— Дамир, уймись! — Лера пыталась оттащить его от стола с десертами. — Люди хотят есть, а не лекции по алхимии слушать!

— Я не могу молчать, когда вижу, как унижают мою культуру ради прибыли! — возмущался Дамир, попутно превращая пластиковые стаканчики в изящные хрустальные бокалы просто «из эстетической брезгливости».

На второй день отпуска случился инцидент с анимацией. Возле бассейна аниматор по имени Хакан в костюме огромного поролонового кролика пытался заставить туристов танцевать «Танец маленьких утят». Он подбежал к Дамиру, который в этот момент величественно возлежал на шезлонге, пытаясь силой мысли разогнать навязчивую муху.

— Эй, серьезный парень! — Хакан похлопал Дамира по плечу пушистой лапой. — Почему не танцуем? Давай, хвостиком машем, лапками хлопаем! Кря-кря-кря!

Дамир медленно приподнял панаму. Его взгляд мог бы превратить Антарктиду в лужу за три секунды. — Кря-кря-кря? — переспросил он шепотом. — Ты предлагаешь духу огня, чье имя заставляло содрогаться армии, подражать водоплавающей птице под музыку, написанную в горячечном бреду?

— Ой, да ладно тебе, не будь занудой! — Хакан попытался надеть на Дамира розовые уши. — Это же Турция! Расслабься!

Дамир встал во весь рост. Воздух вокруг него начал вибрировать от жара.

— Слушай меня, пушистый раб дурачества, — пророкотал он. — Твои шутки — это оскорбление интеллекта. Твоя манера поведения — это повод для немедленной депортации в мир, где нет ничего, кроме несмешных анекдотов. Я сейчас превращу тебя в верблюда, но не в обычного, а в того, который будет плеваться только рифмованными четверостишиями о вреде анимации.

— Дамир, нет! — закричала Лера, бросаясь между ними. — Это просто его работа! Хакан, беги! Прыгай в бассейн!

Дамир уже начал делать пассы руками, и над головой Хакана начал формироваться горб из чистой эктоплазмы.

— Малик! Зафар! — вызвал он своих визирей, которые в этот момент пытались организовать подпольное казино. — Принесите седло! У нас тут новый транспорт!

Лере пришлось применить экстренные меры. Она схватила Дамира за ухо и зашипела

— Если ты сейчас превратишь его в верблюда, я… я… я заставлю тебя весь оставшийся отпуск пить только растворимый кофе «3 в 1»!

Дамир замер. Горб над Хаканом медленно рассеялся.

— Женщина… ты жестока, — прошептал ифрит. — Ладно. Живи, кролик. Но если я еще раз услышу «кря-кря», твое превращение будет окончательным и бесповоротным.

Хакан убежал так быстро, что потерял одну пушистую лапу, которую Дамир тут же испепелил взглядом.

После обеда они переместились на пляж. Лера надеялась, что море успокоит её грозного мужа, но Дамир не умел просто лежать. Ему было скучно.

— Почему этот берег такой… неупорядоченный? — спросил он, глядя на полосу гальки и песка. — Где гармония? Где величие? — Это просто пляж, Дамир. Тут люди лежат и обгорают.

Пока Лера задремала под зонтиком, Дамир начал действовать. Он не использовал магию в открытую — он просто «направлял» гальку. Через час на берегу Антальи произошло чудо. Туристы начали вставать со своих лежаков и собираться в круг, испуганно перешептываясь.

Посреди пляжа возвышалась трехметровая конструкция из гальки, песка и морских водорослей. Это была точная, математически выверенная копия Висячих садов Семирамиды. Камушки держались друг за друга без капли клея, вопреки всем законам гравитации. По ярусам стекала настоящая морская вода, которая каким-то чудом поднималась снизу вверх, образуя каскады водопадов. Крошечные дорожки были выложены из ракушек, а на вершине стояла маленькая статуя Леры, сделанная из кораллов.

— Майн готт… — прошептал немецкий турист, роняя сосиску. — Это какой-то новый арт-объект от отеля? — Это песочница Шредингера… — прокомментировал русский блогер, ведя прямой эфир.

Дамир сидел рядом на корточках, сосредоточенно поправляя одну из «террас» своим длинным пальцем. — Наконец-то, — сказал он проснувшейся Лере. — Теперь этот пляж похож на место, достойное твоего присутствия. Хотя напор воды в четвертом каскаде меня не удовлетворяет… Малик, поднажми!

Снизу послышалось натужное кряхтение — Малик, используя свои силы, работал насосом.

— Дамир, это… это потрясающе, но нас сейчас выгонят! — Лера оглянулась. — Смотри, менеджер отеля уже бежит сюда с охраной. Они думают, что это самострой!

— Самострой?! — Дамир встал, отряхивая руки от песка. — Это — шедевр архитектуры! Если они посмеют коснуться хоть одного камня, я сделаю так, что их отель будет стоять не на берегу моря, а посреди ледяной пустыни на обратной стороне Луны!

Менеджер, увидев безумный блеск в глазах Дамира и его «сады», которые начали медленно светиться в лучах заката, внезапно передумал ругаться. Он быстро сообразил, что это — лучший маркетинговый ход в истории.

— О, уважаемый гость! — закричал он, кланяясь. — Не нужно гневаться! Мы… мы сделаем это главной достопримечательностью! VIP-зона! Фото за 50 лир! Хотите бесплатный коктейль?

— Только если его приготовит тот, кто знает разницу между сиропом и нектаром, — отрезал Дамир.

Вечером, сидя на балконе своего номера и глядя на подсвеченные «Висячие сады», которые теперь сторожили двое охранников, Дамир вздохнул. — Лера, — сказал он, обнимая её. — Знаешь, Турция — неплохое место. Но у них всё какое-то… временное. Фальшивое. Эти аниматоры, этот шведский стол… Люди здесь разучились ценить истинную магию момента. Они слишком заняты тем, чтобы успеть на раздачу пахлавы.

— Ну, зато ты всех построил, — улыбнулась Лера. — Шеф-повар теперь готовит хумус по твоему рецепту, Хакан заикается при виде уток, а твой замок из камней стал хитом инстаграма.

— И всё же, — Дамир притянул её к себе, — я скучаю по нашей однушке. Там нет аниматоров. Там есть только ты и я.

— Я тоже скучаю, — призналась Лера. — Давай завтра съездим на экскурсию в Демре к святому Николаю?

— К тому парню, который раздает подарки? — Дамир усмехнулся. — Я слышал о нем. Говорят, у него был неплохой контракт с местными духами. Поедем. Заодно объясню ему, как правильно оптимизировать логистику.

Отпуск продолжался. Турция еще не знала, что визит одного ифрита изменит их стандарты «Всё включено» навсегда. По крайней мере, пахлава в этом отеле с тех пор стала пахнуть настоящей магией, а не просто пережаренным сахаром.

Всё началось с того, что Лера, вернувшись с работы, обнаружила Дамира в позе, которую наука о физиологии человека классифицировать не в состоянии. Он лежал на диване, закинув ноги за голову и при этом умудрялся левитировать над собой миску с чипсами, отправляя их в рот по одной с помощью телекинеза.

— Дамир, это край, — выдохнула Лера, бросая сумку на пол. — Ты превращаешься в магический овощ. У тебя скоро вместо пресса будет кувшин с оливковым маслом.

— Лера, — пробормотал Дамир, не меняя позы, — я — бессмертная сущность из чистого пламени. Моя форма идеальна по определению. А то, что ты видишь — это высшая степень релаксации «Потоковый ифрит».

— Твой «потоковый ифрит» уже третий день не выходил из дома! — Лера решительно достала смартфон. — Я записала тебя в «Олимп». Это лучший спортклуб в районе. Завтра в десять утра у тебя вводная тренировка.

Дамир медленно развязал себя из узла и сел. — Спортклуб? Это место, где смертные бьют друг друга мечами за право обладать женщиной?