— Эридан, — прозвучал механический голос из первого стража. — Бывший апостол, хозяин сердца степи. Проходи. Хозяин ждёт.

Стражи разошлись в стороны синхронно, как по команде. Песок между ними провалился с шипением, открывая каменную лестницу, уходящую вниз во тьму.

— Хозяин Сердца Степей? — переспросил Шарик, запрыгивая мне на плечо. — Когда ты успел обзавестись титулами?

— Недавно, — буркнул я, начиная спуск. — Ты вроде как присутствовал.

— О, припоминаю, кажется! Это ж надо — стал правителем целого народа за пару дней!

— Временным правителем.

— Всё равно считается!

Мы спустились по лестнице. Она вела глубоко под землю, метров на пятьдесят, может больше. Ступени были ровными, истёртыми временем. Стены светились тусклыми рунами — голубыми, зелёными, красными. Воздух становился прохладнее с каждым шагом.

Внизу открылся огромный зал.

Своды высокие, метров двадцать, поддерживаемые массивными колоннами. Пол выложен чёрным камнем, отполированным до блеска. В центре возвышался алтарь из того же чёрного камня, покрытый рунами. На стенах — больше рун, пульсирующих красным светом, образующих сложные узоры.

И у алтаря стоял Аргос. Он повернулся, услышав наши шаги.

— Ты принёс его, — сказал Аргос. Голос хриплый, напряжённый, словно каждое слово давалось с трудом. — Я чувствую. Сердце Степей. Ты действительно принёс.

Я достал артефакт из-за пояса, взвесил в руке и бросил на алтарь.

Кристалл звякнул о камень, покатился, остановился в центре.

— Держи, — сказал я. — Как договаривались. Теперь ты должен мне.

Аргос кивнул, подошел к алтарю и взял артефакт.

— Сердце Степей, — прошептал он, почти нежно. — Наконец-то.

Он прижал кристалл к груди, закрыл глаза. Вздохнул.

Потом положил артефакт обратно на алтарь, начал чертить руны вокруг него. Пальцы двигались быстро, уверенно, несмотря на дрожь. Руны вспыхивали одна за другой — красные, яркие, образуя сложный магический круг.

— Сколько времени займёт ритуал? — спросил я.

— Час, — ответил Аргос, не отрываясь от работы. — Может два. Ритуал сложный, многоступенчатый, но я справлюсь. Я готовился к этому веками.

— Хорошо, — я развернулся к выходу. — Тогда мы подождём наверху.

— Эридан, — окликнул меня маг.

Я обернулся.

Аргос смотрел на меня. В его измождённом лице впервые появилось что-то человеческое.

— Спасибо, — сказал он. Голос звучал искренне. — Ты сдержал слово. Принёс артефакт, хотя мог просто убить меня.

— Я не убиваю союзников, — ответил я. — Даже таких сомнительных, как ты.

Аргос усмехнулся.

— Сомнительных. Точное слово. — Он вернулся к работе. — Иди. Жди наверху. Когда ритуал завершится — я позову.

— Просто заканчивай быстрее, — бросил я через плечо. — Война не ждёт. Ория может пасть, пока ты тут колдуешь.

— Не пасть, — ответил Аргос уверенно. — Нейтан умный командир. Элия сильная. Они продержатся, а когда я восстановлю силу — Орден пожалеет, что вообще начал эту войну.

Мы поднялись наверх. Металлические стражи всё так же стояли у входа, неподвижные. Не шелохнулись, когда мы прошли мимо.

Я присел на большой камень в тени столба. Шарик устроился рядом, его ядро тускло светилось — голем восстанавливал энергию после портала. Иналия опустилась на песок чуть поодаль, закрыла глаза, начала медитировать.

— Что теперь? — спросил Шарик тихо.

— Ждём, — ответил я, откинувшись на камень. — Аргос завершит ритуал, восстановит силы. Потом идём в Орию. Помогаем в обороне.

— А если он обманет? — голем повернулся ко мне. — Возьмёт силу артефакта и свалит? Бросит нас?

Я посмотрел на вход в убежище, где внизу шёл ритуал.

— Не обманет, — сказал я уверенно. — Ему нужна война с Орденом даже больше, чем мне. Личная месть. Орден запер его, унизил, заставил прятаться веками. Аргос жаждет крови. Он не дурак, чтобы упустить шанс.

— Надеюсь, ты прав, — Шарик вздохнул. — А то мне не хочется снова гоняться за артефактами по всему миру.

— Я прав, — я закрыл глаза. — Отдыхай. Нам ещё драться предстоит.

Шарик замолчал.

Я откинулся на камень, позволил телу расслабиться. Усталость навалилась разом — тяжёлая, давящая. Бой с Ургашем и его охраной. Огненная волна, выжегшая сотню врагов. Переходы через порталы. Всё это выжало силы дочиста. Я закрыл глаза.

Степь. Ночь. Я стою на краю лагеря степняков, смотрю на тысячи склонённых воинов. Они сидят у костров, едят, разговаривают тихо. Кто-то точит оружие. Кто-то молится старым богам.

Все они теперь подчиняются мне.

Тенгри подходит, опираясь на посох, украшенный черепами. Старик движется медленно, осторожно.

— Хозяин степи, — говорит он тихо, останавливаясь рядом. — Можно задать вопрос?

— Говори.

— Ты правда вернёшься, если мы нарушим твои законы?

Я смотрю на него. Старик не отводит взгляда — смелый, несмотря на возраст.

— Да, — отвечаю я просто.

— И сожжёшь степь?

— Да.

Тенгри кивает медленно, словно получил ответ на что-то важное.

— Хорошо, — говорит он. — Тогда мы не нарушим.

— Почему?

Он смотрит на лагерь, на воинов у костров.

— Потому что ты сильный. Сила — единственный закон степи. Ты доказал свою силу кровью двух ханов. Мы подчиняемся силе. Всегда подчинялись.

Он помолчал.

— И потому что ты прав, — добавил старик тихо. — Ургаш был мясником. Старый хан тоже был жесток. Степь погрязла в крови. Может, твои законы изменят нас. Сделают лучше.

Я ничего не ответил. Просто кивнул. Тенгри ушёл, растворившись в темноте. Я остался стоять, глядя на степняков. На дым от костров, поднимающийся в ночное небо.

Степь теперь моя. Временно, но моя.

Я открыл глаза.

Солнце сместилось — прошло минут сорок, может больше. Иналия всё ещё медитировала, неподвижная как статуя. Шарик тускло светился, восстанавливая энергию. Земля вдруг задрожала.

Я вскочил на ноги, инстинктивно выхватывая топоры.

Из входа в убежище вырвался столб красного света. Он ударил в небо, пробив облака, разогнав их. Яркий, ослепительный, мощный. Воздух завибрировал от магии. Песок запрыгал, камни задребезжали.

— Началось, — прошептал Шарик, поднимаясь.

Ритуал шёл полным ходом. Аргос возвращался.

Ория

Нейтан стоял на стене и смотрел на кошмар. Чистильщики Ордена окружили город.

Сорок магов в красных мантиях стояли в километре от города, выстроившись широким полукругом. Их силуэты чётко вырисовывались на фоне утреннего неба. В руках — длинные посохи из чёрного дерева, покрытые светящимися рунами. На шеях у каждого — амулеты, горящие тёмным красным светом. Артефакты силы, усиливающие магию в разы.

Они творили заклинания синхронно, как один организм. Руки поднимались одновременно. Губы шевелились, произнося слова на мёртвом языке. Воздух вокруг них искажался от магии.

Огненные шары размером с дом материализовывались над их головами. Взмывали вверх, летели к городу, взрывались о магический щит. Каждый удар сотрясал купол защиты. Молнии били в стены, раскалывая камень, превращая его в пыль. Ледяные копья размером с бревно пронзали воздух, замораживая всё на пути.

Но это было ещё не всё. Вокруг Чистильщиков были призванные существа. Десятки, может сотни.

Огненные — человекоподобные фигуры из живого пламени, три метра высотой. Там, где они стояли, земля чернела и дымилась. Ледяные — существа из синего льда с острыми когтями и пустыми глазницами. Воздух вокруг них морозил, покрывал траву инеем. Каменные — массивные гиганты из чёрного обсидиана.

Они стояли неподвижно, ждали приказа.

— Боги, — прошептал кто-то из защитников рядом. — Как с этим сражаться?

— Сколько у нас осталось? — спросил Нейтан капитана стражи, не отрывая взгляда от врага.

Капитан — пожилой ветеран с седой бородой и шрамом через глаз — посмотрел вниз, на площадь, где собирались последние резервы.

— Две тысячи боеспособных, командир, — ответил он хрипло. — Может чуть меньше. Половина из них ранены, но держат оружие. Стрелы почти закончились — осталось по десятку на лучника. Масло для котлов кончилось вчера.