Я осталась одна со своими нерадужными мыслями. Я в отеле, что по непонятным мне причинам имеет свойство передвигаться в пространстве и не могу из него выйти, пока мы не достигнем определенного местоназначения. Знать бы еще куда именно мы держим путь, и кто выбирает маршрут…

Что ж, мне надо лишь продержаться в этом здании, что нашептывает мне бежать из него со всех ног, всего лишь неделю и я смогу вернуться в приют к Лейле. Сомневаюсь, что она будет рада увидеть меня вновь на пороге с пустыми карманами, ибо у меня были опасения, что Француа мне не заплатит и монетки. Наши с ним отношения не задались уже с самого начала, и боюсь, они не выправятся к концу седьмого дня. Ну да ладно, мы найдем выход. Лейла всегда находит выход.

***Дуриан — самый вонючий фрукт, которые люди описывают как «ад снаружи — рай внутри»

День спустя

Я проснулась от резкого стука двери о стену и ставшего уже привычным крика метрдотеля:

— Быстро убери номера 3013 и 2100! У тебя полчаса! Мы скоро прибудем в Сноувилл.

— О, господи! — выкрикнула я в испуге, прикрываясь одеялом.

Зажмурилась от ворвавшегося в мою каморку ослепительного света, коим был освещен коридор. Протерев лицо ладонями, почувствовала влагу в уголках глаз. Я опять плакала во сне, а это могло значить только одно — буду опухшей и похожей на азиатку.

Резко пробужденное сознание нехотя возвращалось в реальность. Сноувилл? Мы же держали путь к Даркленд? Или мы уже там были? Ах да, были. Сколько же это я сплю? Какова же скорость этого отеля, если мы всего за одну ночь преодолели столь огромное расстояние?

Бегло осмотрела комнату в полутемноте и подмечая каждое изменение: у подножья кровати кто-то повесил мне униформу. Когда? Кто? Почему я не проснулась? Мне стало противно от того, что пока я спала, за мной наблюдали. Это уже ни в какие ворота не лезло!

Униформа оказалась длинным платьем закрытого кроя до середины икр, шоколадного цвета с белыми рюшечками. Ткань была грубой, но все же приятней чем тот мешок, что я носила до сегодняшнего дня.

Отбросив все сомнения, быстро натянула его, порадовавшись тому, что сидело оно на мне прям идеально. На скорую руку справив нужду и умывшись, я набрала воду в немного помятое теперь ведро и поспешила наверх. Однако едва я открыла дверь, то застыла как вкопанная!

Антураж отеля вновь сменился. Теперь вместо темных готических стен везде была снежная зима с некоторой рождественской атрибутикой, как пример, красногрудых птичек на ветках, что торчали из стен и у которых, как мне показались были живые глаза, что стало жутко на них смотреть. Я, наверное, не сильно удивилась бы, узнай прямо сейчас, что их просто заколдовали или же умертвили так быстро, что бедное создание даже понять не успело. В любом случае оба этих варианта были жестоки и омерзительны.

Всюду лежал сугробами снег. Его аж припорошило вдоль стен, от чего стал вопрос: есть ли необходимость мыть в коридорах полы?

Красный ковер все так же лежал под ногами, но теперь похрустывал от тяжести шагов. Воздух был прохладен и свеж.

Вспышка кратковременной боли в голове заставила меня поморщиться. Я будто помнила этот снег на вкус, однако воспоминания были какими-то неприятными. Возможно, где-то в прошлой жизни я не очень-то и любила зиму, но не могла поспорить с утверждением, что она волшебная!

На несколько секунд я позволила себе покружиться и половить редкие, но крупные снежинки, что медленно сыпались с потолка, прежде чем бежать выполнять свои непосредственные обязанности. И вот ведь какая досада: опять забыла номера комнат! Да что же это такое?! Почему я настолько невнимательна и глупа, что не смогла запомнить каких-то пару цифр!?

Делать нечего, пришлось идти к стойке регистрации в надежде, что мой работодатель тоже не отлынивает от своих дел. Да только где уж там! Француа как обычно не оказалось на месте.

Тяжело вздохнув, поняла, что следующая порция криков не за горами. Что-то я уже начала привыкать к ним, а ведь с момента как вступила моя нога в этот проклятый отель прошло всего ничего.

В надежде, что найду информацию на стойке, я заглянула в бумаги, но опять-таки ничего не поняла: «1055. Чемодан. Принц», «2041. Камнепад. Дожди». И ни слова про обязанности по уборке комнат! Да будь ты неладен! Ну неужели нельзя завести специальный журнал и вписывать, кто уезжает, а кто въезжает! Это же так просто! Как он вообще ведет учет? Одни каракули и символы, не говоря уже о неизвестных языках, которые я знать не знаю!

«Вот ведь поле для исследований для Дарьи Донцовой!», — вихрем пронеслась в голове мысль и так же стремительно исчезла, оставляя после себя ворох вопросов.

А она-то кто такая и что за странное имя? Нет, главное собственного имени я, знаете ли, не помню, а какую-то Донцову мозг мой взял, да и выдал! Гениально! Будем думать, что она была моей близкой подругой и вскоре я вспомню о ней еще что-то полезное.

Внезапно, словно из ниоткуда, перед моим внутренним взором развернулась сцена, настолько яркая и осязаемая, что я на мгновение потеряла связь с реальностью. Холодное, стерильное помещение с ослепительно белыми стенами, на которых нервно мерцала какая-то аппаратура, стало декорацией для странного действа. В центре этой картины возник расплывчатый силуэт мужчины, который, протягивая мне книгу, произнес с какой-то небрежной добротой:

— Маш, на, хоть почитай, что ли?

Я взглянула на обложку и увидела там нечто совершенно неожиданное — забавную карикатуру, изображающую целую толпу колоритных персонажей, и под ней — имя, которое я никак не могла связать с этим моментом: "Дарья Донцова".

Занавес опустился так же стремительно, как и поднялся. Этот мимолетный флэшбэк, длившийся всего несколько секунд, оставил меня в полном недоумении. Я не могла понять, было ли это реальным событием, затерянным где-то в глубинах моего сознания, или же это всего лишь игра моего разума, породившая столь странный образ. Единственное, в чем я была уверена, — это в том, что Дарья Донцова, скорее всего, никогда не была моей подругой.

Времени на то, чтобы вникнуть во все детали происходящего, у меня совершенно не оставалось. Я быстро пробежалась взглядом по паре ящиков, с удивлением отмечая царящий там беспорядок. Вздохнув, я решила действовать интуитивно, ориентируясь на звуки, доносящиеся из-за дверей. Логика подсказывала, что люди, которые выселяются, наверняка будут шуметь, собирая свои пожитки. Если бы я сама оказалась в подобной ситуации, будучи постоялицей этого необычного отеля-поезда, то, скорее всего, имела бы при себе целый арсенал сумок, набитых вещами "на всякий случай"...

Едва эта мысль мелькнула в голове, как меня вновь охватило странное ощущение дежавю. Этот день словно превратился в настоящую машину времени, переносящую меня в прошлое!

Я оказалась в просторной комнате, стены которой были окрашены то ли в теплый персиковый, то ли медовый оттенок. И да, я выбирала пышные платья для какого-то торжества, отбраковывая и сбрасывая большинство из них на огромную кровать с балдахином.

Это видение было мимолетным, настолько коротким, что даже не успела осознать, кем была в тот момент и где именно находилась. Но самое поразительное было то, почему за все недели пребывания в этом приюте я не вспомнила ничего подобного, а теперь, всего за сутки, на меня нахлынуло сразу несколько таких ярких воспоминаний!

Как в состоянии сомнамбулы осмотрела на стены и даже рискнула прикоснуться к холодной древесине, почувствовав, как пальцы тут же кольнуло холодом. Здание вновь издало протяжный выдох, заставив меня улыбнуться.

Мне почему-то показалось, что оно живое и ему явно нравятся мои прикосновения. Представила, как здесь, впрочем, как и во многих других отелях, порой происходит шумиха, драки, где ни раз эти стены были свидетелями кулачных боев и им самим попадало от безумцев. И никто и никогда не гладил эти доски, никто и никогда не проводил рукой по этой лепнине, поражаясь ее красотой.