— Разработку товарища Андропова. Сегодня вечером вам переснимут ряд интереснейших материалов. Я не могу ручаться за их достоверность. Они попали ко мне случайно. Но факт предательства части руководства КГБ имеется. И с этим надо что-то решать. Контора сгнила. Вернее, в этом времени начала гнить. Десятки тысяч сотрудников занимаются ерундой. Ищут диссидентов, слушают вражеские «Голоса» и содержат сексотов во всех сферах деятельности Союза. А толку от этого пшик. Одно изображение бурной работы. А сколько провалов на внешнем фронте! И почитайте, как Андропов толкал Брежнева на вмешательство в Афганистане. Мы с какого-то перепуга целую общевойсковую армию ввели для помощи местным троцкистам.

Стаханов поддакнул:

— С этим полностью согласен. Прочитав твои файлы о будущих предателях, я провел негласное расследование по своим каналам. И честно, мне не очень понятен критерий выбора на службу именно этих людей с изначальной гнильцой внутри. Или руководство КГБ слепо или их специально пропихивали в органы.

— Как позже Горбачева пропихнули.

— Ну, с этим деятелем мы еще разберемся, — нахмурился Толоконников. — Есть у меня связи в республиканской прокуратуре. Он далеко не уйдет.

Ракитин задумался:

— Я бы еще серьезно проверил различные учреждения. Например, рассадник либерализма и будущих предателей институт США и Канады Академии Наук. Ведь тогда вопросом занимался лично Андропов, только-только пришедший в 1967-м на пост главы КГБ. И как институт комплектуется кадрами! Добро пожаловать в советскую действительность конца шестидесятых. Английский на нормальном уровне изучается только в столичных спецшколах, где учатся дети понятно чьи. Доступ к любой неотцензуренной информации из-за занавеса, даже прессе и книгам — это привилегия. Возможность загранкомандировок в страны-за-занавесом — привилегия втройне. Шанс привезти «оттуда» вещи, которые невозможно купить в СССР от джинсов-жвачки-сигарет до музыкальных пластинок — нечто, что делает тебя едва ли не полубогом в кругу друзей-знакомых, — Семен наклонился к собеседникам — Внимание, вопрос: кого больше окажется в таком институте — идейных разведчиков-исследователей, мотивированных на то, чтобы давать руководству страны наиболее точную информацию о «болевых точках» противника, или детей-племянников советской элиты, пристраиваемых к точке доступа к остродефицитным и сверхпрестижным «ништякам»? Ответ более чем очевиден. Как вам такой подбор кадров? Именно они и станут идейными вдохновителями будущих разрушителей СССР. И подумайте сами, может для того этот институт, в сущности, и создавался?

ГРУшники внимательно выслушали человека из будущего, смурнея прямо на глазах. Ворох накопившегося за многие годы дерьма, вываленного разом на неподготовленных слушателей. Затянувшееся молчание первым нарушил генерал.

— Все это надо обязательно показать инициативной группе из ЦэКа. Ситуация тяжелее, чем мы думали. Похоже, что нашему обществу требуются большие перемены.

— Мы это уже проходили. Так что лучше не торопиться. А сначала сесть и хорошенько подумать, что нам требуется и куда идти. И уже потом проводить перестройку.

— Семь раз отмерь?

«Брестскую крепость» смотрели с перерывами. Техникам, снимающим с экрана ноутбука на хорошую кинопленку, требовалось время на смену бобин, а ГРУшникам на перекуры. Генерал давно не курил, но сейчас попросил у технарей папироску. Они стояли у выхода, а за военными наблюдал со стороны один наглый попаданец.

— Семен, у вас так там снимали? С кровью и кишками?

— Есть фильмы и похуже. Называются ужастиками. Бессмысленная хрень, чтобы попугать обывателя. Но здесь все по делу. Даже оружие подобрано правильно, и обстановка воссоздана. И особист показан не бессердечной сволочью, а грамотным специалистом.

Стаханов попросил у Ахмеда сигарету для одной затяжки и выдохнул:

— Но впечатление, как будто документальное кино смотришь. И актеры словно бы живут в кадре. Хорошая картина, надо её Брежневу в первую очередь показать.

Толоконников посмотрел на старого товарища и согласился:

— Обязательно. И секретарям из ЦэКа. И еще кое-кому. Надо спросить технарей, когда копии будут готовы.

Семен ехидно усмехнулся:

— Ну это цветочки! Пойдем смотреть «Брата». Коньяк привезли? Он вам сегодня пригодится. И если посчитаете, что краски в фильме сгущены, то я скажу — было еще хлеще. Этой мой город, и я жил в нем!

Казалось бы, нет ничего необычного в том, что в законный выходной к тебе в загородный дом могут приехать гости. Это, если не знать их состав. Секретарь центрального комитета КПСС, три члена правительства, и председатель ВЦСПС и все вместе. С точки зрения человека, знакомого с инструментами политики очень странное сборище. Но те, кто охранял резиденцию ПредСовМина, лишних вопросов не задавал.

Мнение Генсека на редкость быстро обрело сторонников и были приняты стремительные по меркам Союза решения. Так что охраной нынче занималось совсем иное ведомство, выделенное из «Девятки» КГБ. Процесс еще продолжался, но важнейший функционал уплывал из рук госбезопасности. Руководство оного пребывало в ярости, а сотрудники не знали на кого им работать. Но личники и обслуга оказались более лояльны. Они служили конкретным людям, а не всему ведомству. Иных постепенно убирали. Но еще не всех. Поэтому «заговорщики» предприняли дополнительные меры.

За этой дачей приглядывали незаметные ребята из ГРУ. Здорово озадачив местную охрану. Но умные люди в ней замечали, что наверху начались значимые перемены, а дураков в охране не держали. Потому лишних вопросов не появлялось, как не было слежки со стороны гэбэшников. Недавний скандал в Политбюро с предоставленными там фотографиями и уликами здорово ударил по сторонникам Андропова. Факты политического сыска были, как говорится, налицо. И политической верхушке Союза этот факт не пришелся по нраву. Рассказывали, что между Брежневым и Андроповым прямо на заседании произошел весьма ругательный разговор. А Ильич, несмотря на его добродушный вид человеком был злопамятным.

Косыгин, как гостеприимный хозяин сразу же угостил гостей напитками и начал разговор:

— Информацию вы уже на днях получили. Предлагаю её обсудить. Потому что дело это чрезвычайное.

Мрачный Мазуров заявил без обиняков:

— Я по своим каналам проверил. Сведения о предотвращенных катастрофах подтвердились полностью. «Оракул» оказался прав. Остального материала так много, что я пока не составил общего мнения.

— А чего составлять? Просрали мы государство, что оставили нам вожди! И раз к нам люди оттуда попадают, то это все не просто так.

Кириленко был категоричен и выглядел в отличие от некоторых излишне энергично.

— Это если все изложенное и на самом деле правда.

— Михаил Сергеевич, вы все еще сомневаетесь? — обратился к председателю Совета Министров РСФСР недавний председатель Комитета партийно-государственного контроля Шелепин.

— Просто в голове не укладывается.

Косыгин, внимательно наблюдающий за гостями, махнул рукой в сторону кабинета:

— Тогда прошу просмотреть несколько доставленных мне фильмов. Люди из ведомства Ивашутина очень рекомендовали ознакомиться.

Все тут же умолкли, подхватили напитки и встали с мест. Ракитин и техники решили сделать для показа важным лицам компиляцию из отрывков видео и фотографий. И все это под закадровый текст. Озвучивал его майор, особист. У него оказался приятный баритон и правильная дикция. Народу на загородный объект привлекалось небольшое количество, и всем приходилось много работать. В итоге получился неплохой ознакомительный фильм на три часа. Снятый к тому же на «Кодаковскую» профессиональную пленку и камеру. Так что качество, как и наполнение, оказалось на высоте.