— Когда это…
— Речь не о полноценном сексе… Какая разница?
— Есть разница, поверь. Девчонкой нужно обладать, чтобы быть уверенным, что твоё… — говорит он, чуть привстав с дивана, и я смотрю на него, нахмурившись.
— То есть, ты… Садовский, ты… До сих пор не уверен, что я твоё?! — дрожит мой голос, но не так, что я сейчас разревусь, а так чтобы оторвать кому-то его яйца и выколоть подлые глаза.
— Нет, — насмехается он. — В смысле… Уверен. Я бы ни для кого так не стал… Ты поняла, кароче… пойду отолью… — он уходит, а я прожигаю его спину в ответ. — Ну не смотри так! — кричит, будто видит жопой.
— Да пошёл ты, Владленчик! Сейчас напишу Артуру, что я выбрала его!
— Только попробуй, сучка!
— И попробую!
— Всю жопу тебе выдеру! — хлопает дверью, а я падаю головой на подушку и смотрю в окно на тёмную улицу… Беру телефон, там несколько гневных сообщений от матери.
«Маня, где тебя носит?!
Маша! Живо ответь мне!
У меня давление поднялось, что ты творишь?!».
«Мам, ну всё хорошо, время детское, только десять. Ложись спать уже. Я не приеду. Только через день…».
«Ах ты паршивка такая…», — дальше не читаю, улыбаюсь и сворачиваю экран. Слышу, как дверь в ванной открывается и он куда-то идёт… Мимо гостиной. Потом слышу звук входной двери и вижу, как он курит на улице, переписываясь с кем-то. Моментально злюсь… Иду туда прямо голая, взглянуть через окно… Стою напротив окна и сверлю его, параллельно всматриваясь в свои же отражающиеся изгибы тела… Он поднимает глаза и залипает, но по моему лицу должно быть видно, что я готова ему что-нибудь оторвать… Защёлкиваю замок, чтобы закрыть его там навечно…
Он закатывает глаза, тушит сигарету, подходит к окну и показывает мне экран, где высвечиваются мои фотографии. Видимо, он снимал, когда я смотрела фильм. Когда только успел? Мой профиль… Моя улыбка. Почти все сделанные тайком в спешке, но сам факт…
Влад дёргает за ручку двери и понимает, что я его там закрыла…
Растягивает улыбку, мол «впусти», а я мотаю головой…
— Маш…
— Волшебное слово…
— Пизда с ушами…
— Скотина…
— Шучу-шучу… Малыш, впусти… — дёргает снова. — Моя королева…
Уголок моих губ приподнимается, и я всё же впускаю его внутрь с довольным лицом… Она заходит. Видит, что я перед ним полностью голая и…
— Это зелёный свет?
— Не надейся…
— Вареник проветривала? — спрашивает и ржёт, как баран.
— Тебе точно двадцать? Порой кажется, что ты застрял в пубертате. И тебе лет пятнадцать, блин. Как был придурком, так и остался, — начинаю уходить, но он обнимает меня сзади.
— Да погоди ты… Извини… Ну, я могу пошутить стрёмно — да… Я такой по натуре. Это же не значит, что я не могу быть серьёзным…
Чувствую, как его щетина касается изгиба моей шеи… Как руки сжимают плечи и, опускаясь на талию, сцепляются в замке на животе.
— Ты такая красивая… — смотрит на мою грудь, дышит куда-то в ухо и… У меня всё тело моментально прошивает молниями… Соски торчат, низ живота тянет… Как же с Садовским офигенно даже просто стоять вместе…
— Сильно красивая?
— Сильно…
— М-м-м… Красивее Кристиночки? — он замолкает, а я оборачиваюсь и смотрю на него волком. — Чего ты замолчал, Садовский?!
— Да я просто думаю… Почему у тебя на неё такой пунктик сработал? Я даже не сравнивал вас никогда.
— Он сработал, потому что эта единственная девушка, с которой ты что-то мутил по-серьёзному… Вот и всё, — дёргаюсь я и ухожу обратно, залезая под одеяло… Но он всё это время идёт за мной, конечно… Наблюдает.
— У меня не было с ней по-серьёзному. Ни с кем не было… И… — он садится напротив меня и наливает нам по бокалу шампанского. Протягивает его мне и поднимает свой. — Тебе на радость… У меня стоял с ней только по пьяни. С тех пор как я за тобой начал… Ну…
— Что?!
— Ага, — выпивает эту херню залпом, и я начинаю довольно заливисто хохотать на весь домик, спрятав лицо в подушку. Потому что не похоже, что Садовский шутит… Я — причина отсутствия его эрекции с другими? Ну просто ляпота!
Моя молодёжная горячая новинка «Плохой мальчик» https://litnet.com/shrt/WEW5
Он стоит за моей спиной. Я чувствую его присутствие, даже не видя его самого. Просто знаю, что это он… Я специально оставила окно открытым. — Ты знала, что я приду, — его голос такой низкий, обволакивающий. Я сжимаю край стола, словно могу что-то изменить, но на деле понимаю, что уже поздно давать заднюю… — Я не звала тебя… — Я не из тех, кого можно позвать. Я решаю сам, ты это знаешь. Его ладони ложатся на мои бёдра, притягивают ближе. Я упираюсь руками в столешницу, будто это может меня спасти. Чувствую давление. Жестокое, беспощадное. Уже знаю каким он может быть ужасным человеком… — Посмотри на меня, — командует он. Я поворачиваю голову. В полумраке его глаза — два тёмных озера, в которых можно утонуть. Его пятерня ложится на моё лицо и сжимает его, словно показывая мне моё место. — Слушайся, — он проводит пальцем по моей нижней губе, надавливает. — Теперь ты моя собственность, Марина… Он заметил меня, но я не просила. Он заметил и захотел. И он не из тех, кому можно просто отказать… И теперь я якобы должна ему за спасение…
Глава 39
Влад Садовский
Смотрю на её красоту, на грацию тела… Нежность, чистоту… Женственность. На то, как она быстро перебирает ноги и прячется от меня под одеялом в спальне и следую за ней как послушный пёс на поводке, потому что… Я, кажись, бесповоротно влюбился. Не в задницу, не в сиськи и даже не в вареник. А в неё саму… И как сломать эту зависимость уже не знаю. Да и не хочу вовсе. Прав был Мирон, если нужна та самая, никакая на замену не сгодится. Ну, просто…
Не подойдёт…
Не тот запах, не тот смех, не тот взгляд и всё остальное. Всё не то… И характер. Этот сучий характер, который время от времени уходит куда-то на второй план, и тогда она открывается для меня настолько любящей и милой, что ей хочется залюбить до костей… Хочется успокоить…
— Обними меня, Садовский…
Прижимается ко мне совершенно голая, и я нюхаю её кожу, обхватив за ягодицы обеими руками. Это просто рефлекторно. Не с определенной целью. Но я же мужик. Мне нужно трогать. Удержаться я не способен, а она откровенно говоря провоцирует…
— Не боишься даже…
— Нет, чего мне тебя бояться… Ты же хороший мальчик, правда?
— Правда… Наверное, — ухмыляюсь, начав целовать её шею, пока она извивается в моих руках.
— Влаааад… Ну… Владик… Подожди…
— Что…
— Слушай, до ужина между нами точно ничего не будет… Я говорила тебе.
«До ужина». Так говорит, словно реально обозначает мне рамки. Типа в субботу всё и случится. Чё-то как-то даже не верится. Наверное, Солнце приблизится к Земле раньше, и спалит нас всех дотла… Это более вероятно.
— Я помню. И?
— Просто… Решила предупредить, потому что ты… Ну… — смотрит вниз и я понимаю, что там моя гаубица из трусов выглядывает и чё теперь.
— Извините, что не импотент…
— Извиняю, — обнимает обеими руками и смотрит мне в глаза. — Ты сказал, мама знает… Что ты ей рассказал?
— Что ты довела меня до ручки…
Она тут же цокает и обиженно стукает меня по макушке.
— Ай, шучу… Блииин… Ты абьюзерша…
— Я говорила про токсичность, ты сказал, что тебе всё равно…
— Ну, в моменте всё равно, конечно. Когда ты голая или когда мы лижемся…
— Садовскиииий, — закатывает она глаза. — Знаешь… Тебе очень идут рубашки и брюки…
— Возбудилась?
— Угу…
— Могу снова надеть, если хочешь…
Она хихикает и касается моего носа, глядя со стороны.
— Обожаю твой профиль…
— Ещё что…
— Руки…
— А член?
— Я ещё до туда не дошла, но да… И он мне нравится…
— Нравится… Это ты ещё пока с ним не знакома просто нормально.
— Я не верю, что мы здесь лежим… С тобой, — её голос дрогнет, и я смотрю на неё. Лицо изменилось… глаза блестят в темноте… И такая серьёзная мимика. Может, даже грустная…
