Я догнала их?

Они остановились в широком ущелье. Само собой я не рискнула идти сразу прямо туда. Сперва нужно было проверить, что там и как. Поэтому по большой дуге мы двинулись в обход, к одной из вершин скалы. Я собиралась сверху посмотреть, что там творится.

И отдохнуть.

Лошадь я отпустила. Был, конечно, риск, что она поскачет в сторону лагеря, учует, где ее хозяева, но и тут судьба оказалась ко мне милостива.

После полудня мне удалось взобраться на ту самую скалу, с которой, как я надеялась, мне откроется вид на лагерь. Так и оказалось. Конечно, я могла бы уже давно сюда добраться, но все время кралась, опасаясь, что у них есть какие-нибудь дозорные или патрульные. К тому же нога ныла несмотря на все мази и лекарства, что я применила. А еще я перла все свое добро на своем же горбу. К моему заплечному мешку добавилось еще много разного, что наверняка пригодится мне для осуществления плана.

Вид со скалы открылся потрясающий. Даже сломанные ногти уже не так волновали. Лес расстелился передо мной зелеными макушками елей и сосен и белыми шапаками снега. И там, в низине, среди всей этой тихой природы, засело засилье красномордых. Темными точками они копошились подобно муравьям. Конечно, мне бы пригодился бинокль, но и так удалось разглядеть, что лагерь их тут весь целиком. И даже больше. Вспоминая количество людей там, в деревне Белого Волка, здесь, как мне казалось, их было куда больше.

Но что пришлось мне больше по душе, так это противоположный край ущелья. Выглядел он… очень ненадежно.

Солнце уже клонилось к западу, но я не торопилась со своим наступлением. Мне нужно было продумать план в мельчайших подробностях. А для этого требовалась ясная голова.

Поэтому было принято решение сперва поесть, потом поспать, и только после этого что-то продумывать, не говоря уж про предпринимать.

Само собой я не знала, сколько времени у меня есть. В каком состоянии сейчас находится Арвид? Но у меня будет только один шанс и напортачить тут никак нельзя.

Уже по обыкновению я залезла на дерево. Кажется, к тому времени, как все закончится, моим тотемным животным станет не волк, а белка.

Сон, как ни странно, пришел сразу. Видимо, я настолько устала, что едва получив возможность, мой организм решил, что пора отключиться. А когда проснулась, чувство было, что просто откуда-то вынырнула.

Вокруг висели плотные сумерки, серость стояла в небе, и я было даже решила, что проспала всего ничего, но солнце поднималось с востока. А значит, я проспала и всю ночь.

И мое тело это, кстати, подтверждало. Потому что одеревенело знатно. И пятую точку я себе тоже отсидела.

Спустившись из своего укрытия, я размялась, снова поела и отправилась вокруг ущелья. Мне нужно было добраться до другого края, чтобы все там подготовить.

Большая часть дня ушла на то, чтобы осуществить первую часть моего плана. Я нашла достаточно крупных, но не самых устойчивых валунов и устроила выше по склону над ними интересные надстройки. Палки подпирали валуны поменьше. Стоит только выдернуть подпорки — начнется самый настоящий камнепад, который растолкает и крупные валуны. А дальше по моим расчетам должна была начаться цепная реакция по всему склону.

Конечно, мне пришлось приложить не мало сил, чтобы дотолкать все на нужные места. Как я не надорвалась при этом — одному Волку известно. С меня сошло не семь потом, а все десять, прежде чем все оказалось на своих местах.

Расстояния до поселения тут было не так много. Если начнется обвал — точно туда дойдет. К тому же чем ниже, тем склон становился круче.

Конечно, можно было бы запустить его и сейчас, но прежде у меня было запланировано еще несколько этапов. И главный из них — пробраться в лагерь и найти Арвида и остальных. Ведь высок риск того, что из-за обвала пострадают и мои люди.

Помочь же пробраться мне должна была красная краска и одежда, которая была в сумках красномордых.

Я, правда, не помнила, были ли среди тех, в деревне, женщины, но надеялась, что их одеяния не сильно отличались от мужских.

Однако, прежде чем отправляться туда даже под маскировкой, нужно было совершить еще одно… скажем так, святотатство. Мои волосы были слишком заметны. Я даже подумала было их отрезать, но цвет это не скроет. И под мужчину я все равно не сойду.

Поэтому я нашла какую-то сухую черную землю в скалах, или это было какое-то крошево, и вымазала им голову. Волосы заплела в тугую косу и тоже как следует натерла, пока та не потеряла цвет. Под капюшоном так и вообще не видно было.

Красная краска легла на кожу легко. Я, правда, в себе того не ощущала. Чем ближе был час, когда мне придется войти в этот лагерь, тем сильнее сжимало в груди и тем яростнее тряслись поджилки. Я не считала себя трусихой, но эта авантюра была не просто рискованной, а сумасшедшей.

Уже почти начало темнеть, дело шло к вечеру, когда я крадучись приблизилась к лагерю. Не знаю, было ли это их постоянное поселение, но выглядело оно так, будто они тут собрались оставаться надолго. Палатки и шатры, большие костры, какие-то мастерские под открытым небом. Я даже слышала стук молота по металлу. Его звон раздавался на всю округу.

Сам лагерь окружал забор частокола.

И люди… сотня, если не две.

Я нашла место, которое условно, похоже, было входом. Возле него стояло несколько мужчин с топорами за плечами. Такие же красномордые. Похоже, они всегда ходили в краске, а не только на битвах.

Устроившись в зарослях какого-то цеплючего кустарника, я сперва решила понаблюдать. Вероятно, с наступлением ночи, у меня будет больше шансов проникнуть внутрь.

Но мне повезло раньше. По тропе, что вела от лагеря, шла вереница женщин! Они несли на спинах охапки хвороста. Головы их, правда, были укрыты платками, а не капюшонами. Да и плащей не было. Пришлось мне снять свой. Платок, благо, тоже имелся, какая же я запасливая… Обычно я повязывала его под одеждой поперек груди, чтобы не застудиться на холоде. И вот пригодилось.

Быстро подготовившись, я нахватала хвороста и тоже ступила на тропу, что вела из леса.

Лук, стрелы и другие вещи пришлось оставить в тех зарослях. При мне были только два кинжала. Один отравленный, другой — обычный. Я спрятала их под одеждой.

Теперь главное — пройти мимо стражи… и желательно не поднимая взгляда.

Проход среди частокола был все ближе, как и краснолицые стражники. Они разговаривали о чем-то на каком-то странном, незнакомом мне языке. Это порядком напрягло меня, ведь если они у меня что-то спросят — ответить я не смогу.

Сердце готовилось выпрыгнуть через глотку. Я шла, согнувшись, якобы под весом хвороста, ведь тащила-то я его на спине. Смотрела в землю. Шаг, еще один. Частокол остался позади меня, но я хотела выждать еще немного, прежде чем стану осматриваться. Зайти бы хоть вон за тот шатер.

— Ней! Давар-ша суккуут, — послышалось вдруг позади. Один из стражников заговорил громче. Обращался ко мне? Или нет? Как теперь понять?

Если обернусь, они точно обратят внимание, а если нет..? Но прежде чем я решилась, меня дернули за плечо. Мужская рука больно стиснула, что я поморщилась.

Как ведут себя их женщины? Как реагируют на мужчин? Мне положено смотреть в землю или можно смотреть в лицо?

Меня уже подташнивало на нервах, а в ушах зашумело.

Нельзя… мне никак нельзя попасться раньше времени! А лучше вообще не попадаться!

Он начал еще что-то говорить, явно насмешливо и зло, но прежде чем я успела что-то сделать, со стороны лагеря послышался женский голос.

— Васа ат! — женщина была полна возмущения. Она быстро приблизилась к нам и стряхнула руку мужика с меня и кажется огрела его какой-то тряпкой. А меня толкнула дальше по тропе.

Я выдохнула с облегчением и засеменила вперед. Главное теперь чтобы она сама меня не нагнала.