— Чем это по нам херачат? — поднял голову вернувшийся на днях в строй Грохот.

— РСЗО, у них их до хрена компактных установок осталось. Подвезли на квадре в нужное место и лупят, пока заряд не закончится.

— Наши, бля, где?

— Пока очухаются, эти уже усвистят! Они же тоже не дураки.

— Солидол, мать твою, растяжку с машины сорвало!

— Счас, товарищ сержант. Пневмомолоток сломался.

— Кувалду доставай, придурок! Привыкли, бля к технике. Я держу, ты бей! Пальцы мне не оттяпай! Бегом! Сволочи, уже с другой стороны хреначат. Живо в укрытие!

Они еле успели добежать до скальника с нависающим верхом, как вокруг заплясали разрывы. Налет был короток, но точен. Где-то протяжно застонали, по сети потребовали медика. Солидол выглянул наружу и глухо выругался:

— Задело наш пепелац! Хана аккумулятору.

Гоблин повернул голову в сторону их «Тигра» и с надеждой спросил:

— Может, еще ничего? На соляре пойдем?

— Да хрен там! У нас старая модель, все на одной батарее держится.

Через десяток секунд над залегшим отрядом что-то резко просвистело, и с земли тут же поднялся Есаул.

— Подъем, орлы! Этих гондонов сейчас прищучат, армейские дроны пошли. Нам велено оседлать вход в долину.

Поднимавшиеся с земли, в основном немолодые уже бойцы покряхтывали, многие растирали поясницу или разминали отекшие ноги. Командир отряда подбежал к звену «Ф», оценил масштаб повреждения и приказал:

— Солидол, ты прыгай на джип немецкий. Менту осколком прилетело. Первый бой и на тебе! Даже орден не заработал.

— Нам куда? — Пенс уже открывал монтажкой поврежденную дверцу автомобиля.

— Забирай, что есть и дуй в Кашээмку. Там места хватит. Я со своими иду.

— Принял.

Больше всех вздыхал Гоблин, привык он уже к этой машине. Бойцы звена шустро подхватили манатки, оружие, забрали рацию, а откатавший свое «Тигр 2М» подожгли. Мало ли кто здесь по лесу шастает? Нельзя оставлять боевую технику врагу.

— Ого, как орлы прут! Это кто такие, вообще?

Засевшие по бокам расселины бойцы с восторгом провожали взглядами пять тяжелых боевых машин, с виду смахивающих на платформу «Армата». Солидол оценивающе процедил:

— Китайские, новье. Муха еще не иплась. И откуда столько?

— По морю, видать, подвезли. Севморпуть опять заработал, как их подлодки перетопили.

— Вот и нехуй по нашим морям шастать. А вишь ты…

Спереди раздалось несколько взрывов, враг заметил танки, и все дружно попрятались, стараясь тщательней накрыться накидками. Противник сегодня активно использовал нано-дроны и РЭБ не всегда справлялась с работой. Хорошей техники не хватало уже давно. Вскоре в долине, ведущей в сторону Бергена раздались хлопки орудийных выстрелов, снова послышался рев мощных моторов и следом по дороге пронеслись несколько БМПТ и тяжелых БПМ. Одна из машин поддержки перед спуском на миг остановилась и огрызнулась разом из всех стволов. С направляющих сорвалось две ракеты, и тяжелая машина тут же рванула вперед.

В шлемофонах раздался уверенный голос Есаула:

— Всем, технику оставляем здесь. У противника слишком много ПТО. КШМ и Т-18 будут работать в наших интересах отсюда. Пенс, собирай всех бойцов под себя и дуй дальше вдоль опушки. Маршрут уже скинут. Головы там только не высовывайте, накидки не снимать.

В эфире тут же раздалась чья-то недисциплинированная подколка:

— Да ладно, командир, пусть Каланча свою рожу норгам покажет, вмиг все разбегутся!

Бойцы с охоткой загоготали, Пенс же только покачал головой. Обычное дело перед боем, за юмором спрятать собственный страх. Хоть они идут в сражение не в первый раз, но все равно некоторый мандраж присутствует всегда. Командир звена 'Ф подозвал к себе звеньевых и распределил обязанности:

— Грохот, рядом со мной пойдешь. Будешь Николая прикрывать.

Пулеметчик искоса глянул на навьюченного ракетами оператора ПТО и кивнул.

— Мне где?

— Гоблин, ты сзади ТГ, двигай перебежками и слушай эфир. От меня или с КШМ будешь получать целеуказания. Филин, пойдешь с ним, у тебя опыт есть. Я впереди с Каланчой. Всем все ясно?

Отряд быстро вытянулся в цепочку, состоящую из нескольких тактических групп. Они шли по лесу, стараясь не высовываться и не бежать впереди паровоза. Над ними прямо поверх верхушек сосен завис разведдрон, тщательно сканируя поверхность. Еще выше невидимый с земли парил армейский разведчик стелс. Ну а что их прикрывало из космоса знали только многозвездные генералы. Авиация могла работать лишь с Нарвика, поэтому для её подлета требовалось некоторое время.

Есаул стоял около открытой двери КШМки, то и дело бросая взгляд в сторону леса или на экран, на который шло изображение с дрона армейской разведки. РЭБ флота смогло подавить сопротивление последних Натовских технических подразделений и проблем со связью больше не возникало. У них во всяком случае. Как дела обстояли у противника, старший сержант не знал. Давно уже не было той хваткой разведки или бойцов СпН. Все когда-нибудь заканчивается. Люди, техника, ресурсы. Остается вдосталь только ярости и желания мщения. На этом они и держатся, никаких таблеток не надо.

— Еще один фраг, — Гоблин скатился с гребня и перезарядил магазин, аккуратно спрятав опустошенный в подсумок, затем задумчиво обернулся на Филина.

— Никого нет больше, меняем позицию.

— Есть меняем позицию, — снайпер с готовностью закинул винтовку за спину и взял в руки свой любимый «Фабарм». Мало ли что может попасться по пути. Норги ребята коварные и упорные. Уже проиграли, а дерутся как черти. Шведы и то раньше сдались. Разозленных от потерь и потому до жути упертых финнов попросту залили химией, навсегда уничтожив их города. Зачем терять своих, чтобы в очередной раз вразумить явных придурков? Пусть там пасутся олени и живут лишь фермеры.

Этот участок леса пешая часть отряда прошла относительно легко. Только один раз понадобилась помощь в поддержке. Пенс каким-то внутренним чутьем смог обнаружить тщательно закамуфлированный ДОТ. Его защитники подготовились к обороне довольно неплохо, но прилетевшие на помощь бойцам бетонобойные ракеты не оставили им никаких шансов. Вылезших наверх обожжённых и полуослепших норвежских вояк добили на месте.

У трофейщиков был только один железный принцип — не оставлять за собой никого!

— Эй, брат, сем кимсин? Ты кто?

Голос из-за покрытого мхом валуна звучал с заметным акцентом.

— А сам ты кто? — в свою очередь спросил Грохот и поставил пулемет на сошки.

— Ты там не самкай! — между ветвей кустарника показалась узкоглазое лицо в камуфляжной краске.

— Ба, да никак китайчонки?

— Сам ты китайцы! Блокадассы орусча, — теперь из-за камней показались уже два бойца в незнакомом темном камуфляже. Трофейщики не сразу осознали, что тот мимикрирующий. Кто-то даже присвистнул от удивления. Даже в трофеях подобные им давно не попадались.

— Здорова, что ли, военные.

— Киргизы мы, -подал руку старший чужого разведпатруля. — Нам передали, что тут типа согушкерлер свои.

— Мы свои и есть.

— Ну и хорошо, да? — киргиз устало присел на пенку. — За вами как, чисто?

— Обижаешь.

— Ну и хорошо. Болуптур по-нашему.

Они посмотрели друг на друга пристально и заливисто засмеялись. Встреча союзников около Бергена!

Где-то в долине еще ухали пушки танков, временами зло огрызались тяжелые пулеметы или заполошно частила стрелковка. Но бой явно подходил к концу. Внезапно в общем эфире безо всяческой шифровки раздался голос Есаула:

— Команда, валите обратно к машинам. Но головы берегите.

— Что случилось? — заинтересованно откликнулся Пенс.

— Только что сообщили — Берген сдался. Так что братцы воевать нам больше получается пока не с кем.