— Тогда пока побудем здесь, — прошептал у моего уха, и по телу пробежала сладкая дрожь.

Его губы коснулись моей ключицы, затем шеи. Он не торопился, будто запоминал каждое движение, каждый вздох, каждый отклик моего тела. Когда его ладонь скользнула по спине, я выгнулась навстречу, подставляясь под прикосновения, будто инстинктивно знала — с ним мне можно всё.

Это было не просто желание. Это было больше. Глубже.

Я почувствовала, как внутри меня растёт тепло, распускаясь в груди, словно цветок в предвкушении весны.

Он коснулся губами моей ключицы, медленно опускаясь ниже, будто изучал каждый участок кожи заново. Его ладони ласково обвивали мою талию, крепко, но бережно, словно боялся потерять. Когда его губы добрались до груди, он остановился — на мгновение, просто прижавшись щекой, вдыхая мой запах.

Я затаила дыхание, чувствуя, как нежно его губы коснулись кожи. Ни спешки, ни грубости. Только мягкость и тепло, от которых внутри становилось тревожно-сладко. Он будто бы разговаривал со мной не словами, а прикосновениями — рассказывая, как скучал, как хотел быть рядом, как рад тому, что я здесь, у него на коленях, настоящая.

Я выгнулась навстречу, инстинктивно, позволив этому моменту быть. Он поднял взгляд и, встретившись со мной глазами, улыбнулся — той самой улыбкой, что растапливала любую мою тревогу.

— Я люблю, когда ты доверяешь мне, — сказал он негромко, снова склоняясь, чтобы продолжить. И я позволила. Потому что с ним мне было по-настоящему спокойно.

Его ладони обнимали мою грудь, не сжимая, а будто поддерживая, словно это не тело, а нечто бесконечно хрупкое.

Я затаила дыхание, когда его пальцы обвели округлость, а потом большой палец нежно коснулся соска. Волна тепла прошла по телу, и я непроизвольно выгнулась ему навстречу. Он уловил это движение, улыбнулся уголками губ и продолжил ласки, не отрываясь глазами от моего лица.

— Ты прекрасна, — прошептал он и снова поцеловал, в этот раз — под грудью, в ямочке между рёбрами. От его прикосновений всё внутри пело, но не кричало — пело нежно, медленно, нарастающе, как тихая уверенность в том, что ты любима.

Когда он поднял взгляд, в нём была та самая глубина, от которой становилось жарко. Он обвил руками мою талию, притянул ближе, и я сама нашла его губы в поцелуе.

Мои руки обвивали его шею, а внизу все уже было призывно мокрым от желания скорее соединиться с моим мужчиной. Видимо поэтому я и заерзала, от чего вызывала теплый смех Раэля.

— Моя нетерпеливая, — шепчет он, а его ладони уже обнимают мои бедра, от чего я тихо стону, пока его пальцы сжимают кожу.

Мы снова целуемся и его язык уверенно ведет этот чувственный танец, подчиняя и направляя, пока его пальцы переместились к моим трусикам и поглаживают мою разгоряченную плоть. Мне слегка неловко, потому что белье уже мокрое и я не могу скрыть того, как сильно его хочу, но по его довольному взгляду понимаю, что его это радует.

Не выдерживаю и сама тянусь к его брюкам, расстегиваю пуговицу, но он меня отстраняет, возвращая пальчики на его плечи. И я не спорю, зарываюсь в его волосы и отдаюсь поцелую, пока мой мужчина запускает пальцы мне под трусики и дразнит, едва проникая. Хочется насадиться на них, ощутить его внутри…

— Сейчас, моя девочка, — шепчет он, проводя языком по моей шее, пока его пальцы отодвигают промокшую ткань и я наконец ощущаю как головка его члена упирается в мои половые губки.

Трусь об нее сама, уже едва сдерживая желание, позволяя ему слегка проникнуть в меня, отчего мужчина издает полустон, полурык и давит мне на бедра, насаживая на свой член до конца.

Я выгибаюсь от пронзающего удовольствия, когда он проникает в меня, растягивая под свой идеальный размер.

— Моя… — шепчет он, а потом начинает наш танец, управляя моими бедрами, то поднимая их, снимая меня с члена, то насаживая до самого конца. Я подстраиваюсь под его ритм, отдаваясь ему полностью, запрокидываю голову и наслаждаюсь каждым толчком, пока он ловит губами мою грудь и покусывать мои соски, делая каждую секунду нашей близости все ярче и горячее.

Комната заполняется пошлыми шлепками тела о тело и нашими стонами. Я не могу оторваться от его губ, позволяя ему все, что он захочет, лишь бы он не останавливался.

В какой-то момент он подхватывает меня и поднимает с кресла, прижимает к ближайшей стене и удерживая на весу вдалбливается в меня с такой силой, что я едва успеваю дышать, растворяясь в гамме того удовольствия, которой он меня затапливает.

Мои ноги обвивают его талию, а его губы ласкают мою шею. Я сжимаю пальцами рубашку, которая меня бесит, потому что не дает мне царапать его шикарную спину, пока он берет меня, безжалостно отправляя за грань с новым толчком.

Кажется я кричу от удовольствия, пока он вколачивается, не останавливаясь. Мое тело содрогается в оргазме и больше всего я хочу ощутить, его сперву внутри себя. Какое абсурдное желание, но мне хочется, чтобы он кончил в меня и я настолько не могу сдержать эту мысль, что озвучиваю ее вслух.

Кажется, мое признание срывает его с цепей окончательно, потому что поцелуй, который он мне подарил, невозможно назвать реальным. Он буквально сливался со мной в единое целое, пока не исполнил мою просьбу, заполняя мое лоно своей спермой.

Мы тяжело дышали. Его лоб опирался о мой, ладони обнимали талию, а взгляд… тёплый, полный чего-то настоящего, искреннего, будто всё остальное на свете не имело значения.

Я чувствовала его: тепло, силу, ритм нашего общего момента. Он всё ещё был во мне, и эта близость казалась не только телесной — глубже, сильнее.

— Ты… — выдохнул он, не отрываясь взглядом от моих глаз. — … моя.

Я кивнула, прижимаясь к нему щекой, обвивая руками за плечи.

Сердце стучало как бешеное, но внутри — покой. Настоящий.

Он поцеловал меня в висок, нежно, с таким трепетом, будто я была самым драгоценным, что у него есть.

Он поднял меня на руки, словно я была для него самым хрупким и драгоценным существом в мире. Осторожно прошёл через комнату и открыл дверь в спальню. Как только мы переступили порог, он щёлкнул пальцами, и по моей коже будто скользнула тень — лёгкий, почти невесомый шелест магии. Одежда исчезла, как и следы страсти на теле, оставив после себя ощущение чистоты… и лёгкого замирания.

Он уложил меня на мягкое прохладное покрывало и заботливо укрыл одеялом. Потом, не спеша, снял с себя остатки одежды, позволив мне в полной мере насладиться видом его сильного тела.

Он скользнул ко мне под одеяло, неотрывно глядя в глаза, и обнял, прижав к себе крепко и нежно. Его губы нашли мои в поцелуе, в котором не было спешки.

Его поцелуи были мягкими, ленивыми, почти сонными. Он не спешил, не торопил — просто наслаждался моментом, как будто у нас была целая вечность. Его ладони блуждали по моему телу, легко касаясь плеч, скользя вдоль спины, замирая на талии. Не с жаждой, не с нетерпением — с любовью.

— Я так рад, что ты со мной, — прошептал он, уткнувшись носом в мою шею. — Даже представить не можешь, насколько.

Я сжалась в его объятиях, спрятала лицо в его груди. Его слова проникали глубже прикосновений. Обнимали изнутри.

— Я люблю тебя, — тихо добавил он.

Его ладонь легла на мой живот, другая продолжала поглаживать спину. Мы лежали, сплетённые друг с другом, в тишине, полной дыхания, тепла и шепота. И больше ничего не нужно было.

Стук в дверь прозвучал глухо, но достаточно настойчиво, чтобы мы оба замерли. Я приподнялась на локте, глядя на некроманта. Он тоже посмотрел на меня, потом на дверь — и усмехнулся.

— Пойдёшь? — спросила я.

— Конечно, — протянул он, уже вставая. Абсолютно голый.

— Ты не планируешь… ну… — Я махнула рукой в сторону одежды.

— Одеваться? — Он приподнял бровь. — Я гостей не жду. А если кто-то решил заявиться без предупреждения — это его проблемы.

Он ушёл, даже не удосужившись накинуть халат. Я прикусила губу, пытаясь удержать смех и одновременно прикрыться одеялом чуть лучше.