«…опасно… схитрить… занижай… уступи…»

Вкупе они пока ничего не давали толкового в понимании потенциального противника. К тому же отсутствовала уверенность, что слова были восприняты правильно. Но пятидесятник еще более сосредоточился на подслушивании, закрыв глаза и внешне сделав вид, что придремал.

– Условие первое: ваш главный шаман поделится с нами своими силами.

– И сколько вам понадобится этих сил?

– Трудно сразу определить… Мы видим ручеек силы, который ведет от вашего главного шамана к вон той женщине.

После чего змеерыб указал на Заришу. И добавил:

– Не можем рассмотреть резервуар. Но понимаем, кто этой силой управляет.

– Если речь идет о таком же ручейке… – Яков пожал плечами, – то я тоже могу вас усилить.

Тотчас в ментальных переговорах чужаков произошел новый всплеск советов и наущений. Их уже удалось внутреннему переводчику Ивана как-то оформить в короткие фразы:

«Отказывайся! Он слаб. Много не даст. И требуй с главного. Много требуй. Пятикратного потока для каждого из нас. Тогда мы точно справимся с перемещением в новые тела».

«А если они на такое не согласятся?»

«Тогда требуй с него обряд инициации и нашего перемещения домой. Только назови это как-то иначе. Скрой суть обряда! Назови его, допустим, передачей особых шаманских знаний нашей цивилизации. Но ручейки силы требуй! Добивайся! Не отступай!»

Стараясь не открывать возмущенные глаза, пятидесятник уже интенсивно общался с ведданой:

«Змеерыбы – те еще сволочи! Готовят нам какую-то пакость. Не удивлюсь, если попытаются своим сознанием забраться в наши тела, уничтожив нашу волю и собственное осмысление…»

«Гады, одним словом!» – поддержала Зариша своего обладателя.

«Это только по краже моей силы. А еще они хотят под видом какой-то передачи знаний инициировать меня на свой манер…»

«Так что надо делать?»

«Раз не хотят по-хорошему, будем действовать с ними как с врагами. Сейчас покинь помещение, и вне его я тебя переведу в состояние духа-таюрти. Потом ты вместе с тремя иными фантомами ведьм будешь смещена прямо в сакральные сгустки чужаков. Они у меня попляшут! И это мы еще с коллегой не применяли к ним ни мое Странное колечко, ни его странный завиток. Что еще… Вдобавок вы получите по специальному якорю, которые утяжеляют передвижение иных фантомов. Помнишь, мы уже такими пользовались?»

«Еще бы! – подтвердила Зариша, уже покидающая зал. – А если они все-таки вырвутся от нас? Так и не получив свою долю болезненных ощущений?»

«Значит, не судьба. Хотя я очень постараюсь их пленить во внутреннем пространстве колец. В крайнем случае, уничтожу с помощью сферы, которая у меня получается из Особого. Тем более, если сферу раскручу с максимальной скоростью, она их на тоненькую вермишель порежет. А уж в компоновке со Странным… Кстати, сейчас начнешь общаться визуально с одним из фантомов Якова. А он уже будет по внутренней связи подсказывать ему, что говорить».

Тем временем диалог между умершими буркианами и живым тридцатником продолжался. Стали оглашаться условия:

– Твоя сила нам не подходит. Пусть нас напитает ручьями энергии ваш главный шаман. Величина потока должна быть пятикратной, для каждого из нас поток – отдельный.

– Пятикратный поток? – поразился Яков, кося глазами на ладонь Ивана. Тот незаметно от чужаков показал один палец. – Хватит с вас и одного! – увидел четыре пальца и добавил: – На четверых! – еще присмотрелся к жестам и пообещал: – Напитаем! Но… не сразу. А когда оценим суть вашей информации по веретенообразному объекту, который у нас называется Тауламп. Теперь огласите второе условие.

– Но вы еще не выполнили первое! – впервые в тоне переговорщика послышался гнев, недовольство и раздражение.

– Увы! Таковы правила всех наших земных переговоров! – врал от всей своей широкой души Шереметьев, уже ставший получать через своего фантома нужную информацию от коллеги. – Это у нас называется – уравнять шансы сторон. И уже расслышав второе условие, мы примем окончательное решение о возможности сотрудничества с вами.

Последовал очередной всплеск подсказок и советов ментального плана среди чужаков. Все они сводились к одному:

«Дави на передачу знаний! И проси, для прикрытия основного намерения, отправить потом нас домой. Когда проведем инициацию, главный шаман и так станет нашим с потрохами!»

Вот и прозвучало предложение:

– Мы очень опасаемся, что все накопленные нами знания окончательно исчезнут вместе с нашим растворением в вечности. Поэтому хотим во время специального обряда передать эти знания вашему главному шаману.

– Да-а? – насмешливо протянул Яков. – А оно ему надо? Ваши знания-то.

– Поясню откровенно. Это надо нам. Потому что потом ваш главный шаман, пользуясь нашими знаниями и своими силами, может забросить нас на нашу планету. Если все пройдет правильно, то мы окажемся у себя дома и сможем откликнуться на призыв уже наших потомков.

– Хм! Интригующе звучит… И вроде бы правдиво… Но тут надо хорошенько подумать, все взвесить… Вдруг этот обряд негативно скажется на здоровье моего друга и коллеги?

– Нет. Он совершенно безопасен.

– И как он внешне выглядит? – пустился в уточнения Шереметьев.

После небольшой паузы змеерыб продолжил:

– Мы все четверо соприкоснемся лбами к голове главного участника обряда. Затем прозвучит трубный глас, называемый у нас «Эхо глубин», и в течение недолгого времени передача знаний будет произведена.

– Так просто?

– Проще не бывает.

Яков радостно закивал, тон его стал медовым и самым участливым:

– Мы согласны на обряд! – Выждал эффектную паузу и продолжил: – Жаль, что именно сейчас он недопустим по нашим местным правилам. Увы! Закон суров и обязателен для всех. Поэтому… ваше второе условие тоже аннулируется и его выполнение сдвигается на потом. И теперь мы с удовольствием выслушаем имеющуюся у вас информацию о Тауламп. Начинайте!

Чужакам хватило ума догадаться, что над ними попросту издеваются. Или заранее знают о коварстве их условий. Скорее всего, они даже догадались, что впавший в дрему главный шаман попросту подслушивал их переговоры на ментальном уровне. Потому что вдруг замолчали наглухо. А возможно, переключились на иной, незаметный для землянина канал общения.

И только минуты через две их Аббиру заявил:

– Вы нас обманываете. Переговоры ведутся вами нечестно. Поэтому мы не дадим вам никаких сведений и покидаем это место.

– Не так быстро… – наконец-то открыл глаза Загралов. – Потому что по нашим законам намерение совершить преступление приравнивается к самому преступлению. И за ваши обманные намерения вы сейчас будете наказаны. Да и вообще, разве может дух умершего существа покинуть место призыва, пока обряд ведется в полную силу?

– Мы – можем! – заявил с гонором змеерыб и отдалился от стенки невидимого конуса. И уже мать Насти донесла последние слова чужака:

– Он пожелал всем землянам самой ужасной смерти!

На что пятидесятник лишь печально вздохнул:

– Не дошло через голову, будем воздействовать через… хвост. Попробуем теперь выдвинуть наши условия, от которых нельзя отказаться.

Большой Бонза всегда считал себя предельно волевым человеком. И все, что намечал в планах, старался выполнять с напористостью всесокрушающего носорога. Другой вопрос, что эти планы у него порой менялись и преобразовывались на злобу дня. И это казалось вполне естественным, правильным, не снижающим собственную самооценку.

Так, к примеру, пока он выбирался из аэропорта и устраивался в скромной гостинице Красноярска, хотелось только одного: на дня три подряд окунуться в жесткую и всеобъемлющую оргию. Со всеми извращениями и должным беспределом. Имея неограниченные средства, усроить такое действо кажется несложным. Особенно когда мир сходит с ума и готовится к гибели.

Так и получилось: день и первая ночь прошли шикарно. Жаждущая больших денег официантка привела сразу двух подружек, и они втроем в порыве старательности так заездили Владимира Азиретовича Коха, что тот почувствовал себя перенасыщенным.