— Значит, ты продолжаешь вести трансляции, но более осторожно. Покажи мою повседневную жизнь, пусть зрители увидят не только моменты слабости, но и моменты, когда я выполняю свои обязанности лорда.

— Это хорошая идея, — согласилась я, чувствуя, как мой мозг начинает работать в привычном русле, планируя контент. — Я могу создать серию эфиров о жизни драконьего лорда. Показать, что ты не просто психованный затворник, а правитель, который реально заботится о своих землях и людях. Это сбалансирует картину.

— Именно, — Элиан записывал что-то на бумаге, его почерк был таким же аккуратным и выверенным, как и все в его жизни. — Но это только защитная стратегия. Нам нужно нападение. Нам нужны доказательства против Вальтера.

— И здесь в игру вступаю я, — я выпрямилась в кресле, чувствуя прилив азарта. Да, это было опасно. Да, это было рискованно. Но я всегда любила рискованные игры, только раньше ставками были подписчики и рекламные контракты, а теперь — жизни людей и будущее целой долины. Как-то сразу стало серьезнее и ответственнее, но отступать было поздно. — Я продолжаю общаться с ним, изображаю заинтересованность в его предложениях. Спровоцирую его рассказывать больше о своих планах. А мое зеркало в это время будет все транслировать.

— Ты хочешь спровоцировать его на публичное признание? Это безумие.

— Это гениально, — поправила я, чувствуя, как план обретает форму в моей голове. — Я же блогер, Элиан. Создание вирусного контента — это мое. Нужно просто применить эти навыки в новых условиях. Я начну грандиозный прямой эфир с огромной аудиторией. Вальтер не будет ни о чем догадываться до последнего момента. Он начнет хвастаться своими планами... а потом бум — все это видели, доказательства налицо.

Элиан молчал несколько секунд, обдумывая мои слова, и я видела, как в его голове просчитываются все возможные варианты развития событий, все риски и возможности. Его аналитический ум взвешивал каждую деталь.

— Это может сработать, — сказал он наконец. — Но нужно быть очень осторожной. Если он заподозрит что-то до того, как мы получим нужные признания, вся затея провалится, и ты окажешься в опасности.

— Я справлюсь, — повторила я с уверенностью, которая удивила даже меня саму. Когда я успела стать настолько уверенной в себе в вопросах, не связанных с селфи и лайками? Когда научилась планировать что-то более серьезное, чем очередной скандал? — Вальтер считает меня глупой блондинкой, которой можно манипулировать с помощью комплиментов и блестящих безделушек. Это его ошибка. Я дам ему именно то, что он ожидает увидеть: легкомысленную девушку, жаждущую внимания и славы. Он ничего не заподозрит. А на самом деле я буду транслировать каждое его слово, каждую оговорку, каждое случайное признание, и в конце концов сплету из этого веревку, на которой он сам себя повесит.

Элиан смотрел на меня с выражением, которое я не могла до конца расшифровать. В его глазах было что-то теплое, почти нежное, смешанное с беспокойством и... гордостью? Да, определенно гордостью.

— Когда ты вот так вся собранная и целеустремленная, — сказал он тихо, — ты выглядишь совершенно иначе. Не как та девушка в розовом платье, которая ворвалась в мой замок.

Я фыркнула, чувствуя, как щеки предательски розовеют от его слов.

— Та девушка была дурочкой, которая не понимала, куда попала и что здесь важно. Я все еще та же Вика, просто с новыми приоритетами.

— Новыми приоритетами? — переспросил он, слегка наклоняя голову, и этот жест был таким по-человечески любопытным, таким не похожим на его обычную сдержанность, что я не могла не улыбнуться.

— Ну да. Раньше главным для меня были просмотры, лайки, количество подписчиков. Теперь... — я замялась, не зная, как сформулировать мысль, не показавшись слишком сентиментальной. — Теперь есть вещи, которые важнее. Люди, которые важнее.

Повисла тишина, наполненная треском поленьев в камине и тихим завыванием ветра за окном. Элиан смотрел на меня, и между нами висело что-то невысказанное, но осязаемое, как электричество перед грозой.

— Вика, — начал он, и его голос был хриплым, — я...

Но что он хотел сказать, я так и не узнала, потому что в этот момент где-то внизу раздался громкий звон. Это означало, что кто-то активировал главное зеркало замка, требуя срочной связи с лордом.

Элиан вздрогнул, словно очнувшись от транса, и его лицо снова приняло обычное сдержанное выражение.

— Мне нужно ответить, — сказал он, поднимаясь. — Это может быть что-то важное.

Я тоже встала, чувствуя странную смесь облегчения и разочарования. С одной стороны, я не была уверена, что готова услышать то, что он собирался сказать. С другой — очень хотела узнать.

Но с этим разберемся потом, когда не будет нависать угроза над всей долиной и когда мы оба не будем настолько эмоционально истощены.

— Иди, — кивнула я. — А я пойду к себе. Мне нужно выспаться, завтра будет сложный день.

Элиан колебался секунду, глядя на меня, а потом вдруг шагнул вперед и очень быстро, почти стыдливо, коснулся губами моего лба. Это было очень целомудренно, но от этого прикосновения по моему телу прошла волна тепла, а в груди что-то сладко сжалось.

— Спасибо, — прошептал он. — За честность. За то, что пришла. За то, что хочешь помочь.

И прежде чем я успела что-то ответить, он уже вышел из комнаты, оставив меня стоять посреди его покоев с глупой улыбкой на лице и бешено колотящимся сердцем.

Следующие несколько дней были наполнены тщательной подготовкой и нервным ожиданием. Утром после нашего разговора я нашла Марту на кухне, где она замешивала тесто для хлеба, и попросила о помощи.

Марта выслушала меня внимательно, время от времени кивая и задавая уточняющие вопросы. Когда я закончила, она вытерла руки о фартук и серьезно посмотрела на меня.

— Это опасная игра, девочка, — сказала она, и в ее голосе звучало беспокойство. — Вальтер не дурак. Если он что-то заподозрит...

— Я знаю, — перебила я. — Но выбора нет. Он не остановится, пока не получит то, что хочет. А я не могу позволить ему разрушить Долину Безмятежности.

Марта долго смотрела на меня, словно пытаясь заглянуть в душу, а потом медленно кивнула.

— Ты изменилась, — констатировала она. — Когда ты только появилась здесь, я думала, что ты не продержишься и недели. Слишком избалованная, слишком эгоистичная. Но я ошибалась. Ты оказалась сильнее, чем кто-либо из нас думал.

Ее слова согрели меня изнутри, и я почувствовала прилив благодарности к этой простой женщине, которая приняла меня, несмотря на все мои выходки.

В тот же день я получила звонок от Вальтера через зеркало в моей комнате. Его улыбчивое, обворожительное лицо появилось в отражении с этим характерным блеском в глазах, который я раньше принимала за искренний интерес, а теперь понимала, что это холодный расчет хищника.

— Моя дорогая Виктория, — произнес он медовым голосом, и от этого обращения меня передернуло. — Как приятно видеть твое прекрасное лицо. Я надеюсь, ты не забыла о нашей дружбе?

Я заставила себя улыбнуться кокетливой улыбкой, которую оттачивала годами перед камерами в прошлом мире.

— Конечно нет, как я могла забыть о столь щедром и внимательном мужчине?

Как же мерзко было произносить эти слова, зная, кто он на самом деле! Но надо держаться. Надо играть роль глупой блондинки, которая польстилась на его внимание и подарки.

— Я рад это слышать, — его улыбка стала шире. — Скажи мне, мой цветочек, как продвигаются твои трансляции? Публика ждет новых выходок твоего дракона-затворника?

Его тон был небрежным, почти шутливым, но я уловила напряженное ожидание в его взгляде. Ему было важно знать, продолжаю ли я выполнять свою часть его плана.

— О, еще как, — я закатила глаза.

— Превосходно, — в его глазах блеснуло удовлетворение. — Видишь, я же говорил тебе, что ты создана для славы. Такой талант не должен быть погребен в этом скучном замке с его ненормальным хозяином.