Это стало понятно, когда кто-то рядом вдруг тихо сказал:

— Дёрнулась.

Торв рванулся вперёд мгновенно.

Остальные за ним. Я тоже вскинул кирку. И именно в этот момент один из лежавших рядом свёртков оплавленной паутины вдруг зашевелился. Сначала медленно. Потом судорожно забился. Из кокона показалась рука.

Нет.

То, что когда-то было рукой дварфа. Без пальцев. Без кожи. Слишком длинная. Потом вылезла голова. Точнее, обрубок головы с заросшими паутиной глазницами. Нижняя часть тела вообще отсутствовала. Вместо неё в брюхо Королевы уходили толстые пульсирующие жилы. Существо дёрнулось. Разинуло отверстие, лишь отдалённо напоминавшее рот.

И заорало:

— ПЕРЕГОВОРЫ!

Конечно, многие из вас скажут, что заканчивать книгу в момент начала переговоров с экзистенциальной угрозой как минимум бесчестно. И вообще вызывает серьёзные подозрения: а есть ли у автора пиво?

На это я могу ответить только одно. Поймите меня правильно. Я, конечно, ещё не совсем эльф… но у меня появилась цель. Цель с большой буквы «П». Полтора миллиона рублей.

Да, это дом. Да, это корабль. Да, он в Удмуртии. Да, он мне нужен. Но согласитесь, если уж переезжать в Россию, то делать это надо как нормальный дварф. С пивом, основательно и красиво. К тому же, люди будут называть меня Капитан.

Если же без шуток, то мне действительно пора потихоньку двигаться дальше. Кто не знает, сейчас я живу в Казахстане, но уже давно подумываю о переезде в РФ. А переезд, как выяснилось, штука довольно дорогая. Особенно если ты писатель, который зачем-то вместо спокойных коммерческих книг начал писать про подземную цивилизацию дварфов, выращивающих грибнину и воюющих с коллективным паучьим разумом.

Но знаете что?

Мне очень понравилось это путешествие.

Спасибо вам за него.

И нет, с дварфами мы, скорее всего, ещё не закончили. У меня на них есть планы. Небольшие. Коварные. Но пусть пока это останется сюрпризом.

А сейчас я, пожалуй, допишу «Наследника». Или, кто знает, может всё-таки наступлю на горло своему эстетическому чувству и напишу что-нибудь про Великую Отечественную с попаданцем. Потому что, как показывает практика, попаданец уже давно превратился не в жанр, а в элемент интерфейса. Без него читатель иногда просто не нажимает кнопку “читать”.

Но я рад. Дварфы всё равно получились. И даже получились чуть глубже и интереснее чем... может, даже, самого автора. Что, впрочем, не так уж сложно.

Ну, раз мы тут все собрались своим кружком, где только свои, пожалуй, пока дело не дошло до штурвала, выложу карты на стол.

Надо сказать, что многоноги появились у меня очень давно. Даже раньше многих других идей этого мира. Изначально это была скорее форма какого-то почти экзистенциального зла. Не в смысле “демоны и тьма”, а нечто максимально отвратительное. Ну вот что может быть хуже социальных пауков? Правильно. Политики. Но они представляют реальную опасность и про них я писать не буду.

Однако внимательные читатели, пришедшие ещё после «Восьмого Королевства», могли заметить интересную разницу между многоногами и Старым Врагом. Кстати, надо будет однажды всё-таки перепройтись по «Восьмому Королевству». Возможно, даже переписать концовку. Но нет. Подождите. Не всё сразу. Я слишком легко начинаю копать сразу в десяти направлениях.

Так вот.

В «Восьмом Королевстве» многоноги были практически неостановимой силой. Самовоспроизводящейся машиной войны. Не экосистемой даже, а чем-то вроде биологического оружия, заточенного под тотальное уничтожение. И, если честно, бедные дварфы против такой штуки просто не выжили бы. Рано или поздно их бы всех сожрали. За сто лет. За тысячу. Неважно.

Поэтому разновидность Старого Врага в «Дварфе» — другая.

И, что забавно, это даже не рояль.

Меня когда-то очень очаровала одна механика из Space Rangers. Если вы вдруг ставили высокую сложность, то одним из способов выживания против доминаторов было… спрятаться за другим доминатором. Дело в том, что они не нападают друг на друга, а один менее агрессивен и его можно призвать в нужное место. Отгородить свой кусок галактики менее опасным хищником и спокойно развиваться внутри.

Мне всегда хотелось где-то провернуть похожую идею.

Поскольку сами многоноги выросли у меня из переосмысления мифа о сторуких великанах гекатонхейрах, стерегущих Тартар, то и Старый Враг здесь — скорее древняя система охраны. Учитывая божественную природу магии, которая вплетается в мир становясь его частью, она по сути вросшая в окружающую среду. Вроде фауны Австралии. Занявшая экологическую нишу.

Они не несутся бесконечной волной завоевания. Они расползаются медленно. Устраивают гнёзда. Врастают в камень. Сидят вокруг чего-то древнего и опасного, как пауки вокруг яйца.

На поверхности, судя по всему, им вообще не слишком хорошо. Они подземные существа. Хотя кто знает, возможно, на южных берегах мира можно однажды найти и поверхностные гнёзда. Но всё же это не та страшная цивилизационная антибожественная мясорубка из «Восьмого Королевства».

Потому что та разновидность, скорее всего, создана уже людьми. Ну давайте честно. Люди в фэнтези обычно делают именно это. Берут божественную штуку и начинают “допиливать интерфейс”.

Боги создали основу.

Люди добавили:

масштабирование,

агрессию,

управляемость,

специализацию,

и, вероятно, способность воевать именно с богами.

А потом с ними случился парадокс «зондов фон Неймана». Они забыли предназначение или размноженились так, что стали угрозой. Как мне кажется, сами боги не слишком хороши в инженерии сложных систем. Они могут менять фундаментальные законы мира, ломать физику, творить чудеса… но им всё равно зачем-то нужны смертные, чтобы:

строить,

ткать,

считать,

придумывать,

улучшать,

и вообще возиться лапками с материальным миром.

Ну и любить их, разумеется.

Пожалуй, отношения богов и смертных я всё больше вижу как попытку завести очень маленького, очень умного и очень полезного зверька, который ещё и делает тебе всякие интересные штуки. Что же касается самого Старого Врага, то он всегда задумывался не просто мерзким. Тут идея глубже.

Меня давно интересовала мысль о по-настоящему нечеловеческом разуме. И это сложно.

Потому что насколько вообще может отличаться от человека разумный паук? Я понятия не имею. Поэтому Старый Враг у меня лишь частично разумен в привычном смысле. И даже этот разум у него во многом работает через встроенные человеческие мозги.

Но это не “очеловечивает” его. Скорее наоборот. Он использует разумных существ как интерфейс.

Как инструмент.

Как мы используем память, язык, счёты, или, если угодно, калькулятор.

Мне кажется, именно поэтому меня так зацепила идея переговоров через деформированных носителей, пришитых к матке. Это не “паук заговорил”. Это система поняла, что человеческая речь помогает снижать вероятность немедленного насилия.

И использовала её. При этом сама мотивация Старого Врага, скорее всего, совершенно иная. Не банальное зло, потому что ну оно злое. Даже не желание доминировать или там насладиться страданиями.

Скорее… желудок с логикой. Экосистема, умеющая думать. Переработка среды. Дварфы для неё одновременно и угроза, и строительный материал, и источник полезных мозгов, и носители информации, и, пусть и трудная в добыче, пища. Тут, конечно, ещё придётся много думать. Это на самом деле довольно сложный проект. Потому что описывать нечеловеческий разум тяжело.

Кстати, именно поэтому мне всегда нравился Solaris. Лем очень хитро ушёл от прямого описания чужого сознания. Мол, мы вообще не способны понять, как оно мыслит.

А вот в Blindsight (Ложная Слепота) Питера Уоттса подход уже другой. Там чужой разум не непознаваемый. Он просто не обязан иметь человеческие свойства вроде самосознания. И это, честно говоря, пугает куда сильнее.