потом перевел взгляд на Эль, к которой сзади подбирались двое.

Глаза Стаса загорелись. Не страхом – азартом. Геймер начал просыпаться и управлять событиями. Он рванул деревянную крышку колодца – та довольно легко поддалась. Держа крышку как щит, Стас попёр как танк в сторону Эль, сметая всех на своём пути:

— Аааа, — закричал он изо всех сил, пробиваясь к ней.

Каннибалы перед ним расступились от неожиданности. Парень, который минуту назад орал и пинал всех подряд, вдруг стал действовать.

Подбегая к Эль, Стас уже просчитал силу и направление удара, и одним взмахом крышки сбил с ног тех двоих.

Встал рядом с Эль. Ноги на ширине плеч, на вытянутых руках крышка от колодца – как щит. Подбородок вверх. Гордо посмотрел по сторонам:

— Ну что, твари, кто первый?

Но «твари» застыли в нерешительности.

А в это время у помоста тоже было жарко. И в прямом, и в переносном смысле.

Костёр под котлом уже горел вовсю, вода закипала. Малой с Като подбегали к старосте, как вдруг девица кинулась на них с топором наперевес, став между ними и помостом.

Малой остановился, зачарованно глядя на эту гремучую смесь красоты и опасности.

Ухмыляясь, она медленно начала наступать на Малого и Като, поигрывая топором. Лезвие поблёскивало в отсветах костра. Като пятилась, прикрывая Малого, но девица наседала, не давая ни секунды на раздумья.

Стас на мгновенье прищурился, глядя на ее ожерелье – оно переливалось на солнце, отсвечивая тусклым, почти невидимым светом.

— Украшения! — вдруг заорал он. — Сорви с неё побрякушки! Зуб даю – в них её сила!

Като метнулась вперёд, уходя от топора, и вцепилась в ожерелье на шее вожачки. Костяные бусы хрустнули и рассыпались. Девица взвизгнула, схватилась за шею, отшатнулась. Топор выпал из рук – то ли Стас был прав, то ли даже в этом монстре женщина оказалась сильнее вожака.

Малой с Като кинулись к помосту. Малой перекинул связанного старосту через плечо, и они вместе стали отступать к воротам.

В это время Гур отбивался от осмелевших аборигенов. Поняв, что огонь не летит в его сторону, они начали наседать.

Стас мгновенно оценил расстановку:

— Гур, котёл! — заорал он.

Гур всё понял. Продолжая отбиваться мечом, он шаг за шагом отступал к котлу. В конце сделал резкий выпад вперёд, отбив очередную атаку, и встал за котлом. Раскачал его мечом, и толкнул что есть сил в сторону толпы аборигенов. Кипяток хлынул на землю, ошпаривая самых смелых. Те завизжали, запрыгали, внося в свои ряды неразбериху.

Гур понял, что другого шанса не будет, и кинулся, прихрамывая, вслед за Като и Малым.

Стас, увидев, что все более-менее в безопасности, схватил Эль за руку:

— Давай и мы отступать. Кидай теперь прям перед ними огонь. Не давай к нам подойти близко.

Эль кивнула, не повернув головы. Всё её внимание был устремлено на приближающуюся толпу.

Стас-геймер, на лету замечающий детали, отметил развивающуюся мантию Эль и её воинственный вид – ну просто судья Дредд.

И тут девица пришла в себя.

Глядя прямо в глаза Като, она демонстративно содрала с себя остатки украшений — бусы, браслеты, нитки с костями. Всё полетело на землю. Она встала на этих обломках, запрокинула голову и завыла. Как дикий зверь, которого загнали в угол и у него не осталось больше ничего, кроме ярости.

Като попятилась. Малой со старостой на плече споткнулся и едва не упал. Даже Гур, прихрамывая, замедлился у ворот.

Девица опустила голову, посмотрела на них. Улыбнулась. И пошла. Одна. Без оружия. Но всем стало страшно.

Каннибалы, увидев вожака, воспряли духом, и стали стягиваться к воротам.

Захар смог наконец снова заглянуть в щель.

Он увидел, как Гур из последних сил тянет за собой меч. Как крик девицы сбил настрой Эль, и руки её снова высекали только искры. Как Като замерла под гипнотическим взглядом амазонки.

— Стас! — закричал он, — что делать?

— Я не знаю, — тихо, почти одними губами, прошептал Стас. Звериный крик сбил его геймерские настройки.

До забора оставалось всего несколько метров, но отряд замер, как будто подчиняясь неизбежному.

И тут Захар посмотрел вниз. На тапочки. На едва держащиеся помпончики. Один уже оторвался в этой дурацкой игре. Ещё один вот-вот сползёт по нитке.

Гнев и отчаяние вспыхнули в нём – вот он, символ домашнего уюта, бесполезный здесь, как и он сам. Он стащил один тапок, посмотрел на него:

— Если всё равно отсюда не выйти, на хрена вы мне нужны?

Размахнулся и швырнул, что было сил. Вкладывая в бросок всё: злость, страх, бессилие, обиду за каждого из них.

Сил на бросок хватило. Тапочек перелетел через забор и неловко шмякнулся в пыль прямо перед девицей. Помпончик подпрыгнул и замер.

Та замерла тоже. Такой элемент неожиданности снова выбил её из колеи. Замерли и аборигены, не понимая, чего ждать от этой штуковины, чьей боевой раскраске позавидовал бы любой воин.

Над воротами мигнуло табло:

«Стажёр. Оружие: тапок домашний. Урон: минимальный. Эффект неожиданности: критический. Враг дезориентирован.

Гнев +1. Коварство +1. Мотивация +1».

Отряд пришёл в себя и быстро стал отступать к воротам. Шаг, второй третий. Захар уже бежал туда, к выходу, чтобы убедиться, что все живы.

Каннибалы пришли в себя и снова ринулись вслед за убегающими пленниками, но Гур уже открыл засов, и весь отряд выскочил за пределы двора. Они дружно подпёрли ворота. Со стороны деревни никакого напора не последовало. Каннибалы выли, грозили копьями, но дальше ворот не шли. Как будто там прошла невидимая линия, отделяющая их от внешнего мира.