Но вместо того чтобы сказать это, он добавил: — Учти, нам еще нужно попасть на остров. Я открыт для любых блестящих идей.

Еще одна пауза.::Рен считает, что сможет договориться с Кошаром. Она также хочет знать, как тебе удалось уговорить Кибриал и Фаэллу подыграть тебе:

Мы не уговаривали. Джуна и Парма были заняты, пока нас не было. Они не сдвинутся с места, пока мы не будем готовы отправиться на остров — мы не хотим давать наводку, — но нам надоело ждать, когда эта парочка начнет сотрудничать. Варго поковырялся в облупившейся краске. Его сломанная рука быстро заживала, словно наверстывая упущенное время. Когда мы заберем их медальоны, проклятие сильно ударит по их семьям.

Худшие последствия не должны проявиться сразу: Мы что-нибудь предпримем после того, как медальоны исчезнут — при условии, что уничтожение не решит эту проблему за нас:

Варго невесело усмехнулся. Конечно, обычно это занимает много времени. Но чем быстрее и хуже ты используешь свой медальон, тем быстрее и хуже, верно? Эти двое с головой нырнули в Изначальное море, пытаясь удержать Надежру под своим контролем. Он не думал, что они используют Кварата и Илли-тен, чтобы влиять на чьи-то желания, но только потому, что ни один из них не был достаточно инскриптором, чтобы знать, как это делается.

Он провел рукой по полоске краски, готовясь к следующей части разговора. Джуна сейчас в городском доме... собирается забрать Трикат.

Тишина.

Альсиус?

Рен пока ничего не говорит:

Варго смотрел на нее через коричневые воды реки и видел, как опустились ее плечи. Через несколько вдохов Альсиус сказал: — Она согласна с необходимостью, хотя никто из нас не рад. Джуна... милая девочка:

Она и сейчас будет милой девочкой, когда все закончится. Потому что Варго не собирался позволить медальону оставаться в ее руках ни на миг дольше, чем нужно.

Бронзовый свет заката угасал, погружая в тень и Рен, и реку. Патрули на берегу зажигали фонари. Варго сказал: — Я продолжу работу над запасным планом на случай, если Кошар не придет.

Казалось, Рен заговорила в паузе. Альсиус сказал: — Прежде чем уйти, Рен хочет попросить тебя об одолжении. Ты можешь придумать способ доставить нам что-нибудь небольшое и легкое? Ей нужна еще одна вещь из городского дома:

Дускгейт, Старый остров: Киприлун 15

— Для вашей же безопасности, — сказал Андрейка достаточно громко, чтобы его услышали далеко за пределами Седжа. Сторонники Ларочжи собрались на набережной, чтобы убедиться, что Седж действительно уехал. — И чтобы отдать долг Ча Варго за помощь, которую он оказал нашему делу.

— Да. Спасибо, — проворчал Седж, поднимаясь на борт судна, которое должно было доставить его на Нижний берег. Ему не пришлось притворяться, что он бросил обеспокоенный взгляд на Рен. Ему было неприятно оставлять ее здесь одну, тем более что ее изоляция играла на руку Ларочже.

Даже если Рен и была той, кто манипулировал Ларочжей, настаивая на ее отъезде. Все это было частью плана, заверила она ее.

Иногда от того, что он брат Рен, у него начинались головные боли и язвы.

— Только не бросьте меня на полпути, — сказал он гребцам, бросив настороженный взгляд на мутную воду. — Не хочу купаться в моче.

Не то чтобы он беспокоился об этой конкретной паре. Может, они и ушли из Ликских уличных резчиков, чтобы сражаться за врасценских к Надежре, но он знал Смуну и Ладней еще с тех пор, когда они были маленькими, ухмыляющимися бегунами. То, что они больше не связаны, не означало, что вся преданность исчезла.

Именно поэтому он предложил их, когда Рен настаивала, что ей нужно, чтобы он покинул остров.

— Если ты позволишь ей пострадать, — сказал Седж Андрейке и многозначительно кивнул в сторону Рен, — у нас с тобой будет своя война. — Это было сказано для толпы... но он имел в виду каждое слово.

Андрейка кивнул, и Смуна отчалил.

Лодка была отличной, свежеотлакированной и ничуть не протекающей. Гораздо лучше, чем та, что затонула после разгрома тюрьмы в Докволле. — Надо бы заставить тебя грести, — сказал Ладней, взявшись за весло.

— Конечно, если вы хотите ходить кругами, — пробормотал Седж, сидя на носу спиной к гребцам и Старому острову, чтобы никто не видел его лица. — Но если ты мне поможешь, я буду твоим черпаком на неделю.

Тишина, только всплески. Затем: — Что тебе нужно?

— Босс... то есть Варго... у него пакет для Рен. Не волнуйся, он небольшой. Просто передай ей, пока никто не видит.

Ему не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, как они посмотрели друг на друга. Седж чуть было не добавил: — И не подглядывайте, — но сдержался. Это бы только гарантировало, что они подглядывали.

Смуна спросил: — Как он собирается передать его нам так, чтобы никто не увидел? У Синкерата на берегу охрана. Они не позволят ему переправить что-то к нам.

— У Варго будет план, — сказал Седж с полной уверенностью и без малейшей подсказки.

— Насколько маленький? — спросила Ладней. Она всегда была более сведущей в мире из них двоих. — Если это яд, я сброшу его в канал.

Седж подавил вспышку страха. Как раз то, что им было нужно, — подарок Ажераиса, унесенный в море. — Никакого яда. Ничего, что могло бы причинить кому-либо вред. Просто послание, и у Варго нет другого способа доставить его ей. Пути, которому он доверяет.

Он уловил в этом намек. Варго доверяет тебе.

Когда-то это доверие было не хуже золотого форро. Но, похоже, в один прекрасный день все на Нижнем берегу потеряло ценность. Оставалось надеяться, что хотя бы долг Варго еще чего-то стоит.

Но они не отвечали. Наконец Седж повернулся на своем месте и обнаружил, что Смуна изучает сверкающую латунь фиксатора весла и блестящий лак поручня лодки. Она сказала: — Думаю, это не повредит, если я снова помогу боссу.

Даже не в последний раз. Ухмыльнувшись, Седж повернулся лицом к стремительно приближающемуся берегу.

И упал со скамьи, когда арбалетный болт вонзился в красивые борта лодки. Болт, как понял Седж мгновение спустя, с крошечной, покрытой воском посылкой, прилипшей к древку.

— Это был план Варго? — прошипела Смуна.

— А... — Взглянув на берег, он увидел Варго, Варуни и отряд соколов, обвиняющих друг друга в том, что болт дал осечку. Павлин, человек Тесс, был среди них и стыдливо принимал на себя основную тяжесть. — Похоже на то.

Лодка дернулась от усилия, с которым Ладней выдергивала болт из дерева. Седж не успел устоять на ногах, как она столкнула его в воду. — Ты должен мне еще одну лодку, ублюдок! — крикнула она Варго, когда Смуна поспешно развернула их и начала грести к Старому острову.

Сжав губы, чтобы не наглотаться мутной воды, Седж поплыл к берегу. Варуни, благословите ее, сохраняла обычную молчаливую рассудительность. Варго приветствовал его ухмылкой. — Рад, что ты вернулся.

Седж раскинул свои смердящие руки. — Продолжай так улыбаться, — пообещал он так мило, как только мог Рен, — и я отблагодарю тебя объятиями.

Доунгейт, Старый остров: 15 Киприлуна

Судя по взгляду Смуны, брошенному на Рен, и по времени, прошедшему с момента их возвращения до передачи ей пакета с восковым покрытием, они вскрыли посылку Варго. Рен знала, чем рискует, и все равно согласилась.

Потому что совсем не была уверена, что сможет выдержать еще один разговор с Кошаром наедине. После того первого раза Ларочжа преследовала его едва ли не ближе, чем его собственная тень, следя за тем, чтобы у Рен не было возможности вмешаться.

Черная роза — совсем другое дело.

Она была просто еще одной тенью в ночи, когда пауком пробиралась по карнизу возле Чартерхауса. Забравшись в кабинет Фульвета через его окно, она испытала острую, сильную тоску по Руку, который был рядом с ней. В компании все было гораздо веселее.