Но как передать ему воду? Для этого нужно открыть дверь…

Сердце забилось сильнее. Я осторожно коснулась ручки. Замок, к моему удивлению, не был заперт на ключ — только тяжёлый металлический засов. Видимо, никто не ожидал, что кто-то осмелится открыть клетку по своей воле.

Всего лишь на минуту, — подумала я, собирая всю храбрость в кулак…

— Как тебя зовут? — спросила я.

Он помолчал, но потом всё же ответил:

— Пафи.

— А я Мира. Обещай, что не сделаешь ничего плохого, Пафи.

Тихо отодвинув засов, я приоткрыла дверь и осторожно шагнула внутрь. Дракон настороженно поднял голову и замер.

— Вот вода, — прошептала я, ставя ведро на пол. — Только тихо.

Дракон жадно потянулся к воде, сделав несколько больших глотков. Я не могла оторвать глаз от завораживающего зрелища — даже раненый, он оставался величественным существом.

Вдруг за моей спиной раздался громкий и очень раздражённый голос:

— Ты вообще в своём уме, деревенщина?!

Я резко обернулась. В дверях стоял Бёрт, его глаза сверкали гневом, кулаки сжаты так, что костяшки побелели.

Пафи зашипел.

Берт удерживал в руках огромную магическую сферу.

— Быстро выходи! — рявкнул он.

Я послушно вышла из клетки, а Берт с громким стуком захлопнул за мной дверь:

— Что, решила подружиться с драконом и наплевать на все правила?! Думаешь, тут детские игры?

Я инстинктивно отступила назад, наткнувшись на решётку, за которой напряжённо застыл Пафи.

— Я… я просто хотела дать ему воды, — пролепетала я.

— Ах, воды! — зло прорычал Бёрт, надвигаясь ближе и понижая голос до шипения. — А ты вообще подумала, почему именно эта тварь сидит за железной дверью на цепях?

И пока я лихорадочно соображала, как выкрутиться из этой ситуации, за моей спиной раздался грозный, предупреждающий рык дракона…

Я стояла, прижимаясь к клетке спиной и боясь даже вздохнуть, глядя в сердитое лицо Бёрта. За дверью дракон продолжал тихо ворчать, раздражённо постукивая цепью по каменному полу.

— Ты хотя бы понимаешь, что могла натворить?! — рявкнул Берт, пронзая меня взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

— Он же просто попросил воды… — тихо промямлила я.

Берт застыл, смотря на меня так, будто я сейчас заявила, что драконоиды играют в шахматы на досуге.

— Открыл пасть и так и сказал? — зло прорычал Берт.

А до меня вдруг дошло, что… а может Пафи только у меня в голове говорить умеет?

Я резко повернулась к крылатому.

— Именно, девочка, — произнёс он у меня в мыслях.

— Вы не слышите его? — спросила я Берта. — Он попросил воды, и я…

Берт вдруг замер и начал переводить взгляд с драконоида на меня.

— Попросил? Ты сказала «попросил»? — он сделал паузу и вдруг резко сузил глаза. — Ты его… слышишь?

Я растерянно кивнула.

— А он… говорит с тобой? — голос Бёрта стал напряжённым и тихим, почти зловещим.

— Ну… да, — прошептала я, чувствуя, как от страха желудок сводит в узел. — Это плохо?

Берт выругался себе под нос, затем снова взглянул на меня с таким выражением, будто увидел впервые:

— Ох, ничего себе деревенщину нам подсунули… Девочка, да ты же шепчущая!

Я изумлённо захлопала глазами.

— Кто?

— «Шепчущая», — повторил он терпеливо, словно общаясь с ребёнком. — Человек, который способен понимать язык диких драконов. Редкость невероятная. Так, стоп… — он внезапно осёкся, глядя на меня с таким видом, будто понял что-то важное и одновременно страшное. — Получается, ты слышишь его мысли?

Я снова растерянно кивнула, не в силах произнести ни слова.

Берт задумался, пристально разглядывая меня, затем вдруг резко отставил в сторону ведро с водой.

— Пойдём, — произнёс он тихо, хватая меня за руку так резко, что я чуть не вскрикнула.

— Куда? — спросила я, пытаясь высвободиться.

— Туда, где решают такие вопросы, — резко ответил он. — К декану.

Меня охватил настоящий ужас:

— Погодите, я ничего такого не сделала…

— Это уж не тебе решать, девочка, — проворчал он, таща меня по направлению к выходу из ангара. — Тут дело важное. Если у тебя действительно есть дар говорить с драконоидами, это меняет всё.

Сердце бешено колотилось в груди. Что теперь со мной будет? Неужели меня выгонят? Или ещё хуже — станут изучать, как какое-то редкое животное, поместив в соседнюю клетку с тем самым драконом?

А за спиной, в глубине ангара, я отчётливо услышала ворчливый голос Пафи:

— Эй, Мира! Ты ещё вернёшься, или мне уже не ждать?

Но сейчас я не могла ответить даже мысленно. Берт уже почти волоком тащил меня к тяжёлой двери на выход, и всё, о чём я могла думать, — это что моя и без того сложная жизнь в Академии вот-вот станет ещё сложнее.

— Поторопись, — буркнул Берт, таща меня по коридорам главного здания.

Красивое. И я бы повосхищалась, разглядывая фрески, лепнину и живопись, если бы не сходила с ума от беспокойства!

Наконец мы остановились перед дверью. Тёмное полированное дерево, золочёная ручка, солидная табличка с надписью:

«Декан Академии Верхогорья»

Я ощутила приступ головокружения и паники одновременно. Но Берт уже решительно постучал и, не дожидаясь ответа, втолкнул меня внутрь.

Кабинет был просторным и строгим: массивный стол, стены, уставленные книжными полками до потолка, широкий витраж за спиной декана и запах дорогих чернил. Сам декан — высокий, худощавый мужчина с чёрными волосами и пронизывающими серыми глазами — поднял взгляд на нас.

— Что-то срочное, Берт? — спокойно произнёс он, слегка нахмурившись.

— Простите, что беспокою, декан Вирен, — тихо и почтительно произнёс мой временный начальник, крепко держа меня за локоть, чтобы я не удрала. — Это девушка, Мира. Она новая помощница в ангаре.

Декан быстро окинул меня взглядом, затем снова посмотрел на Берта:

— И что же случилось?

— Кажется, она шепчущая, — Берт выделил последнее слово интонацией, словно оно само по себе всё объясняло.

Декан медленно отложил в сторону перо и внимательно посмотрел на меня:

— Ты слышишь драконов?

Я пожала плечами и чуть прикусила губу, едва сдерживая дрожь в коленях.

— Слышала, — тихо сказала я. — Один раз только! Может, мне вообще показалось, я же не выспалась.

Декан помолчал секунду-другую, затем спокойно поднялся из-за стола. Он не выглядел разъярённым или раздражённым, скорее наоборот — заинтересованным.

— Очень необычно. Настолько, что последняя шепчущая появлялась… — он сделал паузу, прищурившись, — кажется, лет пятьдесят назад. Давно же это было.

Он медленно подошёл ко мне и, сложив руки за спиной, начал обходить меня по кругу, разглядывая так пристально, словно искал что-то особенное. Я чувствовала себя неуютно, будто была какой-то редкой зверушкой в том самом ангаре. Декан словно изучал меня взглядом насквозь.

— Дракон говорил именно с тобой? — наконец спросил он.

— А с кем ещё? — тихо ответила я, стараясь не дрожать. — Он просто хотел пить… И ещё сказал про сон-траву, что от неё ему плохо.

Брови декана взлетели вверх от удивления:

— Любопытно, — пробормотал он. — Значит, он воспринимает тебя всерьёз. Это не типично для диких драконов.

— Он показался мне вполне разумным, — осторожно заметила я.

— В том-то и дело, — задумчиво произнёс декан. — Все считают драконидов дикими и безмозглыми, хотя на самом деле разум у них есть. Просто они не доверяют людям и никогда не разговаривают с нами. Но шепчущие способны их слышать и… договариваться.

— А это плохо или хорошо? — я сделала шаг назад, чувствуя себя крайне неуютно.

— Это зависит от того, кто об этом узнает, — коротко ответил декан, смерив меня проницательным взглядом. — Но здесь, в Академии, твой дар точно не останется без внимания.