— Давай не будем… Поедем ко мне, можешь вообще переехать…
— Я не могу, Влад… Я правда не могу. И дело даже не в маме… А в том, что рядом с тобой я ни о чём больше не могу думать. Об учёбе, экзаменах… Столько всего задали, и нужно хотя бы начать это разгребать…
Смотрю на неё и даже язык не поворачивается ругаться, хотя в некоторые моменты хочется объяснить ей, что насрать на эту учёбу и всё остальное. Вот что важно. Она. Я… Мы. Неужели она, блядь, этого не видит?! Я едва расстаюсь с ней, как меня магнитом разворачивает и тянет обратно. И как тут выстоять, а?!
— Я скучать буду…
— И я, Владик… — обнимает меня и выходит из машины, а я за ней следом.
— Давай донесу…
— Нет, не надо… Будет лучше, если просто до подъезда. Она не тяжёлая…
— Эх, Маша-Маша…
— Что?
— Да ничего… Ладно. Поехал тогда, — вздыхаю, ещё раз поцеловав её в губы, но уже просто невесомо. Едва коснувшись. Знаю, что она ещё не поняла просто. Как ломает друг без друга… Не поняли и меня в ту же пропасть отправляет. Мирон с Камиллой вовсю живут вместе, а мы чё? Так и будем по разным углам шкериться? Я не хочу так… Не могу уже.
— Пока, — бросает перед тем, как убежать. Сама себя отрывает. Будто мазохистка, ей Богу. Я вообще срать хотел на всё с высокой колокольни. И ей это же предлагаю… Я бы дал ей всё, чего она захочет. Вообще всё… Но увы.
Приходится уехать…
До учёбы ещё дохрена времени… Отец, конечно, напрягается, что я как вафля игнорю работу. Часто пропускаю, ибо у меня все мозги сейчас другим заняты, но на этот раз я еду в офис, тем более, Мирон уже там. Хоть будет чем отвлечься…
— Дарова снова… Чё Мила дома осталась?
— Шмотки перестирывает, меня пнула на работу… — ржёт он, ковыряясь в батином серваке. — Ты чё кислый такой…
— Не знаю, — падаю на кресло. — Ощущение, что мы не до конца поняли чего хотим от этих отношений…
— Ну а ты говорил?
— Может, недостаточно ясно… Я хз… Она вечно про эту учёбу говорит. Я не вывожу уже. А потом ещё и практика добавится и тогда я вообще стрельнусь… Ты прикинь… Она тут у бати в офисе. Где куча уёбков в пиджачках с юридическим образованием.
— Ш-ш-ш, Влад, слышно всё, блядь, — угорает он, качая головой. — Ну, блин… Я не знаю… А ты как хотел?
— Я хз… Чтобы дома сидела и пирог берегла…
— Сука, — закатывается он. — Пироги пекла в оригинале, если что…
— Ну а у нас по-другому…
— Ясно всё… Сам же знаешь, что она не такая вообще… Моя будет дома сидеть, как Роза Сергеевна, Маха — сомневаюсь…
— Я о том и говорю… Получается, я изменился, а она? Это же нечестно…
— Честно, если ты сразу ей об этом не сказал…
— Да бля, ты такой, с-с-сука, правильный… Бесишь…
— Потому что я прав, поэтому и бешу тебя… Выдохни, Влад… Поговорите серьёзно. Может, жить вместе предложишь?
— Предлагал сегодня… Она на отрез вообще…
— Тогда хз… Странно, конечно…
— Вот и я говорю — странно…
И ощущаю себя ни меньше, ни больше, как лохом каким-то…
— Ты помогать будешь, нет?
— Буду-буду… Подвинься…
Я не знаю сколько времени проходит на работе, но каждую свободную минуту я думаю о ней и о том, что она не пишет мне… Вообще ничего. Словно меня нет, блин. И это напрягает до бешенства внутри.
«Мне одному так охуенно была, да?», — пишу ей сообщение, когда доделываю всё и мы с Мироном собираемся разъезжаться.
«Извини, я делала проект по Криминалистике, и уснула на столе, прости».
«Ничего… Устала, моя?».
«Есть такое… Мы же с тобой почти не спали».
«Я соскучился люто».
«Я тоже, Владленчик».
«Хочу тебя выдрать».
«Дурашка, а… Не получится».
«Почему?».
«Потому что мы не увидимся до послезавтра минимум».
«М-м-м… Ладно тогда. Я домой поехал», — убираю телефон в карман, и вдруг слышу, что он начинает звонить… На экране высвечивается имя моей пантеры, и я снимаю трубку.
— Что?
— А ты где был вообще, Садовский?! — с наездом спрашивает, заставив меня усмехнуться. Ревнивая, а… Даже не спрашивала ведь, а я забыл сказать…
— По тёлкам гулял, естественно…
— Я тебя точно сейчас кастрирую…
— Получается, единственный способ тебя поскорее увидеть, это кастрация? Да шучу я, Маш. На работе был с Мироном у отца в офисе… Сразу после тебя и поехал…
— М-м-м… Понятно… Привет ему…
— Проверяешь, да?
— Конечно…
— Тебе привет от Махи…
— Тоже привет, — передаёт он в ответ, и она сразу же успокаивается. Ну а я сажусь в машину, прощаясь с Мироном взмахом руки.
— Хочешь куда-нибудь со мной? — шепчу в трубку.
— Хочу…
— Я бы приехал и…
— Садовский…
— Если я не могу без тебя, чё мне теперь делать? Лысого гонять без конца?
— А что будет, когда я буду беременна, к примеру…
— К примеру? — спрашиваю и улыбаюсь.
— Ну в смысле… Когда-нибудь, я не знаю… Забей. Тупой пример.
— А, по-моему, ничего такой… Дома будешь сидеть. Под моим контролем… Я буду делать тебе приятно…
Несколько секунд она молчит. Это не значит, что я думал о детях, какие мне, нахуй, карапузы? Конечно, нет… Просто я бы хотел, чтобы она уже успокоилась с этой своей уголовкой…
— А тебя ничего не смущает, да?
— Нет… А что меня должно смущать?
— То, что у меня есть мечты… Работа и всё такое…
Я молчу, а она вздыхает.
— Я очень хочу тебя увидеть, правда… Не обижайся на меня.
— Я не обижаюсь, малыш. Всё нормально…
— Хорошо… Я люблю тебя. Когда приедешь домой, напиши, пожалуйста…
— Напишу… Люблю, — сбрасываю звонок, завожу машину и двигаюсь домой, только вот внутри теперь пиздец как гадко от всего этого. Я не знаю даже почему…
Глава 50
Мария Логачёва
Мы видимся… Да, не так часто, как ему бы хотелось, потому что я много учусь. Особенно, когда каникулы заканчиваются и начинаются пары… Но… Я правда стараюсь совмещать, как бы он на меня ни обижался…
«Сегодня только в восемь, хорошо, Владик?».
«Хорошо».
Наверное, это не то, чего он хотел. Когда раньше любая могла приехать к нему по щелчку пальца, но вот она я… Я не любая. И раз выбрал, нужно мириться с этим, верно?
Он приезжает за мной чуть раньше, а я вдобавок ещё и опаздываю, раздраконивая его до самого не хочу…
— Извини… Всё, всё, я пришла… — начинаю целовать его, вторгнувшись в салон с морозным воздухом. Уже конец января…
Он смотрит на меня волком, разумеется. Ну, Садовский. Ему нужно всё и сразу.
— Поехали… Пристегнись.
— Куда?
— Домой. Буду тебя наказывать…
— Влад… — улыбаюсь я, хихикая. — Что за глупость, а… Самому не надоело?
— Надоело… Ждать тебя как щенку, ещё бы…
— Ну, если бы ты учился нормально, у тебя бы тоже времени не хватало…
— То есть, я ещё и виноват? Заебись вообще…
— Никто не виноват. Никто… поехали домой, ладно. Но только до одиннадцати. Потом ты отвезешь меня к себе. Договорились?
— Не знаю… Посмотрим. Смотря как ты утешишь меня после долгой разлуки.
Я тут же зарываюсь в его взъерошенные волосы рукой и тереблю их.
— Дурачок…
Дома, как всегда, встречаюсь взглядами с Розой Сергеевной… Влад не оставляет нам и шанса поболтать… Мама ворчит на него, разумеется, потому что она и так скучает круглыми сутками одна, пока Александр Борисович на работе, а Влад хрен пойми где…
Сейчас он затаскивает меня в комнату и почти сразу же валит на кровать, набросившись на мои губы… Целуемся… Да, я скучаю. Да, мне его тоже мало. Безусловно. То, что чувствую к нему выше всего остального. Всё, как он говорил, но я и так же сгораю в его объятиях. Он делает из меня подневольную жертву…
— Погоди, погоди, — ворчу, потому что он уже лезет мне в трусы под колготками.
— Что?
— Посмотреть на тебя хочу… — касаюсь его лица, а он, зараза такая, хитро улыбается.
— Потом посмотришь… После секса…
— Скотина, а… Похотливое животное…
