— Этого просто не может быть, — выдавила севшим голосом. — Отец бросил меня ради новой семьи, я ему стала не нужна.

Дракон устало вздохнул.

— Какая же ты всё-таки упрямая, Чуждая Душа, — недовольно проронил он. — Неужели для тебя смерть родителя не служит доказательством?

— Да с чего вы вообще взяли, что он умер? — возмущённо топнула ногой.

— Разве ты не видела его рядом с матерью? — удивлённо посмотрел на меня дракон и тихо продолжил: — Твоя гибель окончательно сломила его, второй раз пережить смерть любимого человека ему не удалось.

— Как же так… — всхлипнула от нежданной новости. — Папа… папочка…

Великий дракон приблизился и заботливо обнял, поглаживая по спине.

— Ну, ну, не плачь, Чуждая Душа, у каждого существа есть положенный ему срок жизни, — негромко произнёс он.

Мне отчего-то вспомнился ректор и я испуганно выдохнула:

— А Эминир? Сколько ему осталось?

— О, о нём не тревожься, — усмехнулся дракон и посмотрел мне в лицо. — Думаю, ты уже заметила сходный цвет наших глаз. — Я молчаливо кивнула. — Так вот, у драконов могущество отражается таким образом, поэтому ему ещё жить и жить… и, конечно же, медленно умирать, если ты не вернёшься.

Сердце отчаянно заныло.

— Но я... я не знаю как, — уныло вздохнула. — Эх, ну почему ничего не умею? Даже пользоваться чужими силами толком не могу.

Великий дракон дружелюбно улыбнулся.

— Почему чужими? Они стали твоими с той минуты, как очутилась в этом теле, — сообщил он. — Ты должна принять новую жизнь, в ином случае, тебя ждёт отторжение и смерть.

Хотелось ответить ему чем-то колким и язвительным, но тут почувствовала, как душу захлестнуло безмерное отчаяние, крепко связанное с невыносимой болью любимого. В следующую минуту заметила приближающуюся сияющую агатовую дымку сплетённую с изумрудной и ощутила, как меня мягко подтолкнули к ней.

— Иди к ним, Чуждая Душа, они ждут тебя, и ради твоего спасения тратят силы, рискуя потерять их, — ласково кивнул дракон и лукаво подмигнул: — Надеюсь, теперь ты уже оценила Древний Призыв, и вскоре вы с Эминиром подарите моему миру самых совершенных потомков.

Висария

Стоило Хафару поведать, что Дилавия уехала с Астуром во дворец, а ректор отправился следом, раздумывать не стала и попросила последовать за ними. Не нужно быть гением, чтобы понять причину её поступка. По всей видимости, принц откуда-то пронюхал про мои истинные силы и шантажировал подругу.

Учитывая жертвенность юной герцогини, естественно она согласилась, чтобы спасти меня. Только принять настолько огромную плату я не могу. Делиться сделанными выводами с женихом не стала, иначе сидеть мне, в таком случае, дома, пока он отправится на беседу к Его Высочеству.

Хотя, вряд ли что-либо сумеет переубедить Астура, раз это касается его интересов. Кронпринц — эгоист до кончиков ногтей, он не привык отказываться от понравившейся игрушки. Оставался единственный выбор — уничтожение, ну, или сделать из него такого же умалишённого, коим стал бывший наследник дриад.

Сборы заняли какое-то время, каждая минута безжалостно разрывала мне сердце. Ни за что не прощу, если принц воспользуется силой и обидит Дилавию. Плевать, что государство узнает мою подлинную сущность, зато спасу подругу и уничтожу её врагов, чтобы больше никто даже помыслить о ней не мог.

С первыми лучами Хафар обратился и мы устремились к столице.

— Ты уверена, что нам стоит вмешиваться? — неожиданно спросил он. — Может доверим эту проблему дяде? Всё-таки они пара, причём одобренная её родителями, не так-то просто будет принцу оправдать похищение, фактически, замужней дамы и заполучить Дилу.

— Даже думать забудь! — вспылила, не выдержав. — Говоришь так, словно не знаешь Астура, и то, что он способен на невероятные подлости.

— Я не пытаюсь отговорить тебя, милая, — вздохнул Хафар. — На самом деле, меня крайне беспокоит, что Его Высочество посмел пойти против ректора. — Он порывисто взмахнул крыльями, ускоряясь. — Клятва верности драконов заключает в себе условие неприкосновенности наших Истинных. Не поверю, что ему неизвестно об этом.

Выбора не оставалось и пришлось открыть ему догадку.

— Скорее всего, Астур как-то узнал о моих силах и пригрозил ей расправой над ведьмой, — судорожно вздохнула. — Сам же знаешь какая у нас Дила, она ни за что не станет рисковать мной.

Наречённый ненадолго задумался.

— А в твоих словах есть зерно истины, стоит побыстрее добраться в столицу и решить всё на месте, — кивнул он. — Обещаю, в обиду тебя никому не дам. В конце концов, я ещё не принимал клятву верности, могу испепелить любого, кто покусится на мою невесту.

Невольно вспомнились давние слова подруги, что лучше Хафара — мужа не найти. Всё-таки, она как в воду глядела, чтобы ни происходило и кем бы я ни являлась, а он всегда на моей стороне. Тихонько склонилась, легла на него всем телом и прижалась щекой к гладкой сверкающей чешуе.

— Я люблю тебя, — шепнула чуть слышно, но он всё же услышал и вздрогнул всем телом.

— И я тебя люблю, Виса, — в его голосе отчётливо звучала бесконечная нежность. — До сих пор не могу поверить, что ты выбрала меня. — Внезапно он вновь вздрогнул. — Посмотри, разве это не магия ведьм?

Вязкая густая тьма совершенно не походила на те силы, коими пользовалась я. От них невыносимо разило злобой и казалось, они легко могут ранить тех, кто приблизится к ним. Не долго думая, подняла ладони и окутала Хафара собственной энергией, чтобы она защитила его от ядовитого воздействия.

— Давай спустимся и посмотрим, что происходит, — сдержано предложила и пробурчала под нос: — Надеюсь, сражаться ни с кем не придётся, не хватало ещё задержаться.

Наречённый безмолвно подчинился, порывисто устремившись к земле. Через несколько мгновений мы уже шагали в сторону, откуда струилась испачканная мутным мраком сила ведьмы. Невольно вспомнились строки из книги, где говорилось о таком вот случае. Удивительно, что неизвестная пожертвовала гармонией, присущей нашей магии и изуродовала собственную суть.

Внезапно поднялся яростный вихрь, снося всё на своём пути, в том числе и туман осквернённой силы. Он грозился погубить нас, и в этот момент я заметила причину его возникновения. Обезумевший ректор стоял на коленях и в исступлении сжимал в руках Дилавию. Перед ними, на траве, лежал окровавленный нож, а из её раны текла кровь.

В его омертвевшем взгляде, остановившемся на ней, читалось неверие, но не оно волновало меня сейчас. Прежде всего, необходимо было скорее позаботиться о подруге, пока она не умерла. Посмотрела на Хафара и тот кивнул, по всей видимости, он подумал о том же, о чём и я.

Прикрывая меня собой, юный дракон резко проскользнул мимо вихря, ловко увлекая меня. Не останавливаясь ни на минуту, мы рванули к Эминиру, пока не упали рядом с ним и не потянулись к Диле. Но ректор гневно отшатнулся, не позволяя коснуться к ней, и угрожающе поднял руку.

— Дядя, позвольте Висе помочь, — умоляюще коснулся его ладони Хафар. — Ей уже удавалось оживить животное, она обязательно спасёт Дилавию.

— Животное? — яростно прорычал он. — Но Дила — не животное, она — моя Истинная!

Не выдержав, подалась к нему.

— Прошу вас, господин ректор, если мы ничего не сделаем, Дилавия… она погибнет, — сипло всхлипнула, не желая думать о том, что подруга может умереть. — Дайте только один шанс попробовать… Пожалуйста…

В устрашающих бирюзовых глазах сверкнула осознанность.

— Попробуй и… только спаси её, я сделаю для тебя всё, что захочешь… стану твоим вечным должником…

— Нет, мне ничего не нужно, — поспешно утёрла выступившие слёзы. — Главное, чтобы Дила осталась жива.

Подняла ладони и на них возникла привычная сияющая агатовая дымка, и устремилась к умирающей подруге. Она опустилась на глубокую рану тонкой вуалью, кровь постепенно прекратила течь, а края кожи принялись стягиваться, вытягивая мою силу. Ректор и Хафар, похоже, заметили это, и торопливо взяли меня за руки. Наши энергии смешались, позволяя мне передохнуть.