— Что за глупые выводы? — нарочито сердито нахмурилась, пытаясь окончательно перетянуть одного из поклонников Висарии на свою сторону. — Все видели, как ты достойно сражался, ни один из противников не смог и шагу сделать в нашу сторону.

— Если тебе есть что сказать, то делай это в лицо, — внезапно услышала раздражённый голос Эминира Грандиса и обернулась.

Бирюзовый взгляд взирал на меня и возмущённо пылал, безмолвно требуя извинений. И я уже собиралась их принести, как вдруг в памяти возник момент вынужденного бегства в карете и то, что ректор даже не соизволил посмотреть в сторону той, которую просил о помощи с проклятьем. А если бы кому-то удалось пробраться ко мне?

— Эминир Тиан Грандис, вы поступили неосмотрительно, отправив нас одних, когда вместе с Хафаром справились бы быстрее, — сердито выпалила и горделиво вздёрнула подбородок. — Что бы вы ни говорили, а разделяться в такой ситуации — такая себе идея.

Окружавшие нас люди внезапно замерли на несколько секунда, а потом торопливо отошли и принялись делать вид, что крайне заняты. Хафар (вот уж где предатель) порывисто схватил за руку Висарию и спешно увлёк её в здание академии, на которое я лишь сейчас обратила внимание. Только теперь уже стало не до него.

— Думаю, нам с тобой необходимо поговорить наедине, — холодно проронил ректор и, гневно глядя на меня, по-хозяйски положил руку мне на талию.

В следующее мгновение перед глазами всё расплылось, сливаясь в одну сплошную яркую ленту и не позволяя на чём-то сосредоточиться. Через мгновение удивительное состояние прошло и я поняла, что оказалась в каком-то огромном незнакомом помещении, у дальней стены которого располагалась огромная кровать.

— Где мы? — неожиданное перемещение отчего-то испугало. — Куда вы меня привели? — Севший голос дрожал и звучал ужасно жалобно, что необычайно раздражало.

— А сама как думаешь? — язвительно ухмыльнулся ректор, не сводя с меня глаз. — В мою комнату, естественно.

— Зачем это? — голову внезапно наполнили воспоминания о книгах, где тираны-драконы с особой жестокостью исполняли супружеский долг, а потом вышвыривали ненужных супруг, заменяя их хитрыми любовницами.

— Потому что ты стала чересчур много себе позволять, не находишь? — буквально пыша от ярости, выпалил он, вынуждая меня прикусить язык. — При моих людях смеешь оспаривать данные мной приказы! Нахальное дитя, тебя, похоже, никогда не осекали как полагается.

«И каким образом он планирует меня осечь? — возникла невольная мысль, а взгляд вновь скользнул по кровати. — Да нет, у нас же договор, ему нельзя никак вредить мне».

— Давайте поговорим, и я объясню, что имела в виду ранее, — решилась пойти на попятную. — Вы даже не предупредили, что будет с нами, лишь попросту отправили в академию. А вдруг бы их отряд изначально разделили надвое, и второй поджидал бы нас на пути.

Эминир Тиан Грандис неожиданно поник и отвернулся.

— Исключено.

— Да откуда вы можете знать? — искренне возмутилась от его убеждённости.

— Чтобы создать подобных чудовищ, необходимо слишком много тёмной магии и невинных жертв, — глядя как напряглись широкие плечи, вдруг поняла, что ему безумно жаль погибших врагов. — Из-за высокого статуса, Его Высочеству не под силу убить ещё больше рыцарей, и превратить их в монстров.

Признание ректора заставило похолодеть.

— Так это дело рук принца, — севшим голосом выдавила я, размышляя о том, что, видимо, одного поклонника мне никак не перетянуть на свою сторону.

В этот миг Эминир обернулся, будто нарочно сталкиваясь со мной взглядом.

— Вижу для вас отношение наследника престола не неожиданность, — он заглянул мне в глаза и тихо спросил: — Дилавия, откуда вы столько знаете об этом мире?

Дилавия (Диана)

Вопрос ректора прозвучал довольно странно учитывая, что для него Дилавия всего лишь потеряла память, но родилась-то она здесь. Действительно, откуда ей известно, что наследник отчаянно ненавидит её, когда с завидной регулярностью попадала в различные неприятные ситуации, благодаря царственному идиоту.

Мало ли как отреагировало сознание юной герцогини. Может она частично вспомнила все те ужасы, через которые прошла? В конце концов, стресс вполне мог помочь с восстановлением памяти, ведь не каждый в силах спокойно выдержать сообщение, что нападение спровоцировано из-за него.

Только ответить так Эминиру Грандису я, к великому сожалению, не могла, иначе пришлось бы рассказать, что пришла из другого мира. Раскрывать себя, тем более в месте, где нет соратников — дело глупое и неблагодарное. Да и мне не улыбается стать подопытной дракона.

Бирюзовые глаза тем временем пристально взирали на меня, будто пытаясь заглянуть в душу. По всем видимости, ректор ожидал чистосердечное признание о моём странном любопытном всезнании. Ну, никто не запрещает ему надеяться и строить домыслы, а я точно не стану открывать то, что навредит.

— Что вы имеете в виду? — как можно удивлённей спросила у него, наивно распахнув глаза. — От вас я прямым текстом услышала, кто виноват в нападении, и, естественно, это не могло не ужаснуть. — Нарочито опустив голову, глухо продолжила: — Или считаете, я должна радоваться, что на меня охотится первое лицо государства, когда даже не знаю, вернее, не помню в чём виновата перед ним.

Только Эминир Грандис не зря являлся главой магической академии, так просто его обвести вокруг пальца, практически, невозможно, слишком уж проницательным был. Он продолжал пристально смотреть на меня, не произнося при этом ни слова, будто моё оправдание для него не значило совершенно ничего.

— Хорошо, когда захочешь поведать обо всём — приходи, — внезапно произнёс ректор, повергая в шок. — Я всегда выслушаю и помогу тебе в любой ситуации.

— Чего? — выпалила не сдержавшись. — По-прежнему не верите? Тогда зачем вообще заключили со мной договор?

Его губы вдруг искривила насмешливая улыбка.

— Разве я не сказал тебе о проклятье? — заглянул мне в глаза. — Могу добавить, что озвучил истину не в полной её мере, но пока и нет смысла говорить обо всём.

— Получается, сказали неправду? — невольно охнула. — У вас в отношении меня какие-то нехорошие планы? — Невзирая на подбиравшийся к сердцу страх, всё же отчаянно старалась убедить его в том, что ничего не помню. — Надеюсь, не забыли, как дали магическое слово, что не причините вреда.

Эминир вдруг запрокинул голову и громко расхохотался, вынуждая опасливо отступить. Роскошные длинные чёрные волосы скользнули по спине, достигая талии, невольно привлекая моё внимание. Даже в настолько опасной ситуации, я вела себя, словно глупенькая институтка из школы благородных девиц.

Наконец он вновь взглянул на меня, продолжая широко улыбаться.

— Если бы я хотел навредить, то сделал бы это ещё при первой встрече, — сообщил так, словно являлся учителем, а я — нерадивым учеником, непонимающим крайне лёгкую тему. — Поверь, не в моих интересах, чтоб твоя жизнь оказалась под угрозой, о чём неоднократно сообщал.

Неожиданно он шагнул ко мне, заставив инстинктивно двинуться назад. Но вместо того, чтобы остановится, ректор продолжил наступать и вскоре упёрлась спиной в стену. Мне стало ясно, что бежать больше некуда, а ладони дракона, тем временем, коснулись стены по обе стороны от меня, заключая в своего рода клетку. От неприятного ощущения, словно стала пленницей, я поёжилась.

Ректор склонился ко мне, заглядывая в глаза: смех полностью исчез из его черт.

— Тебе стоит тревожиться не о моём отношении, а тех многих, кто отчаянно желает покончить с тобой, — холодно проронил он.

Его близость вдруг окутала меня чистым свежим хвойным запахом с насыщенными древесными нотками, вызывая лёгкую дрожь. По телу прошла тёплая волна, оставляя после себя приятные мурашки. Мне отчаянно захотелось сбежать от Эминира, чтобы спастись чувств, которые он пробуждал во мне.

— Что вы делаете?! — гневно выпалила, стараясь не обращать внимания на собственную реакцию.