— Хочу тебя трахать… Дашь мне немножко? — спрашивает, снимая с меня колготки, бережно перенимая каждую из моих ног и укладывая себе на плечи.
Склоняется, целует меня в губы, расстёгивает кардиган, а следом и снимает и майку… Лифчик не трогает, зато касается пальцами цепочки.
— Носит… Не снимает… — с довольным видом констатирует обо мне в третьем лице.
— Ты с кем это там разговариваешь… Всё, кукуха поехала?
— Со своим членом… С недавнего времени, когда ты перестала нам давать…
Я хохочу, пытаясь выползти из-под него, но он дёргает меня под себя обратно.
— Лежи лучше по-хорошему…
— Сам лижи, — выпаливаю, раздвинув перед ним ноги.
— Да не вопрос… — ныряет лицом к моим трусам, заставляя меня застонать под ним. — Тихо ты… Тихо… Не кричи…
— М…
— Моя девочка…
Садовский кряхтит, шумно дышит и заставляет меня извиваться в преддверии оргазма. Начатое до конца не доводит. Спускает штаны раньше и нетерпеливо толкает в меня свой член, целуя в губы… Я снова под ним и снова ощущаю его попытки показать мне силу и власть надо мной. Почему попытки? Потому что даже если трахает меня он. Руковожу процессом всё равно я.
— Сильнее, Влад…
Едва произношу, как его руки сжимают мои бёдра, и он вколачивается в меня с усилием атланта. И я скучала по нему… Скучала по вот этому… У меня были месячные пять дней, тест по уголовному праву и мне было вообще не до этого, сейчас же я восполняю резервуары…
Когда оба взрываемся, прилипаем друг к другу, словно на суперклей. Я от него не могу оторваться, он от меня. Оба потные, в жидкостях друг друга… И мне это так безумно нравится, если честно…
Особенно, как он наминает мою задницу после этого и не перестаёт облизывать шею и лицо.
Смеюсь… Даже ржу на всю комнату.
— Садовский, прекратиии! Чего ты как собака!
— Р-р-р… Загрыз бы тебя, сучку… — рычит, пока я хохочу.
— Придурок! — визжу, и тут в дверь стучат.
— У вас всё хорошо? Чего вы так кричите?
— Ма, мы голые, блин! — выпаливает Влад, и я тут же сбрасываю его с себя, пока она удаляется, хихикая.
— Ты совсем уже! Нельзя так, Влад!
— Почему нет?
— Потому что это их дом… Не наш…
— Так давай найдём наш тогда…
— Что?
— Что… Ну снимем что-то своё…
— Влад, мы же обсуждали это…
— Блядь… — вздыхает он и двигается на край кровати.
Я тут же обнимаю его, пока не стало слишком поздно. Прижимаюсь всем телом и целую плечи.
— Это не значит, что я не серьёзно настроена…
— А что это значит? Когда будет «да»?
— Я… Пока не знаю. Как с учёбой раскидаюсь…
— Ага, я так и понял…
— Влад… Правда… Ну, ты что… Погоди… — торможу его голого посреди комнаты. — Я правда думала об этом… Не сейчас, но в будущем… Ладно?
Он касается моего лица, бодает и прикрывает глаза.
— Ладно… На колени вставая, рыжая…
— Что?
— Давай… — проскальзывая большим пальцем по нижней губе, надавливает на плечо, и я послушно опускаюсь…
Ладно, признаюсь… Немножечко мне хочется позволить ему вести…
Порой даже слишком…
И когда я сосу его член, не могу точно понять, кто из нас в чьей власти находится… Однако мне это действительно нравится…
* * *
Когда время переваливает за одиннадцать, мы наконец спускаемся вниз…
Родители, заметив меня, улыбаются…
— Здравствуйте…
— Привет, Маша…
Мы обмениваемся парой дежурных фраз и… Пьём чай вчетвером. Тему практики я не поднимаю. И Александр Борисович тоже молчит, что для меня очень и очень странно… Когда я, чуть обмолвившись, бросаю что-то о работе, меня тут же переключают, словно эта тема здесь больше не приветствуется…
Я думаю, что это мне только кажется, но потом…
Я отпрашиваюсь сходить в уборную, а когда возвращаюсь слышу приглушенный разговор.
— Потом что-то придумаешь, я не хочу, чтобы она там была и точка…
— Я уже обмолвился, сын. Как ты себе это представляешь?!
— Нужно было меня спрашивать, прежде чем что-то предлагать. Нет, я сказал. Она не будет там практиковаться…
— Ладно, скажу, что в штате убрали практикантов…
Мне вдруг становится так больно внутри… Что я задыхаюсь.
— Мальчики, всё, тише… Не нужно ссор, — грозно шепчет им Роза Сергеевна, и я собираю силы в кулак, чтобы выйти с нормальным лицом, однако не уверена, что у меня получится это сделать…
Глава 51
Влад Садовский
Я не могу, как меня злит эта херня с практикой. Каждый раз, когда отец или Маша заикаются. У меня, сука, слов не хватает. И так не видимся… И так редко с ней бываю, а тут ещё это…
— Влад… Мне мама звонила… Просит побыстрее приехать… — появляется Маша на пороге со взволнованными глазами.
— Всё в порядке?
— Да… Она просто просит поскорее… Что-то ей помочь надо…
— Давай я помогу…
— Не надо, просто отвези меня домой… Спасибо вам за ужин, всё было очень вкусно…
— Да вы же не ели толком… Поклевали только, — хихикает мама, провожая нас взглядом…
— До свидания!
— До свидания, Машуля…
Я веду её до машины, пытаюсь приобнять, но ни в какую не удаётся. Чувствую, что она напряжена и понимаю, что это из-за матери…
— Маш… — помогаю ей сесть. — Что бы она там ни сказала, это не правда… Ладно?
— Угу… Влад, ты можешь поскорее меня довезти?
— Могу… Ладно, извини…
Я сажусь за руль, завожу машину и всю дорогу Маша молчит, глядя в окно, словно не здесь сейчас и не со мной… Как только доезжаем, отстёгивает ремень и тут же дёргает за ручку двери.
— А попрощаться?
— Пока, я тебе напишу, — отвечает, убегая. Ни поцеловала… Нихуя… Зашибись просто.
«Я заслужил хотя бы поцелуй, не?», — отправляю ей сообщение, когда она уже вбегает в подъезд… Мне не отвечает. Я уезжаю…
Чувствую при этом как разрывает от эмоций грудь. Словно гранату внутрь сложили и выдернули чеку.
Какого хуя?! Ну видно же, что я серьёзно настроен… Что, мать вашу, не так?! Почему её мама так вот портит нам вечер и общее настроение? Прекрасно же всё было… И вот опять…
Сижу возле дома в тачке ещё минут пятнадцать… Не хочу возвращаться в комнату, тем более, что она мне так и не написала… И не отвечает даже. Я звоню… Звоню снова и снова… Скидывает и присылает:
«Влад, я занята, маме помогаю, извини».
«Ладно… Перед сном позвони».
«Ок»…
Я прихожу домой… Сажусь с родителями, толкаю в рот какую-то конфету, даже не ощущая её вкуса. Чувствую, что хандрю. Вообще никогда ещё так не было. Будто меня выпотрошили до основания…
— Что такое, Влад? Это из-за разговора с отцом? — спрашивает мама, присев рядом. Домывала посуду. Вижу, что переживает.
— Нет… Я не знаю. Я хочу жить с ней отдельно, она не готова. Хочу проводить больше времени, потому что мне мало, она и к этому не готова… А мне мало просто, мама…
— Потому что ты в меня… Мне тоже мало Вашего отца… Ты тактильный, очень ласковый… Тебе нужно много внимания. Люди разные…
— И чё мне теперь делать-то?!
— Не знаю, Владик… Потерпи… Придёт время, и Маша тоже остынет. Решит, что для неё главное…
— А если решение не в мою пользу, тогда что, мам…
— Тогда… Разрыв, — вздыхает она, и мне даже от этого слова больно, если честно. Потому что я уже прикипел. Я клянусь, я бы лучше один был, чем вот это всё… Она вечно где-то. Вечно что-то… И я не в состоянии это контролировать.
Звоню снова… Уже когда время переваливает за час ночи…
«Маш, ты где?».
«Я сплю, Влад. До завтра, извини».
«Ты даже не позвонишь?».
«Не могу».
Я вообще не понимаю, что, блядь, происходит?! Бешусь ужасно… Ощущение, что я реально для неё на сотом месте где-то в самой жопе. Тогда ка кона для меня номер один, блин, по всем фронтам. Так не делается… Я другого ждал…
* * *
Утром просыпаюсь весь мятый… Плохо спал. Поздно отрубился, потому что маялся дурью, смотрел её фотки, выбирал квартиры на сайтах. Разное делал…
